Глава 1. Часть 3.

В Сидозере я научился одному: прогресс никогда не был прямой линией. Это была зубчатая пила - два шага вперед, один назад, и часто - глубокий порез, чтобы помнить цену.

Тот урок «тишины» стал поворотным, но не конечным. Владимир, увидев слабую искру контроля, не стал гладить по голове. Он увеличил нагрузку.

Теперь тренировки начинались не на рассвете, а глубокой ночью.

- Темнота - лучший учитель, - говорил Владимир, завязывая мне плотную повязку на глаза. - Глаза лгут. Уши - предают. Нужно учиться знать, а не видеть.

И я учился, ползая по лесу на ощупь, учась различать корни сосны от корней ели по шершавости коры. Однажды, с повязкой на глазах, я должен был пройти от ручья до хижины, не задев ни одной ветки. Путь в полкилометра занял четыре часа. Я возвращался в синяках, с разорванной одеждой, но с безумной, лихорадочной гордостью в груди. Владимир молча осмотрел меня и кивнул. Это было высшей похвалой.

Но духовная энергия оставалась неконтролируемой. Владимир придумал для нее особые уроки.

Он принес из развалин старой кузни ржавую, кривую наковальню.

- Подними, - сказал он.

Я ухватился за холодный металл. Она была чудовищно тяжелой.

- Не руками, - остановил меня Владимир. - Той силой. Не выплескивай. Подведи ее к рукам. Сделай так, чтобы она стала их продолжением.

Это было пыткой. Я стоял, стиснув зубы, пот стекал с моих висков. Внутри бушевал хаос. Я пытался не «выпустить» энергию, а осторожно, как тонкую нить, направить ее в ладони. Впервые он почувствовал ее не как слепой поток, а как нечто, имеющее текстуру - грубую, колючую, неподатливую.

Наковальня дрогнула и тут же рухнула, выбив из моих рук остатки сил. Я упал на колени, давясь сухими позывами к рвоте.

- Хорошо, - раздался надо мной голос Владимира. - Сегодня ты ее не поднял. Но ты заставил ее слушаться. Немного. На мгновение. Это больше, чем вчера.

Тенши наблюдал за этими муками со смешанным чувством восхищения и страха. Он был слишком мал для таких тренировок. Владимир обучал его иначе - мягче, осторожнее. Показывал целебные травы, учил разжигать и поддерживать огонь, читать простые буквы. Иногда, по вечерам, он сажал нас перед очагом и рассказывал истории. Не сказки, а истории о войне, о солдатах, о предательствах и подвигах. О том, как с помощью духовной энергии могли воздвигать стены и низвергать целые башни. И о том, как самый мощный воин мог пасть от одного точного удара в спину от того, кому доверял.

Я слушал, затаив дыхание. В этих историях не было героев в сияющих доспехах. Были усталые люди, грязь, кровь и тяжелые решения. Это был мир, в котором мне предстояло жить.

Однажды вечером, когда Тенши уже спал, Владимир не завел очередную историю. Он пристально посмотрел на меня.

- Ты научился не шуметь. Научился чувствовать лес. Научился наливать чашку силы, не расплескав весь кувшин. Пришло время для следующего урока.

- Какого? - спросил я, чувствуя знакомое напряжение.

- Урока о том, что ты - не только сосуд. Ты - также и щит.

Он встал и подошел к спящему Тенши. Положил руку на его лоб.

- Твоя сила рвется наружу, чтобы разрушать. Но ту же силу можно развернуть. Не для удара, а для защиты. Попробуй.

- Опять вы за своё, объясните нормально.

- Представь, что между мной и Тенши - стеклянная стена. Тонкая, но бесконечно прочная. Тебе не нужно ее строить. Тебе нужно захотеть, чтобы она была. И направить свою волю, не как кулак, а как... взгляд. Как решимость.

Я закрыл глаза. Я отбросил привычное желание вытолкнуть силу. Вместо этого я попытался сформировать её. Мысленно обвести контур вокруг брата и учителя. Сначала ничего не выходило. Энергия билась внутри, как птица в клетке. Потом, вспомнив урок с наковальней, я перестал давить, просто позволив ей быть, но начал мягко направлять её намерение. Не разрушь, а сохрани.

И случилось нечто новое. В воздухе перед Владимиром и Тенши дрогнуло, словно марево от жары. На мгновение стало трудно дышать, будто пространство сгустилось. Энергия начала закручиваться вокруг меня, быстро увеличиваясь в объёме. В воздухе начали появляться красные частицы. Небольшая, чёрно-красная сфера размером с апельсин начала кружить вокруг меня.

- Шакс, выпусти духовную энергию в атмосферу! - Крикнул Владимир.

Последнее, что я успел сделать, - это собраться с мыслями, после в глазах помутнело и ноги подкосились. Сознание провалилось в пустоту. А затем я оказался в странном месте...

- Киёко... - послышался голос из темноты. Вокруг меня били красные молнии, я стоял на воде, мутной. Вокруг пахло сырьём, вдали темнота.

- Где я? - Вставая, спросил я.

- Это твоя голова, мир внутри тебя, твой разум, называй как хочешь, значения нет.

- Кто ты?

- А вот это тебе знать пока что рано. Я тебе не враг. - Произнёс силуэт в темноте.

- Как хотя бы тебя зовут?

- Широ, приятно познакомиться, Шакс.

В глазах начало светлеть, а в ушах послышался знакомый плач младшего брата.

- Тенши, успокойся, он открыл глаза. - С облегчением сказал Владимир.

- Шакс что с тобой? - Ревя кричал Тенши, сжимая меня в объятиях.

- Всё хорошо, только тело немного ломит.

- Ты весь сочишься духовной энергией, намного сильнее, чем раньше.

Широ? Надо бы разузнать побольше.

- Тенши, иди спать, мне надо поговорить с Шаксом.

- Хорошо. - Вытирая слёзы, сказал брат.

- Пошли. - строго произнёс Владимир.

- Да, уже иду.

Мы ушли в другую комнату.

- Странная сфера да? Что с тобой случилось Шакс?

- Я не знаю... Вам известно имя Широ?

- Откуда ты его знаешь?

- Приснился, наверное, только что.

Я хоть и понимал, что рассказывать про это не лучшая идея, но другого выхода у меня не было.

- Не знаю точно, но есть легенда про полубога, изгоя нашего мира. Искусственно созданное существо около 1000 лет назад. Для этого был использован труп сильнейшего человека на земле, а также три артефакта бога, а конкретнее - третий, манипуляция пространством, пятый - искажение и последний, самый страшный артефакт, который только есть на земле, седьмой - манипуляция временем. Десять лучших магов собрались воедино и трое суток, без остановок создавали и породили его, Широ. Существо с огромными запасами духовной энергии, не умирающее от старости, с тремя артефактами бога, так ещё и с Каёджи. А вот изгой он, или наоборот герой сказать я тебе не могу, так как об этом я не слышал. Он пропал ровно одиннадцать лет назад.

- А имя Киёко?

- Вот это имя мне хорошо знакомо, прекрасная женщина с Хойоку которая боролась за справедливость, вот её я точно могу назвать героем.

После Владимир сказал мне идти спать. На утро следующего дня Владимир отправил меня в соседнюю деревню, Бобров, учиться. Я попрощался с Тенши и отправился в путь с учителем. Деревня находилась недалеко, всего в шестнадцати километрах от нас.

- Дорога, конечно, не из лучших... - Сказал Владимир.

- Да, везде песок да раздробленный асфальт.

- Так как ты уже взрослый, тебе уже одиннадцать лет, я подарю тебе твоё первое полноценное оружие.

Владимир достал из своего большого рюкзака ножны с катаной.

- Вот, оружие под стать тебе, быстрое, лёгкое. Но уж прости, ковку я изучал только в ранние годы, так что она не из лучших экземпляров.

- Вау, спасибо вам большое, учитель, буду беречь её.

- Ох, чуть не забыл, вот ещё накидка.

- Спасибо вам большое.

- И ещё, насчёт вчера...

- Вы уже всё поняли?

- Да, не рассказывай об этом никому, иначе станешь мировым оружием. А также советую не полагаться на его силы. Лучше станьте с ним одним целым.

- Хорошо, это тяжело представить, но я постараюсь...