Глава 1. Ванесса

Каждое утро пронзительный звон будильника впивался в сознание, словно издеваясь над жалкой надеждой на ещё хоть пять минут покоя. В такие мгновения хотелось швырнуть его в окно — лишь бы не подниматься, не натягивать одежду и не тащиться туда, где каждый шаг отзывался тяжестью в груди. Туда, в этот маленький личный ад, который я отчасти сама сотворила — не без помощи одного-единственного парня.
Но, собрав в кулак остатки воли, я всё же вставала. Шла в ванную, включала душ, позволяя струям воды смывать с кожи не только сон, но и липкое ощущение грядущего дня. Умывалась, чистила зубы — механические, почти ритуальные действия, которые хоть на пару минут возвращали иллюзию контроля. Потом надевала своё убежище: безразмерное худи с глубоким капюшоном, джинсы, в которых можно было спрятаться, словно в коконе, и потрёпанные конверсы — они хоть и выглядели небрежно, но были удобными, а в те дни удобство значило больше, чем стиль. Хватала рюкзак и выскальзывала из комнаты общежития, будто пытаясь улизнуть от собственных мыслей.
До университета было всего пятнадцать минут пешком. Я шла по асфальтированной дорожке, низко надвинув капюшон, стараясь слиться с толпой, стать невидимой. Пусть никто не смотрит, пусть никто не замечает.
Если бы кто-то спросил, зачем я прячусь за мешковатой одеждой, зачем стараюсь раствориться среди других, я бы ответила просто: всё началось на первом курсе, в самом начале семестра. Тогда я познакомилась с парнем, который казался воплощением мечты любой студентки — капитаном футбольной команды университета Westbridge. Его рост — 193 сантиметра, тело, будто высеченное из мрамора, как у греческого бога. Тёмные глаза, густая тёмная копна волос, острые скулы — казалось, о них и правда можно было порезаться. Мужественный подбородок, уверенная походка, взгляд, от которого у девушек замирало сердце. Каждая в кампусе сходила по нему с ума, но он почему‑то выбрал меня. Его звали Джейсон Картер.
Несколько месяцев он ухаживал за мной, осыпал вниманием, говорил слова, от которых кружилась голова. И я, опьянённая этим внезапным светом, слишком быстро ему доверилась. Когда он попросил прислать пару интимных фотографий, я не увидела в этом подвоха — только доказательство того, что я ему действительно нравлюсь. А уже на следующий день пожалела о своём решении так сильно, что хотелось провалиться сквозь землю.
Теперь я на третьем курсе, но эхо той ошибки до сих пор не утихло. Слухи не просто жили — они разрастались, обрастали новыми деталями, подпитываемые дружками Джейсона, которым, казалось, доставляло удовольствие подливать масла в огонь. Перевестись в другой университет я не могла: стипендия далась мне нелегко, а специальность — изучение английской литературы — была той самой мечтой, к которой я шла ещё со средней школы. Терять этот шанс казалось страшнее, чем терпеть косые взгляды и шёпот за спиной. Поэтому я просто училась игнорировать.
Подойдя к зданию университета, я втянула воздух, будто перед нырком в ледяную воду, и шагнула внутрь. Как и ожидалось, тут же почувствовала на себе взгляды. Кто‑то оборачивался, кто‑то едва заметно кивал в мою сторону, кто‑то не скрывал любопытства. Я старалась не замечать этого, устремляясь вперёд, к аудитории, где должна была начаться лекция по классической литературе.
Найдя свободное место на задней парте, я буквально упала на стул, надеясь, что, как только преподаватель начнёт говорить, все взгляды наконец переключатся на него. Но надежда была тщетной. Во время лекции мне пару раз прилетали записки от девчонок, тесно связанных с компанией Джейсона. В них не было ничего нового — лишь привычные оскорбления, напоминания о том, что я якобы вообразила, будто могу нравиться такому парню, как он. «Ты просто ничтожество», — гласила одна из них.
Как только занятие закончилось, я выскользнула из аудитории, стараясь двигаться как можно быстрее. Но уйти незамеченной не вышло. Одна из тех, кто бросал записки, схватила меня за руку. Обернувшись, я увидела Кэссиди Скотт, а за ней, как всегда, тянулась вереница её «подружек».
— Ванесса Мур, какая же неожиданная встреча, — пропела Кэссиди с приторной улыбкой, а её свита тут же разразилась смешками.
Я дёрнула руку, пытаясь освободиться.
— Кэссиди, мы с первого курса ходим на эту лекцию, так что вряд ли это такая уж неожиданность, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, а не дрожал от напряжения. — Так что, прошу извинить, мне пора.
— И куда ты собралась? — спросила она с издевательской интонацией, демонстративно выгибая правую бровь.
— Не твоё дело, — бросила я и, не дожидаясь ответа, рванулась прочь.
Кэссиди Скотт — высокая, длинноногая, стройная брюнетка с пронзительно‑голубыми глазами и пухлыми губами, явно не от природы. Она всегда появлялась в брендовых вещах, идеально подчёркивающих фигуру. Неудивительно, что она вписалась в компанию Джейсона: именно такие девушки, эффектные и уверенные, крутились рядом с такими парнями, как он.
А я... Я не вписывалась. Мой рост — всего 160 сантиметров, волосы — светлые, ничем не примечательные, а одежда — на несколько размеров больше, будто я специально пыталась скрыть себя. И, возможно, так оно и было.
Наконец, отсидев все занятия, я поспешила покинуть стены университета. Хотелось только одного — вернуться в свою комнату, где никто не будет бросать косые взгляды, никто не станет шептаться и смеяться. Выйдя на улицу, я устремилась в сторону общежития, чувствуя, как с каждым шагом напряжение понемногу отпускает. Но, казалось, сама судьба решила сегодня надо мной посмеяться.
На горизонте мелькнула футбольная команда — и во главе её, разумеется, Джейсон, а рядом — Оливер и Рон. Эта неразлучная тройка стояла на парковке возле чёрного «Мерседеса» Бенца, принадлежавшего Джейсону.
«Господи, пожалуйста, пусть они меня не заметят», — пронеслось в голове. Но мольба осталась без ответа. Словно по щелчку пальцев, все трое одновременно обернулись в мою сторону. На их лицах застыли наглые ухмылки, будто само моё присутствие было для них поводом для веселья.
И в тот момент я почувствовала, как земля уходит из‑под ног, а старые раны снова начинают кровоточить.