...

Глава 7: Мои аргументы, твои отговорки (Феодосийская попытка)

Предложение о "дружбе" резало без ножа, но даже в нем я находила крохотный, безумный луч надежды. "Мы можем быть близкими друзьями". Значит, я не совсем безразлична? Значит, что-то еще осталось? Я цеплялась за эту мысль, как утопающий за соломинку. Нет, я не буду просто "другом". Я спасу нас. Я верну тебя.

Решение пришло спонтанно и решительно. Феодосия. Я поеду к тебе, Саша. Личное присутствие, глаза в глаза - это всегда работало. Ты не сможешь отвернуться, глядя мне в глаза, не сможешь спрятаться за экраном телефона. Я сорвалась на такси до вокзала, купила первый же билет. Всю дорогу сердце колотилось, отдавая в висках. Страх смешивался с безумной надеждой. Что, если ты прогонишь меня? А что, если увидишь и поймешь, что совершаешь ошибку?

Я ждала тебя у его работы рано утром, как приведение из прошлого. Каждая минута казалась вечностью. И вот ты вышел. Твои глаза сначала расширились от удивления, потом в них мелькнуло что-то похожее на... нежность? Или просто растерянность. Ты не оттолкнул меня, не ушел. Мы пошли в тот самый парк, где когда-то проводили столько счастливых часов. Мы говорили, пытаясь обходить острые углы, цеплялись за общие воспоминания, за шутки. И я почти поверила. Поверила, что это я, Эля, та, которую ты знал и любил. Мы даже смеялись. Мои легкие наполнялись этим знакомым, но уже таким редким смехом, и мне казалось, что я дышу снова.

Когда ты предложил пойти во двор, к тому самому месту, где мы когда-то мечтали о будущем, во мне вспыхнул настоящий костер надежды. Это знак! Ты вспоминаешь! Мы зашли за арку, и ты крепко обнял меня. Твои руки были такими же сильными, как всегда, притягивали к тебе так близко, что я почувствовала тепло твоего тела, твой знакомый запах. Вся боль, весь месяц отчаяния вылились в слезы, которые хлынули из моих глаз. Я уткнулась тебе в плечо, цепляясь за свитер, словно за якорь в шторм. И ты не оттолкнул. Ты гладил мои волосы, а потом поднял мое лицо, аккуратно вытер слезы с моих щек большим пальцем.

- Можно я тебя поцелую? - прошептал ты, и в твоих глазах я увидела что-то, что приняла за прежнюю любовь.

Я подняла на тебя заплаканные глаза, полные мольбы и надежды. И ты поцеловал меня. Нежно, долго. А потом, словно добивая, прошептал прямо в губы: "Я люблю тебя, коть."

Мое сердце сжалось от счастья. Я выдохнула. Вот оно! Вот ради чего я ехала! Он любит меня! Все наладится! Остаток дня прошел как во сне. Мы говорили, смеялись, держались за руки. Я уезжала с чувством, будто мне дали второй шанс. Мой мир снова обрел краски. Он любит меня!

Но как только я вернулась домой, реальность обрушилась на меня с оглушительным грохотом. Он снова пропал. Мои сообщения оставались непрочитанными, звонки - без ответа. А когда я, наконец, смогла достучаться до него, его ответы были грубыми, отстраненными, будто я говорила с абсолютно чужим человеком.

- Почему ты поцеловал меня? Почему ты сказал, что любишь? - написала я, чувствуя, как внутри нарастает паника. - Если собирался так себя вести, зачем было все это?!

Его ответ пришел через несколько часов.Всего несколько слов, но они были холоднее любого льда.

«Просто я не могу это объяснить.»

Просто. Я. Не. Могу. Это. Объяснить.

Эти слова, простые и безжалостные, стали последним гвоздем в крышку гроба моей надежды. Они отняли у меня не только объяснение, но и саму возможность понять. Возможность бороться. Это было хуже, чем гнев, хуже, чем открытая ненависть. Это было полное безразличие к моей боли, к моим чувствам.

Я сидела, уставившись в экран телефона, и слова "на прощание" вспыхнули в моей голове, будто их произнес кто-то рядом. Прощание. Это был тот самый прощальный поцелуй, который я так отчаянно пыталась вернуть в начале. Прощальный поцелуй, замаскированный под любовь.

И в тот момент, когда реальность пронзила меня до самого сердца, мои глаза наполнились слезами. Горькими, жгучими, слезами окончательной потери.