Призраки в сети

После той ночи Питер накрыло ледяным дождем. Руслан вернулся в свою пустую квартиру, где из мебели были только диван, гора коробок из-под доставки и студийные мониторы. Шум в ушах не утихал. Ему нужно было написать альбом, дедлайны горели, продюсеры обрывали телефон, но внутри была абсолютная, звенящая пустота. Он перебирал в памяти лица людей из вип-ложи, тусовщиков, блогеров — все они сливались в безликую массу. И только один силуэт в объемном худи стоял перед глазами.
Руслан редко искал кого-то сам. Обычно искали его. Но в этот раз он поймал себя на том, что битый час перерывает отметки клуба в соцсетях. Нашёл её случайно — по глупому кадру её подруги, где Кристина сидела на заднем плане с отрешённым взглядом, глядя сквозь камеру.
«Ты нашла зажигалку получше?» — написал он в директ со своего официального аккаунта с галочкой. Он ждал банального: «О боже, это правда ты?» или глупых смайликов.
Ответ пришел через два часа:
«Купила новую. Но она не спасает от шума. Ты как? Допел?»
Кристина сидела на подоконнике в своей крошечной съемной однушке на Васильевском острове. Её сердце пропустило удар, когда высветилось уведомление. Она знала, кто такой CMH. Видела клипы, слышала разрывной бит. Но парень у черного хода не имел ничего общего с экранным образом. Тот парень был напуганным, уставшим и до боли настоящим.
Они начали переписываться. Сначала это были короткие, циничные шутки про депрессию и Питер. Потом — голосовые сообщения в четыре утра. Руслан скидывал ей куски битов без слов, спрашивая: «Какого это цвета?». Кристина слушала тяжелый, рваный ритм и отвечала: «Это цвет асфальта перед грозой. Когда дышать нечем». Руслан замирал у микрофона. Она понимала его музыку лучше, чем музыкальные критики.