Глава 2 Большие перемены . Что за поворотом?

На утро, после инициации, жутко трещала голова. Однако переполненный впечатлениями от вчерашних посиделок, я вышел в холл. Едва ли можно было в столь раннее утро встретить здесь хоть кого-то. Но мне снова повезло.

- Доброе утро, инициированный. – Донёсся голос с лестницы второго этажа. Признаться, честно, этой встречи, мне предпочиталось избежать.

- Спорное утверждение, Мастер. – Вежливо, однако максимально отрешённо сквозь зубы процедил я.

- Поздравляю с повышением. Хорошо отметил? – Глаза Демона сузились, будто считывая мои эмоции. Однако в голосе не было слышно присущего ему сарказма.

- Не жалуюсь. Если у хранителей есть чувства, то думаю им сейчас не лучше, меня. – Раз уж беседа не предвещала беды, я решил сменить тон.

- После моей первой инициации, я до вечера подняться не мог. Прогуляемся?

- Не вижу причин отказываться. – Проявив всё своё воспитание и использовав знания, полученные на занятиях по этикету, проговорил я. Он деликатно указал рукой в сторону выхода, тем самым уступая мне право идти впереди. Между прочим, в этот раз, Демон не был похож на себя. Манеры, поведение, речевые обороты, которые он использовал, могли встать на одну ступень с Магистрами. Выйдя во внутренний двор, мы присели на лавочку. Холодный, зимний ветер, беспощадно начал проникать под одежду, то и дело норовя безжалостно хлестнуть усыпанной иглами рукой по лицу.

- Когда я был в твоём звании, мне казалось обучение бесконечным. – Начал он – А потом, время галопом понесло меня по лабиринтам Орденских крепостей. Мой тебе совет: не привязывайся к товарищам. Ты их скоро потеряешь. Ваши пути раз, и возможно навсегда, разойдутся. Каждый, перешедший на следующий курс, рано или поздно попадёт в свою, отдельную группу. Одних сошлют в дежурку, других в магистрат, третьих в экспедиции.

- А можно пару вопросов? – Вежливо поинтересовался я, пользуясь удобным случаем.

- Ты не преминул задать один из них, уже сейчас. – Как бы, одёрнул он. – Но раз уж начал....

- Не буду тривиальным. Попробую спросить о том, что редко спрашивают инициированные у Мастеров.

Он демонстративно приложил указательный и большой палец к подбородку, делая вид, что ему интересно.

- Любопытно. Удиви меня.

- Ради чего мы всему этому учимся?

- Ты хочешь спросить, что будет дальше? Или тебя интересует цель, поставленная перед Орденом?

- Скорее второе.

- Действительно удивил. Признаюсь, мне ещё не задавал подобного вопроса, ни один инициированный. Позволь полюбопытствовать. Сколько тебе лет?

- Четырнадцать. – Не теряя возможности превознести эту цифру, промолвил я.

- А сможешь ли ты понять, ту, тонкую суть, которую Магистры, с огромным трудом доносят до Мастеров?

- Уверю Мастер, вас лишь в том, что я приложу усилия к тому, чтобы в этом разобраться.

- Тогда слушай. Орден, тысячелетиями хранил баланс на земле. Здесь, в учебке, вам кажется мир таким крохотным, а руки Магистров такими короткими, что вы даже представить себе не можете, на сколько огромна та структура, в которой вы беспечно оставляете свои годы. Лишь не многие, покинув стены учебки, смогут вникнуть глубже, чем позволил ваш уровень интеллекта и допуска сейчас.

Демон достал пачку дорогих сигарет, большим пальцем, с характерным щелчком, откинул крышку металлической зажигалки, и глубоко затянулся. Густой клубок дыма, казалось надолго навис в плотно сжатом, зимнем воздухе.

- Орден, это не просто структура, которая натаскивает новичков, а выпустив их, муштрует молодняк, следить за себе подобными. Цели и интересы Ордена, выходят далеко за пределы этих стен. Вы, - всего лишь средство, так сказать, промежуточный этап, помогающий организации, держаться в статусе сильнейшего Ордена в мире.

- А разве есть и другие? – Удивился я.

- О, поверь. Их боле чем достаточно. И кстати большая их часть, это самоучки, у которых и знаний то нет. Так же есть жулики и шарлатаны, религиозные фанатики и разного рода секты. Думаю, о них, тебе доводилось слышать. Если тебе удастся окончить учебку, ты будешь приятно удивлён, раскрывшимся горизонтам.

- А какое отношение, имеет религия к ОХС? Ведь мы не проповедуем веру.

- Вот как раз на третьем курсе, ты об этом и узнаешь.

­­- Сегодня будут освещаться вопросы официальной истории, так или иначе связанные с оккультизмом. – Проговорил Магистр Некандр. – Истоком многих современных оккультных течений западной традиции, является средневековье. А точнее, период с пятого, по пятнадцатый века. Не будет преувеличением сказать, что на культуру и религию того времени оказали значительное влияние духовно-рыцарские ордены, поощрявшие занятия искусством, музыкой, наукой. – я старался уловить каждое слово, ведь это именно то, что меня интересовало тем утром, когда мы разговаривали с Демоном.

- Они обладали обширной властью и мощными материальными ресурсами. Получая утверждение у Папы Римского, ордены становились совершенно независимы от государства, в котором находились их владения. – Он медленно провёл взглядом по аудитории, убеждаясь, что его слышат все без исключения. Мой внутренний голос, сказал, что эта тема особо важна не только для меня, но по-видимому и для наставника тоже. А голос этот, стал всё чаще, навязчиво проявляться, после посвящения.

- Ордены являлись воинственными руками церкви, её силой и армией. Рыцари получали многочисленные льготы и милости, как непосредственно от церкви, так и от благочестивых дарителей, считавших, что таким образом приближаются к той святой силе, которая благоволит рыцарям в их крестовой борьбе. – В свойственной себе манере, Магистр Некандр всё так же медленно смаковал каждое слово. Я даже поймал себя на мысли, что мне начинает нравиться его разговорная изюминка. Фиона, улеглась на плечо к Ингварду. Тот, в свою очередь, замер будто статуя, боясь даже пошевелиться. Со стороны, это смотрелось на столько комично, что вечно сосредоточенная на лекции Наркис, и та, толкнула меня локтем, указывая на эту парочку. Я улыбнулся и снова уткнулся в конспект.

- Таким образом, в числе братьев появились государи и крупные сеньоры, приносившие присягу верности, не бросая мирской жизни. Очень быстро в руках орденов сосредоточились обширные владения, дома и учреждения в Сирии, Палестине, и во всех странах западной Европы. Своим появлением духовно-рыцарские ордена обязаны крестовым походам. Самые могущественные ордены – Орден Святого Иоанна. Кто знает его второе название?

- Госпитальеры. – Выкрикнул я.

- Верно. Орден бедных рыцарей Христа. Кто знает, как он назывался?

- Это были Тамплиеры. – Проговорила Наркис.

- Молодец. Тамплиеры, Госпитальеры и Тевтонский Орден, - явились плодами первого крестового похода. Поэтому прежде чем перейти к истории орденов, вернёмся на тысячу лет назад – к началу первого крестового похода. Помнится, я просил вас поднять в библиотечных архивах информацию по этой теме. Однако дабы не тратить драгоценного времени, я не буду проверять вас на предмет готовности. – По залу пронеслись облегчённые выдохи. Эта тема была не на шутку сложной для большинства сидевших здесь. Ведь они далеки от религии и истории, как белка от ореха, в ледниковом периоде.

- Для того чтобы понимать причины такого явления как крестовый поход, нужно иметь некоторое представление о ситуации сложившейся на Востоке и в Европе к исходу одиннадцатого века. В Византии с тысяча семьдесят первого года шла гражданская война, продлившаяся до тысячу восемьдесят первого года, когда на престол взошёл Алексей первый Комнин. За это время различные вожди турок-сельджуков, поясните, кто знает, кто это такие?!

- Это тюркские кочевно-воинственные племена. – Снова отозвался я.

- Хорошо. Различные вожди турок-сельджуков успели воспользоваться хаосом междоусобиц в Константинополе и захватили значительную часть территории анатолийского плато. Надеюсь с географией ни у кого нет проблем. Первые годы правления Алексея Комнина характеризуются постоянной борьбой на два фронта. Наркис, поясни пожалуйста.

– Комнин воевал против норманнов Сицилии, которые наступали на западе в стремлении утвердиться на Балканах, и против турок-сельджуков на востоке. Такая ситуация вынуждала византийского императора пользоваться услугами наёмников из Западной Европы. Существует мнение, что причиной призыва папы к крестовому походу явилось письмо с просьбой о помощи в найме очередного корпуса кавалерии, написанное Алексеем папе в 1093 или 1094 году. – Снова отчеканила она. Осмелюсь признаться, что в этот момент, она на самом деле начала мне нравиться.

- Всё верно. – Подтвердил Магистр. - Первые успехи реконкисты на Пиренеях уже готовили почву более широких движений под лозунгом священной войны ради Господа. Не только знать была вдохновлена такой идеей, часть горожан и крестьян надеялись таким образом освободиться от сеньориального гнёта и получить новые земли из числа будущих завоеваний на Востоке. К тому же, богатые торговые города Италии готовы были оказать материальную поддержку военным экспедициям, поскольку утверждение христианства на Востоке было в их интересах.

- Кроме того, - Вклинился я в доклад - ко времени крестовых походов и мусульманский мир был также разобщён внутри. Мусульмане погрязли в междоусобных воинах за трон, который на то время, оказался свободным. Началась борьба за власть, которая привела к полной децентрализации Сирии, разбитой теперь на множество небольших, враждующих городов. – На этот раз Наркис посмотрела на меня иным взглядом.

- Вы хорошо подготовились. На следующем занятии, вас с госпожой Наркис, будет ждать сюрприз. А пока, с вашего позволения я продолжу. В результате даже сама религия претерпела раскол – образовалось несколько течений и сект. Христианским государствам на Западе это было хорошо известно, и они не преминули воспользоваться сложившейся ситуацией с подачи папы римского, желавшего увеличить свою власть при помощи образования на захваченных территориях новых государств, зависящих от католической церкви. Ближний Восток – колыбель христианства, именно здесь появились первые христианские общины, и здесь же находилось большинство христианских святынь. Папство, развивавшее идею построения единого царства Божия на земле, не могло не откликнуться на призыв Константинополя, в надежде стоять во главе движения за освобождение Святой Земли от неверных и тем самым получить духовную власть на Востоке. Под благовидным предлогом защиты от гонений братьев-христиан и возврата утраченных земель и святынь начался первый крестовый поход.

- На этом мы закончим сегодняшнюю лекцию. О том, как, и какими хитростями святая церковь вела на смерть бесчисленные толпы людей, я расскажу вам в следующий раз. – Мы с Наркис снова переглянулись, безмолвно бросая вызов друг другу. Однако и Магистр Некандр не смотря на преклонный возраст, не был слеп. – А возможно, если вы очень попросите, эта милая парочка сделает это за меня. – На его лице блеснула хитрая улыбка. Зал разразился криками. Поняв, что отделаться не получится, мы согласились провести совместное занятие.

Поздней ночью, окончательно лишившись сна, я решил, дабы не мешать товарищам, пойти в комнату для отдыха. Навёл фруктового чая и уселся возле камина. Я всегда любил темноту, вот и в этот раз решил свет не зажигать. Просидел около получаса. Потом мне послышалось, как в комнату кто-то входит.

- Ты куда пропал? – Из темноты возник силуэт стройной, длинноволосой Наркис. Ещё сонная и слегка растрёпанная, она выглядела забавно.

- Решил не много подумать. – Впервые за всё время, я заметил за ней такое. Бесцеремонно забрав у меня кружку с очередным чаем, она сделала пару глотков бодрящего напитка.

­- Давай вместе подумаем?!

- Звучит заманчиво. – Отозвался я. Она прилегла на пол, положила голову мне на колени, и заворожённо принялась наблюдать за языками пламени. Так прошло не меньше часа, до того, как она прервала молчание, разбавив липкую тишину, слегка хриплым голосом.

- Знаешь, когда я тебя впервые увидела, то сразу же подумала, что с тобой что-то не так. - Она перевела всё ещё сонный взгляд с камина на меня, и мой разум, словно накрыло солёной, морской волной, унося в омут этих глубоких, зелёных глаз. – Ты классный.

Нависла неловкая тишина. Мне не было известно, что можно ответить на это. И я просто молчал.

- Сильный. Правильно говорит Фиона. Сила, за которой хочется идти. Вот и я, пробудилась, и словно ощутила, как эту силу у меня забрали. – Её глаза восхищённо загорелись, а радужка по краю, едва заметно окрасилась в жёлтый цвет, придавая им ещё, более невообразимый оттенок. – И я пошла. Бродила по коридору как в бреду, выходила во двор, искала тебя где только можно. А ты просто думал.... – Уголки губ слегка вздрогнули, а глаза наполнились слезами.

- Мне не понятно.... – Пытался было начать я, однако её палец, запрещающим жестом лёг на губы.

­­- Тссс. Молчи. В такие моменты, слова не нужны. Это как перебивать утреннее пение птиц, пьяным балаганом. В такие моменты, слова не нужны.

Мне захотелось было обнять её крепко-крепко. Прижать к себе, и сказать, что я ощущаю то же самое. Но вопреки чувствам, мы просидели так, ещё несколько часов. Я мягко поглаживал её волосы, она, практически не отводя взгляда смотрела на меня. В этот момент, я понял Ингварда. То чувство, когда ты боишься шевелиться, чтобы не спугнуть этот безумный момент, не передать словами.

Множество историй, я слышал от других людей. Думаю, есть смысл ими поделиться, так как они несут в себе много полезной информации. Я постараюсь описать как можно больше таких. Вот одна из них:

- Я в какой-то момент, решила, что между Бертом и Наркис, завязались отношения. Видя, как они дни и ночи проводят вместе, то в библиотеке, готовясь к докладу, то в комнате отдыха. – Начала Фиона.

- Так что там было? – Полюбопытствовала собеседница, поправляя изящной рукой русую чёлку. Зелёный капюшон слегка шелохнулся, под порывом ветра.

- На сколько мне известно – ничего. Наркис в библиотеке поцеловала его. А потом назрел конфликт.

А на самом деле, было это так: после того первого, мимолётного поцелуя, я потребовал объяснений. Мол что это значит. Она молчала.

­- Ответь. Прошу. Кто мы друг другу.

- Зачем ты пытаешься искать во всём смысл? Вот именно сейчас, мне именно этого захотелось.

- Но так ведь нельзя! – Возмутился я. Её казалось ни на мгновение не смутило моё поведение. Скорее наоборот. Она агрессивно начала доказывать обратное.

- Местами я перестаю тебя понимать! Ты пытаешься повесить ярлык на любое событие, любую вещь которая идёт в разрез с твоим пониманием мира! Мне так захотелось. Вот именно сейчас, просто захотелось поцеловать тебя. Прими это и оставь всё как есть.

- Это не ярлыки, – возразил я – в обществе, это называется пониманием....

- В общем, на этом их отношения не закончились. ­– Продолжила Фиона - Скорее наоборот. Как имеет свойство говорить Наркис, она делала то, что ей хотелось и когда хотелось. Он же, равнодушно принимал её прихоти. Какое-то время спустя, он покинул учебный корпус. Все думали, что он просто на просто забрал документы. Прошли годы, прежде чем я узнала правду.

Эту книгу вряд ли будут читать или слушать те, кому я не хотел бы рассказывать эту часть моей жизни. Однако есть в ней и такие моменты, за которые стыдно даже мне. Но это, другая история.

Это был первый новый год, который я отмечал в стенах Ордена. После разговора с Наркис, чувства и мысли во мне перемешались. Днями и ночами, я думал, пытался понять её поведение. Истерзав себя окончательно недосыпанием, я всё же решился на этот шаг. С двадцать пятого декабря, по пятое января, в Ордене наступали такие же, как и в школе каникулы. Это было связано с тем, что почти все ученики корпуса, имели семьи. Родителей, братьев и сестёр, бабушек и дедушек. В общем корпус опустел. Рассказывать о своей семье, я, наверное, не буду. Однако оговорюсь. Двадцатого декабря, я поссорился с отцом и ушёл из дома. По мере отдаления от дверей, я слышал, как мать обвиняет во всём его, грозя разводом. Мне было всё равно. Вначале я бесцельно слонялся по району. А когда холод окончательно взял надо мной верх, я решил пойти в ОХС. Разгорячённые порцией выпитого алкоголя дежурные, даже не удосужились проверить мой пропуск. Хотя они и без того меня не плохо знали. В общем ввалившись в свою комнату, я принялся растирать замёрзшие, промокшие насквозь ноги. Спустя некоторое время, когда озноб отпустил, улёгся спать. Последующие дни прошли спокойно, монотонно и размеренно. Вплоть до самого, нового года. У меня было слишком много времени всё обдумать. Уже тогда, во мне что-то щелкнуло. Обида на отца, на Наркис, на равнодушное отношение столь дорогой и близкой мне Фионы, моя неуспеваемость на занятиях и многие другие факторы, в буквальном смысле сломали меня. Однако раздумья, принесли свои плоды. В первую очередь, - это была обида на себя. Ведь кто как ни я сам, был источником всех моих проблем?! Кто как ни я, позволил всему этому случиться со мной?! Кто, дал Наркис право играть моими чувствами?! Кто позволил отцу так со мной говорить?! Кто, опустив руки и уйдя от цели, предался мечтам об искренних и первых в моей жизни отношениях?! Ещё сотни всевозможных «кто», всплывали в моей голове, накрывая лавиной тяжёлых раздумий. Каждое, очередное «кто», загоняло меня в тупик. В ночь с тридцать первого декабря на первое января, я позволил первую в своей жизни слабость, и купил бутылку водки. Усевшись возле камина, в комнате для отдыха, я принялся наедине с самим собой, отмечать свой первый, одинокий, новый год. Пока история не пришла к кульминации, замечу, что третий курс, стал переломным в моей жизни. Отстранившись от всего и всех, я взялся за постижение магических знаний.

Утро, шестого января, началось интересно. По крайней мере, сейчас я так считаю. Однако в тот момент, во мне слились все эмоции от любви до ненависти, от уважения до презрения одновременно. В комнату вошла Фиона, о чём-то весело разговаривающая с Калебом. К моему удивлению, он отвечал ей взаимностью. Хотя скорее удивило меня не совсем это. Он был довольно замкнут и стеснителен. Однако показывал зубы всякий раз, когда кто-нибудь пытался его задеть.

- Ой. Берт. Привет. – Улыбнулась она. Я, не вставая с кровати, едва протерев глаза, лишь молча натянул штаны.

- Привет отличникам. – Калеб явно думал, что удачно съязвил. Демонстративно хлопнув дверью, я вышел на улицу и закурил. На встречу шёл Ингвард. Увидев меня с сигаретой, он явно опешил.

- Привет. Сразу скажу, если ты из-за этого... То я знал, что так и будет.

- Из-за чего? – Зимний, холодный, колющий в лёгких воздух, заставил меня прямо-таки откашливаясь выплюнуть первый, втянутый клубок серого дыма.

- Я про Калеба и Фиону. Ты так был увлечён интригами с Наркис, что совсем не заметил, как очередной брат Ордена, замутил с очередной сестрой.

- Мне плевать.

- Ну как скажешь. – После этих слов, Ингвард ушёл, оставив меня наедине со своими мыслями. Сама же, вымышленная героиня этой истории, так и не появилась. Хотя оно было и к лучшему. Так я подумал тогда. Так же я думаю и сейчас.

- Двадцать седьмого ноября, 1095-го года, папа Урбан второй выступил с торжественной проповедью на открытой площади перед многочисленными собравшимися. Призыв папы имел колоссальный успех: многие немедля дали обет отправиться в поход против неверных и нашили себе на плечи кресты. Название «крестоносцы» и «крестовые» походы пошло именно отсюда.

- Продолжайте, юноша. – Довольно проговорил Мэтр Некандр.

- Сотни церковных служителей по всей Европе подхватили проповедь священной войны с неверными. Духовным лидером движения стал монах Пётр Амьенский, прозванный Пустынником. Люди собирались в отряды, вооружались кто чем мог, нашивали на одежду кресты. На волне небывалого духовного порыва обычные материальные заботы казались суетными и несущественными. Крестьяне, не имевшие лошадей, подковывали быков, собирали скудный скарб и зачастую отправлялись в поход вместе с жёнами и детьми. Рыцари закладывали свои земли и продавали имущество ради покупки необходимого снаряжения. Церковь брала под свою защиту семьи и имущество крестоносцев и освобождала их от уплаты долгов.

- Позвольте я приостановлю вас, юноша. – Приказывая жестом замолчать, проговорил наставник – Все ли знают, какие затраты, несло при этом государство, и какие подачки делала рыцарям креста церковь?

- Мэтр... - Кротко бросил я. Тот в свою очередь обернулся. – я попрошу простить меня за бестактность, однако в моём докладе, есть упоминание об этом.

- Нет. Это вы, молодой человек, должны меня простить. Я был столь уверен в том, что вы опустите этот факт, что позволил себе вас прервать. – Сказать, что я был удивлён, значило не сказать ровным счётом ни чего. Во-первых, меня единственного, Мэтр Некандр начал называть юношей, что явно не укладывалось в моей голове. Точнее, я не мог понять, уважение это, или же предвзятое отношение, за нашу прошлую с Наркис ошибку на его лекции. Во-вторых, его поведение в отношении меня, заметно изменилось. – Продолжите пожалуйста.

- Благодарю. Принявшие крест, как пилигримы, брались церковью под её покровительство. Кредиторы не могли требовать с них долгов во время их путешествия, а захватывающие их имущество отлучались от церкви немедленно. Думаю, все знают, что это на то время означало. Всем крестоносцам, идущим в Святую Землю, отпускались грехи. – Магистр лишь тихо, дабы не прерывать моего доклада поаплодировал. – Таким образом, крестовый поход казался выгодным предприятием не только рыцарям, стремившимся к воинской славе и божественному благословению, но и простым крестьянам, надеявшимся поправить своё материальное положение. В результате первый крестовый поход принял огромные масштабы – вместо нескольких тысяч крестоносцев, которых рассчитывал собрать папа Урбан второй, в походе, вероятно, участвовало около тридцати пяти тысяч рыцарей и более ста тысяч крестьян. Крестьянское ополчение двинулось на Восток ещё до официального начала похода, хотя папа и писал Алексею о направляющемся в Константинополь трёхсот тысячном войске. Однако крестьяне не представляли истинных масштабов предстоявшего им похода, они не взяли с собой достаточного количества припасов, также им не была знакома дисциплина. По дороге они собирали милостыню, грабили и убивали. Также некоторые историки придерживаются мнения, что таким образом римско-католическая церковь намеренно реализовала уничтожение «лишних так сказать ртов».

Я растерянно взглянул на наставника.

- Блестяще. Коротко и по делу. – Деловито заявил он. – Однако у этой истории, есть интересное продолжение. Я не вижу в аудитории, вашу столь эрудированную подругу.

- Если позволите, я подготовлю вторую часть доклада, к следующему занятию. – С трудом сдерживая волнение в голосе, проговорил я.

- С нетерпением буду ждать. Мне очень любопытно будет вас послушать, юноша. Однако я осмелюсь вам подкинуть тем для доклада. Добавьте пожалуйста в него, не много географии. Какая же это история, если слушатели абсолютно не понимают, откуда и в каком направлении двигались так называемые войска.

Я согласно кивнул. Он продолжил.

- Так же, мне не хватает дат. Рассказ прекрасно сложен, однако в нём нет конкретики. Он боле похож не на доклад, а на целую лекцию. Хоть и позволю заметить, что вы прекрасно справляетесь с моей работой.

Мне ни оставалось ни чего, кроме как снова кивнуть.

- Вы упустили тактические элементы. А это одна из важнейших составляющих частей, этой истории. И мне не хватает политических интриг. Самую малость. Ведь они, согласитесь юноша, имели место в те времена.

- Скажу более, Мэтр. Они были основным оружием Святой церкви. – Рискнул дополнить я. Наставник согласно кивнул, опёрся рукой о край стола, и властно поднялся.

- Это была интересная лекция. Позвольте вас отблагодарить, этими аплодисментами. – Он поднял руки. Аудитория, в которой были собраны все корпуса от «А» до «Д» рукоплескала. Странную смесь эмоций ощутил я в этот момент. Страх, вперемешку с эйфорией. Лёгкое призрение, ко всей этой толпе, смешалось с чувством собственного превосходства. Когда наставник нас отпустил с занятий, каждый норовил по-своему выразить мне своё уважение. Кто-то, хлопая по плечу говорил, что было круто, кто-то же, без лишних символических жестов, благодарил за познавательную лекцию. В этот момент я получал истинное наслаждение от проделанной работы. Именно отсюда, начался мой безостановочный рост. В тот момент, я решил, что не хочу больше останавливаться на достигнутом.

На выходе из аудитории я встретил Наркис. Она бежала от дежурки с явно растрёпанным видом.

­- Привет. Прости за то, что подвела тебя. – Мило улыбаясь, она потянулась ко мне, чтобы поцеловать. Видимо именно сейчас, ей так захотелось. Я отвернулся и направился в столовую. На протяжении следующей недели, мы не общались. Некоторые решили, что после успешной лекции я зазнался, другие же заметили, как в моём кругу резко возросло количество поклонниц. Однако ни та, ни другая версия не были правдивыми. Дни и ночи на пролёт, я проводил в библиотеке. Фиона продолжала строить глазки Калебу, Ингвард всё также, угрюмо поглядывая из-за книги следил за всем происходящим вокруг. Где была и чем занималась Наркис, мне перестало быть интересным. В очередной раз, покинув застланный пыльным ковром, библиотечный подвал, я вышел покурить. Не мог не обратить внимания на то, что за мной пристально наблюдает некая особа женского пола, то и дело перешёптываясь с подругами. Они стояли возле входа в холл, и о чём-то бурно беседовали. Пытаясь подавить в себе чувство скованности от этих взглядов, я устремился к своей пыльно-бумажной лаборатории.

- Привет, - Проговорила та самая, стройная, с ярко-синими глазами девушка – Мне понравилась лекция.

- Привет. Ты.... Кажется, Криста. – Подруги хором охнули, как-бы издеваясь над ней.

- Запомнилась? Мне это льстит. – Не обращая внимание на них, продолжила она.

- Прости, у меня совсем нет времени. Возможно увидимся позже.

Мне на самом деле было не до неё. На носу очередной доклад, а я всё ещё не смог сгруппировать информацию, собранную из десятков книг. За моей спиной послышались насмешки и издёвки.

- Уууу. Да он её отшил! – Начала одна из них. Другая тут же подхватила.

- Да ещё как!

Набравшись уже не смелости, а скорее наглости, я обернулся. Она стояла с потерянным видом, будто и не знала, как себя повести. Однако лицо её видел только я.

- А знаешь, мне будет приятно, если ты мне составишь компанию на обеде. Что-то совсем я про него забыл. – Она не проронила ни слова, однако глаза и улыбка более чем красноречиво дали свой ответ. Собравшись с мыслями, она взяла меня под руку. Мы направились к столовой. Псевдо-подруги тут же замолчали. Вместо издёвок, можно было за спиной услышать лишь тихое шушуканье.

- Позволь полюбопытствовать. О чём вы говорили?

- Как ты уже мог догадаться, мы обсуждали тебя. – Мило улыбнулась Криста.

- Забавно. И что обо мне за слухи нынче ходят? – Не скрывая любопытства, я продолжал её расспрашивать.

- Говорят, что ты девушку бросил, с которой на втором курсе познакомился.

- Правда?! Ой какой мудак. – Мы оба рассмеялись. Так весело, мне не было давно. Да и от себя я не ожидал такого поведения. – Что ещё?

- Ещё тебя считают любимчиком корпуса. Парни завидуют твоему отношению с наставниками, девушки думают о том, как занять место возле самого обсуждаемого на данный момент ученика. – Не скрывая подробностей продолжала она. – Ещё ходит слух, что на твоё следующее выступление, чуть ли не билеты продают. – Она снова улыбаясь заглянула мне в глаза, будто ожидала реакцию. – Теперь твоя очередь.

- Что тебя интересует?

- Ты задал два вопроса, я – честно ответила. Баш на баш. – Наш непринуждённый разговор, мне начинал нравиться. Она не была навязчивой, как большинство тех, с кем мне доводилось общаться в последнее время. Плюс ко всему, у неё было отменное чувство юмора и острый ум.

- Хорошо, хитрюга. Валяй! – Мной овладел азарт.

- Что из слухов, является правдой? – На самом деле, в какой-то момент, мне стало страшно за то, что она окажется такой же как все. Ответить захотелось уклончиво.

- На счёт выступления, так я готов гарантировать, что на этот аншлаг – вход будет свободный. – Она снова заливисто засмеялась. – Про любимчика корпуса, - впервые слышу. – На этом мне захотелось остановиться. Не по тому, что я боялся превратить это знакомство в отношения. Совсем нет. Просто, я не знал, что сказать о том, что произошло между нами с Наркис. И всё же, она задала этот вопрос.

- А что на счёт девушки?

- Будем считать это за второй вопрос? – Попытался отшутиться я, с намерением дальше, сменить тему.

- Не выкручивайся! Так не честно!

- Хорошо. Мы расстались так и не успев стать парой. Мне удалось удовлетворить твоё любопытство? – В этот момент, я решил, что так ответить, будет лучше.

- Нуууу... Не в полной мере, но сойдёт. Второй вопрос. – В этот момент я ждал чего-то банального. Мол, не ищешь ли себе девушку сейчас, или что-то в этом роде. Она остановилась, развернула меня лицом к себе, и впившись казалось бездонными, синими глазами спросила – Ты её любишь?

В начале я хотел было задуматься, однако эти глаза явно уловили бы любую паузу. Она словно сканировала каждую мышцу на моём лице. Раздумывать не было времени.

- Нет. – Твёрдо сказал я, и протянув ей согнутую в локте руку, без лишних слов, предлагая продолжить прогулку. По-видимому, мой ответ её удовлетворил.

Остаток дня, мы провели вместе. Я собирал в единое целое, разбросанную по десяткам книг историю. Она, к моему удивлению, была не менее полезной. Вначале просто подавала книги, на которые я указывал, потом начала помогать со сбором информации. К ночи, доклад был окончен. Мы отправились в комнату для отдыха, чтобы немного взбодриться кофеином. Присев за столик, возле камина, снова завели старую пластинку.

- Вопрос – ответ? – Предложила она. Мной снова овладел азарт. За весь день, кроме моего доклада, мы не говорили ни о чём более. То ли дефицит общения, то ли желание узнать её лучше, овладело мной целиком и полностью.

- Начинай. Только на один вопрос, можно не отвечать. Такая, своего рода красная кнопка. Идёт? – перестраховался я. Хотя тех вопросов, которые бы меня смутили, уже, наверное, и не осталось.

- Идёт! – Она снова села напротив, чтобы видеть мои глаза. Странная привычка. Заметил я. – На какую профессию тебя определили после посвящения?

- Класс поддержка. Защитки. – Её глаза сузились. – Что тебя привлекает в Ордене?

- Нууу. Это проще простого. Я от рождения ощущала силу. Сюда пришла, чтобы научиться ей управлять. Какой самый глупый в жизни поступок, ты делал?

- Ээмм. Кидался в людей, пакетами с водой с балкона. Это было забавно. – Она заливисто засмеялась. – Раз на то пошло, мне уже интересно, на какую специальность, определили тебя?

- Мы играем в игру кто проще вопрос придумает? Я – поисковик. Пока что, понятия не имею, что это за гадость. Моя очередь. Пройдёмся по личному. Сколько всего девушек, с тобой пыталось познакомится после выступления?

- Ух ты загнула. Если считать, что в корпусе всего пятьдесят человек, то думаю около двадцати. По правде сказать, до знакомства с тобой, я и не думал, что всё так сложно обстоит с нашими девчонками.

- Спрашивай.

- О чём ты поспорила с подругами, когда подошла ко мне? – В яблочко, подумалось мне, когда она замялась.

- По правде сказать, спор я уже выиграла. – Понизив голос начала она - Они утверждали, что ты даже не обратишь на меня внимание. Я поспорила, что за весь день, ты от меня ни на шаг не захочешь отойти. – Моё настроение начинало пропадать. Я взглянул на часы.

- Пять минут первого. Ты уже час как можешь быть свободна. – Столько холода, в моём голосе не было никогда.

- Теперь уже я ни хочу ни куда уходить.

Заранее оговорюсь. С Крис, мы стали отличной командой и хорошими друзьями. А последующие две недели как раз этому поспособствовали.

- Привет. – Впервые за полторы недели проронила Наркис. Мы стояли с Кристи во дворе Ордена. Я нервно курил, пытаясь в тысячный раз пересказать ей, кусок из моего доклада, заученный наизусть, она издевательски смеялась на каждой моей ошибке.

- Крис, знакомься. Это Наркис. Соответственно мадам, это Крис. Наш соратник. – Улыбнулся я – С чем пожаловала?

- Нам надо поговорить. – Уронив самооценку, а вместе с ней глаза в пол, еле слышно сказала она.

­­­- Не подумай ни чего лишнего, но у меня совсем нет времени. – И с этого момента, её впервые, за всё время нашего знакомства, прорвало.

- Я понимаю. Ты у нас в последнее время популярная персона. От баб отбоя нет, круг друзей сменил, на старых знакомых и времени нет! В комнате мы ни с кем не разговариваем.

Именно этот момент и изменил всё между нами с Кристи. Изначально, мне хотелось поступить так, как я поступал всегда. Просто проигнорировать.

- То, что ты просрала свой кусок доклада – Неожиданно вклинилась в разговор Крис - только твоя вина, и в том, что ты просрала своего парня, то же не надо никого винить. Будь добра, не вымещай злобу на человеке. Он виноват лишь в том, что лучше тебя. И на самом деле, - ему надо готовиться. Не имеешь мозга, - по имей хотя бы совесть.

Сказать, что я растерялся – не сказать ничего. С идиотским выражением лица, как мне тогда показалось это со стороны, я смотрел на девочек. В начале, Наркис секунду сверлили взглядом собеседницу. За тем, демонстративно развернувшись – ушла. На лице Крис, не проскочило ни одной эмоции. Как будто ничего не произошло.

- Магия — это наука и искусство вызывать целенаправленные изменения параметров объектов или процессов посредством собственной воли, продуцируемой развитым сознанием. – Как всегда медленно, говорил Мэтр Некандр. - Магия не подразделяется на чёрную, белую или серую, такие градации — жалкий удел профанов, в их основу ложатся лишь индивидуальные представления о добре и зле, о том, что есть хорошо, а что — плохо. – Он оторвал взгляд от окна, за которым сильные порывы ветра, разгоняли наскоро насыпанные снежинки, упавшие на уже свалявшиеся сугробы. - Но не существует в природе ни добра, ни зла — это лишь построения человека, привыкшего ко всему подвешивать ярлыки. Абсолютно любое действие (или бездействие) может быть расценено и как добро и как зло одновременно, все зависит от личных предпочтений тех, кого оно касается непосредственно. Поэтому, не стоит уподобляться тем жалким глупцам, что в неуёмной гордыне подвешивают всё новые ярлыки к Магии, стремясь сделать её более близкой к своему бытовому мировоззрению — не один из них не в состоянии объяснить, что есть Магия белая и что есть Магия чёрная. Подразделять Магию на черную и белую столь же бессмысленно, как, например, подразделять химию на Чёрную (например, занимающуюся вопросами синтеза наркотиков и ядов) и химию Белую (например, занимающуюся вопросами синтеза лекарственных препаратов). Магия, как величайшая из наук человечества, выше каких-либо индивидуальных представлений, её учение неделимо и совокупно. Она находится вне человеческих предпочтений и категорий, вне этики и морали. С древнейших времён сложилось так, что любое знание человека об окружающем мире, не укладывающееся ни в одну из существующих в науке на тот момент моделей, неизменно считалось недостоверным и недостойным даже рассмотрения. – Его глаза пронеслись по аудитории. Многие знали, что в этот момент, разум этого человека, мгновенно собирал взгляды всех учеников на себе, и по лицу каждого, на него смотрящего, мог определить, кому понятна и интересна тема, а кому наоборот. - Для ортодоксальной науки характерен постулат о повторяемости любого «достоверного» эксперимента. Этот абсурдный постулат означает по существу то, что любой эксперимент, результат которого не может быть повторён в дальнейшем, является ошибочным и недействительным. Совсем не сложно представить себе ситуацию, показывающую всю наивность такого убеждения. Приведу пример. К бильярдному столу подходят поочередно мастер и его ученик; при одной и той же расстановке шаров наносят удар; результат этих действий различен — в первом случае шар попал в лузу, а во втором порвано сукно бильярдного стола. Следуя научному постулату о повторяемости эксперимента, шар не может быть забит в лузу на бильярдном столе. Никогда не следует забывать, что инвалид, не имеющий ног, принципиально не может повторить результат олимпийского чемпиона по прыжкам в высоту. Это совершенно разные категории, но ортодоксальная наука склонна их объединять — любые два исследования одинаковы, если используют одну и ту же схему эксперимента, и одинаковую измерительную аппаратуру.

Все заслушивались его рассказами на лекциях. Этот человек, помимо приятной манеры общения со своими, так сказать, абитуриентами, умел на одну ситуацию, привести тысячи примеров. Что значительно облегчало понимание предмета, даже для сильно отстающих, на занятиях людей.

- Такая позиция учёных во все времена приводила к тому, что самые современные исследования сначала попадали в область Магии и только потом, возможно, их принимал научный мир, если конечно их можно было, так сказать, «прикрутить» к какой-либо существовавшей научной теории. Абсурдность, очевидно, состоит в том, - Он мило усмехнулся - что при данном подходе к исследованию не учитывается динамичность протекающих процессов. Учёные полагают, что способны точь-в-точь воспроизводить все условия эксперимента от раза к разу, будто они им ведомы. Однако, жизненные проявления многовариантны. Жизнь исключительно редко, если вообще когда-либо, ставит нас перед одними и теми же условиями дважды. Только сейчас настал момент, когда современная физика подходит к изучению многомерных пространств, переходя от красивых, но практически бесполезных математических моделей к объектам реального мира. Маги же оперировали многомерными объектами за много веков до того, как самый первый, так называемый, «учёный» смог изъясняться словами, и никогда не уходили от сложностей реальных объектов, не пытались «втиснуть» их в существующие модели, напротив, модели служили реальности, применяясь для удобства её использования. В результате всего этого, Магия всегда оперировала явлениями и процессами, недоступными исследованиям учёных, ими попросту не принятыми, и потому находилась несоизмеримо ближе к пониманию происходящих в окружающем Мире процессов. Этому обстоятельству ещё в большей степени способствовала огромная методологическая база Магии, почерпнутая от древних цивилизаций, имевших несоизмеримо более высокий уровень развития, чем человеческая цивилизация. Таким образом, во все времена Маги вершили деяния недоступные пониманию простецов, именующих себя в большинстве «людьми учёными», но являющимися на деле жертвами окружающей действительности, неспособными даже к полноценному существованию в её рамках.

Он снова поднял на слушателей глаза, полные надежды.

- На этом, на сегодня закончим. Не забывайте, уважаемые чародеи, что магия есть дар. Что каждый из вас, есть носитель сего дара. И хорошего всем дня.

Аудитория аплодировала. Ведь именно этот человек, вёл все самые интересные занятия в этом году. Всё, что он пытался донести до своих слушателей, это то, что мы должны ценить, и нести с гордостью свой дар.

Ингвард, был чуть ли не единственным человеком, не считая Крис, с которым я мог свободно общаться. Скажем так, единственным, кто не раздражал меня, из всего этого коллектива. Ближе к концу учебного курса, они с Кристой, мало-помалу стали общаться. Что соответственно облегчило жизнь и мне. Теперь, мы всё чаще начали собираться втроём, в комнате для отдыха. Проводили там долгие, зимние вечера у камина. Камин вообще был самым запоминающимся достоянием этого огромного, учебного корпуса.

- А он в общем и говорит: - Весело рассказывала Крис – вы, мадам, должны подготовить мне доклад. Ваша успеваемость, - желает лучшего.

- Ну-у-у. Тебе повезло. Хотя бы есть шанс поднять успеваемость. – Поддержал Ингвард.

- Берт. Ты у нас спец по работе с публикой. – Усмехнулась она – Помоги с докладом. Плииииз. – Её и без того ярко-синие глаза, засветились ещё ярче. Сложив руки будто для молитвы, она стояла передо мной, уговаривая меня убить всё своё свободное время в библиотеке.

- Не самая радужная перспектива на выходные. Не правда ли? – Усмехнулся Ингвард, глядя на меня. Когда он беседовал с нами, в комнате отдыха, это были именно те, не долгие часы, в которые этот человек, не прятал своего лица за книгой. Он был прост и открыт, что не могло не располагать к себе.

- Куда я от тебя денусь – Улыбчиво проговорил я. Крис забавно запрыгала, хлопая в ладоши. Мы могли провести так неделю, сидя втроём и общаясь на любые темы. Это общество, я бы не хотел забывать. Ведь оно стало ключевым в моей жизни. В те моменты, когда любое решение давалось не легко, эти люди были рядом. Ещё отмечу, что к тому времени, мы стали чаще общаться с Демоном, вне стен Ордена. Эти подробности я опущу, однако добавлю, что наше общение, переросло из уровня Мастер-Ученик, в нечто дружеское. Пару раз мы ездили за границу, несколько раз гуляли, отдыхали вместе и всячески отгоняя скуку, развлекались. Человеком он оказался довольно простым и открытым. Хоть и сильно отличался от тех, кого Мэтр Некандр, так величественно и вдохновлённо называл Магами. Однако позже, и то, по чему он не такой как они, стало мне понятно.

Этот день, был для меня решающим. С самого утра, дрожь в руках, а хаос в голове не унимались. Сегодня я должен был выступать с оставшейся частью доклада. Однако само выступление, меня не сильно пугало. А вот то, что на моей, так сказать лекции, были все от корпуса «А» до «Д», слегка тревожило. Но это ещё не был пик удивления. Войдя в аудиторию, я увидел пять стульев, стоящих вдоль доски. К нам планировали присоединиться гости? Все расселись по местам. Раскрылась входная дверь, и в классе повисла гробовая тишина. Вошла процессия из пяти человек. Мэтр Некандр, Демон, Мастер Иллидан, Мэтр Бернард, и тот самый старик, который был у нас на экзамене.

- Тишина! – Снова громогласно воскликнул Мэтр Некандр – Все вы, встречали этого, не побоюсь сказать, великого человека, на своём экзамене. Сегодня я вам его представлю. Нас почтил своим присутствием, представитель из верховного магистрата, центрального ордена хранителей смерти. Многоуважаемый Магистр Ксенафанд. – Аудитория зааплодировала. Я нервно сглотнул. Выше названный Магистр, лишь еле заметно кивнул в зал. Процессия расселась по своим местам. – Берт, наш активно развивающийся ученик, подготовил вторую часть доклада, о которой я вам рассказывал. – Проговорил Мэтр Некандр, обращаясь к моим палачам. Они согласно закивали.

­­- Молодой человек. Вы можете приступать. – Внутри меня оборвалось всё. Однако я решил, раз уж готовился, - стоять до конца.

- В августе 1096 поредевшие и уже деморализованные отряды народного суда прибыли в Константинополь, до которого добралось не более половины крестьян-крестоносцев. Император Алексей сразу переправил их через Босфор в Малую Азию. Не дойдя до Никеи, крестьянское ополчение было разгромлено сельджуками, пленные проданы в рабство, а небольшая его часть, спасшаяся бегством, вернулась в Константинополь. Несмотря на то, что антисемитские настроения существовали в Европе на протяжении многих столетий, именно под знаменем Первого Крестового похода произошли первые массовые преследования евреев. В мае 1096 года германская армия численностью около 10 тысяч человек отправилась на север через долину Рейна (в направлении, противоположном Иерусалиму) и устроила массовую резню евреев в Майнце, Кёльне, Бамберге и других городах Германии. После разгрома армии бедняков и массовой резни евреев в поход, наконец, выдвинулось рыцарство под предводительством могущественных дворян из разных регионов Европы. Весной 1097 года отряды рыцарей - крестоносцев сосредоточились в столице Византии, находившейся на пути к Иерусалиму. Главную роль в Первом крестовом походе играли феодалы Южной Франции: граф Раймонд Тулузский, граф Роберт Фландрский, сын норманнского герцога Вильгельма (будущего завоевателя Англии) Роберт, епископ Адемар. В походе также участвовали Готфрид Бульонский – герцог Нижней Лотарингии, его братья Болдуин и Евстафий, граф Гуго Вермандуасский – сын французского короля Генриха I и граф Боэмунд Тарентский. Византийский император приложил значительные усилия, чтобы добиться от предводителей крестоносцев обязательств вернуть империи завоёванные у сельджуков территории, ранее принадлежащие Византийской империи. Со своей стороны, он обещал участвовать в Крестовом походе и поставлять продовольствие. С апреля по май 1097 года отряды крестоносцев начали осаду Никеи. Византийский император заподозрил, что крестоносцы, взяв город, не отдадут его ему и, после того, как стало ясно, что Никея рано или поздно падёт, император Алексей послал в город послов с требованием сдаться ему. Горожане были вынуждены согласиться, и 19 июня, когда крестоносцы приготовились к штурму города, они обнаружили, что им сильно «помогла» византийская армия. После этого крестоносцы двинулись дальше по Анатолийскому плоскогорью на главную цель похода — Иерусалим. По мере отдаления от Константинополя помощь византийцев слабела, а взаимное недоверие союзников увеличивалось. Но военное преимущество крестоносцев в войне с разобщёнными сельджукскими эмиратами было очевидным. 1 июля 1097 сельджуки потерпели сокрушительное поражение при Дорилее, затем были разгромлены близ Ираклии, и в октябре армия крестоносцев через Киликию вошла в Сирию. В феврале 1098 отряд под предводительством Бодуэна Фландрского захватил богатый город Эдессу, населённый в основном армянами. Здесь возникло первое самостоятельное государство крестоносцев – графство Эдесское. Осенью армия крестоносцев достигла Антиохии, которая стояла на полпути между Константинополем и Иерусалимом, и 21 октября 1097 года осадила город. Взятие этой крепости, одной из самых укреплённых, оказалось самой трудной задачей. После восьми месяцев осады, ранним утром 3 июня 1098 года, крестоносцы ворвались в город. Открыть ворота им помогло предательство армянина-оружейника Фируза. К вечеру крестоносцы захватили весь город за исключением цитадели на юге города. Через четыре дня, 7 июня, к городу подошла армия Кербоги и после неудачного штурма осадила его. Теперь только чудо могло спасти отчаявшихся запертых в городе крестоносцев. Один из бедных клириков объявил, что спасение произойдёт, если в одном из храмов Антиохии отыщут священную реликвию: зарытый там наконечник копья, которым пронзили тело распятого Христа. Реликвия была найдена, и крестоносцы с неимоверным воодушевлением разбили намного превосходившую их по численности армию Кербоги. Рвение их разгорелось до такой степени, что многим воинам явилось видение святых Георгия, Димитрия и Маврикия, скачущих в рядах христианской армии. – Краем глаза мне удалось заметить, как магистры согласно кивают. Это предало сил и уверенности -

Само сражение было коротким — когда крестоносцы наконец нагнали Кербогу, сельджуки запаниковали и обратились в бегство. Раздел завоёванных владений породил раздоры между вождями крестоносцев. В какой-то момент лишь стихийное возмущение рядовых участников похода заставило вождей продолжить поход. 15 июля 1099 г. Иерусалим был взят и новые массы людей отправились на Восток. После завоевания Иерусалима Готфрид Бульонский был избран правителем и защитником Гроба Господня. Правитель приносил вассальную присягу Церкви в лице католического патриарха Иерусалимского. Так возникло Иерусалимское королевство, включавшее, кроме столицы, сначала лишь порт Яффу и Вифлеем с округами. С 1101 по 1109 год, к ним добавились Хайфа, Кесария, Акра, Триполи, Сайда и Бейрут, а в 1124 г. – Тир. Монарх Иерусалимского королевства был номинальным сюзереном всех других государей Латинского Востока, приносивших ему присягу. Таким образом, по окончании Первого Крестового похода на территории Леванта были основаны четыре христианских государства – Эдесское графство (просуществовало до 1146 года); княжество Антиохия (просуществовало до 1268 года); Иерусалимское королевство (просуществовало до 1291 года) и графство Триполи (1105 – 1289 гг.). Важным итогом Первого Крестового похода явилось основание первых духовно - рыцарских орденов. Первым сразу после Первого Крестового похода был основан монашеский орден Святого Иоанна (орден Госпитальеров). Роль Жерара Благословенного как основателя была подтверждена папской булавой, дарованной папой Пасхалием II в 1113 году. В 1119 году небольшой группой рыцарей во главе с Гуго де Пейном был основан Орден Бедных Рыцарей Христа и Храма в Иерусалиме орден Тамплиеров. Сильнейший боевой орден, просуществовавший по некоторым не подтверждённым данным, до сегодняшнего дня. – я повернулся к своим палачам. Магистр Ксенафанд, молчавший всё это время, вдруг заговорил.

- Прекрасно. Вот только кое-что, мне осталось не ясным. – я вопросительно взглянул на него – По ордену Тамплиеров, во всемирных библиотеках, практически нет информации. Вы, молодой человек, собрали о них довольно плотно и качественно сбитый доклад. При этом я, как Магистр кафедры, могу заверить всех здесь собравшихся в том, что информация сия – Он окинул всех взглядом – достоверна. Но где вы выкопали данные о том, что так называемые тамплиеры, существуют по сей день?

Убедившись в том, что Магистр закончил речь, и я могу говорить, пришлось высыпать факты.

- Позвольте Мэтры. Я приложил к своему докладу, список используемой литературы. Все возможные даты, и события, связанные с крестовыми походами, были найдены в трактате «о вере и Господе», изданном тем самым, папой Пасхалием вторым, в 1116 году. Однако если хорошо покопаться в нашей библиотеке, можно наткнуться на довольно интересную книгу, в кожаном переплёте, «Psyhico Delphy». Она как раз и описывает планы и цели, ордена Тамплиеров, который направляла рука Святой Церкви. Их планы, если рассчитать временные промежутки, тянутся далеко за трёх тысячный год нашей эры. А значит, есть вероятность того, что если хоть один фанатик ордена остался в живых, то сами Тамплиеры, могли возродиться. И мы уже сейчас, можем знать, куда они направят свой следующий удар.

- Юноша. – Прервал меня Мэтр Ксенафанд – Трактат Psyhico Delphy, написан на мёртвом языке. И читать его довольно сложно. Мэтр Некандр, - обратился он к коллеге – Как вы можете охарактеризовать успехи вашего ученика, в изучении мёртвого языка? Стоит ли нам рассматривать его доклад, как помощь и перевод древнего трактата, кем-то из высших чинов Ордена?

Магистр Некандр недоумённо переводил взгляд с меня на всё-таки моего палача, и обратно. Потом откашлялся, и заговорил.

- Мэтр Ксенафанд. Осмелюсь заявить, что его успехи не были выдающимися. Однако я бы настоял на том, чтобы провести тестирование.

- Не стоит. Проще будет спросить, многоуважаемого докладчика. Куда же, по его мнению, ударит в следующий раз, кулак которым управляет так сказать, святая церковь?

Кажется, весь зал смотрел на меня пристально и слушал внимательно. Я замер, не зная стоит ли отвечать, или лучше принять позор и поражение, ибо тот вывод, который я вынес из трактата, - всего лишь, моё личное умозаключение. И если оно ошибочно – трёхлетний успех своих трудов, я похороню своими же руками.

- Мэтры, - выдохнув начал я – прошу учесть то, что это мои личные выводы и умозаключения, в меру которых, я имею право на ошибку.

- Юноша, - презренным тоном, прервал меня Верховный Магистр – давайте МЫ САМИ, будем решать, на что вы имеете право. Продолжайте. – Демон нервно забарабанил пальцами по столу. У меня страх подкатил ещё больше.

- Хоть сама религия и имеет право на продолжение, как и любого рода идолопоклонничество, но её существование на сегодняшний день, как католической, так и православной, сохранившей былые каноны, может говорить о том, что организация переродилась в сегодняшнем дне. Из трактата Psyhico Delphy, можно сделать ещё кое-какие выводы. Папа Пасхалий второй, утверждал, что они построят по десять церквей на каждый крупный город, дабы с Богом своим, мог пообщаться каждый, лично. Результат мы видим. Так же, он описывал воины, во главе которых будет стоять вера, как в те, стародавние времена, при крестовых походах. Результат мы снова видим. Ну и в заключение к сказанному добавлю: церковь тогда и церковь сейчас, делает одно и то же. В средневековье, они пытались основать независимые, католические и православные державы. Власти им не были законом ранее, власть им не указ и сейчас. Церковь не облагается налогом и не подходит как под конституцию ни одной страны, так и под уголовный кодекс. Это выдержка из архивов 916 года. А поздние выписки я брал из базы 2000 года. Моё заключение таково. Цель церкви, создание независимой, религиозной державы. Так сказать, страны внутри страны. Которая будет как гангрена, поедать государство, пока не захватит его целиком. А куда уже дальше они кинут свои силы, зависит лишь от того, кто и как будет этим всем руководить.

Я выдохнул и с надеждой смотрел на присяжных. Мэтр Ксенафанд долго молчал. Потом поднялся, подошёл ко мне. Протянул руку.

- Блистательный доклад, молодой человек! – Восхищённо проговорил он – я был бы рад, если бы вы не отказались, продолжить этот разговор, после занятий. – Он вцепился в мою руку, в ожидании ответа.

- Буду почтён, Мэтр. – Смог ответить я, не скрывая уже дрожи в теле. Адреналин дал о себе знать.

- Вот только я не смогу задержаться у вас. Не будете ли вы так любезны, приехать в Магистрат, отужинать со мной? – И не дожидаясь ответа добавил – Без соответствующего провожатого вас не пропустят, поэтому я отправлю за вами машину.

Мои будни начали проходить, да что там, пролетать незаметно. Всё так же, днями и ночами я пропадал в библиотеке, от которой, как позже выяснилось, мало проку. Там был собран исключительно узкий круг литературы, сосредоточенной на обучении адептов. А я уже был выше рангом. Можно сказать, что к концу третьего курса, книги, которые имел в своём распоряжении наш корпус, переставали быть полезными. Они не более чем расширяли наш кругозор и развивали эрудицию. Однако именно этого, от нас и требовал Мэтр Некандр. Вместе со мной, всё чаще в обитель знаний стали захаживать и другие ученики. Пара ребят из корпуса «Д», периодически спрашивали у меня, где находится та или иная книга. Парни и девушки из комнаты «А» и «Б» иногда интересовались, чтобы почитать увлекательного. Для каждого из них, у меня был свой арсенал знаний. Местами ко мне захаживал Ингвард, за новой книжкой. Видимо прятаться за одной и той же, даже он признал нелепым. Поздним вечером, зашла Фиона. Я как раз пытался подготовиться к разговору с Мэтром Ксенафандом, и более дословно перевести Psyhico Delphy, когда послышались шаги на лестнице.

- Привет. – Угрюмо проговорила брюнетка.

- И тебе не хворать. Сразу оговорюсь. Остаточная энергия, оседает на том месте, где человек присел либо прилёг. Оставь негатив у порога и входи. – Не отрываясь от книги, бросил я.

- Прости. Накипело. Мне нужен совет. – Она застыла на входе.

К тому времени, по Ордену пошёл слух, что мне удалось достичь в области психологии, хороших результатов. А произошло это так:

Я курил на входе, в толпе уже известных по чертам лица, но абсолютно не знакомых «Дэшников», когда во двор вышел Демон. Нервно закурил, и принялся «убивать» одну сигарету за другой. Я спокойно наблюдал за этим, до того момента, пока он не прикурил третью. Буквально вырвав фильтр, с таким звуком, что он аж щёлкнул, ломаясь в моих руках, я растоптал остатки травяной заразы.

- Ты охренел, мелкий?! – Недовольно начал он.

- Что бы у тебя не произошло, - это – я указал на растоптанную сигарету – не поможет. Поверь мне.

Ребята из «Д» корпуса опешили. В Ордене уже давно знали о моём хорошем общении с этим человеком, однако никто и не догадывался на сколько мы стали близки.

- Может ты и прав. – Нависла тишина, которая тянулась с пол минуты – я просто устал. – Проронил он, опуская голову.

- Что случилось-то? – Выпустив серый клуб дыма, спросил я.

- Ты представляешь?! Впервые за всё время, я предложил ей сходить в ресторан, посидеть, покушать, пообщаться. Она взъелась так, что и подходить страшно.

- Решила, что ты её покупаешь? – «Дэшники» старались только кидать косые взгляды, избегая прямых контактов. Однако то, как они клеили уши, было заметно.

- Откуда знаешь? – Удивился Демон

­­­­- Ты её описывал в прошлый раз. Проанализировал, просчитал. Измени подход. Она девочка гордая. Сильная и независимая. Купи букет цветов. Не перестарайся. Семь штук достаточно.

- Могу усыпать её от самых пальцев ног, до кончиков волос. – Предложил он

- Ты подведёшь к тому, что она ещё раз посчитает это за попытку купить её. Не переигрывай. Она сейчас отстаивает независимость и свободу. А ты – их пытаешься нарушить. Нужна дистанция. Ухаживай отсутствуя.

Демону нравилась девушка из новых Мастеров. Вот только она была ему явно не по зубам. У этого парня всегда было много денег, и не меньше представительниц противоположного пола ошивалось вокруг. Однако эти люди, были из числа тех, кого привлекал лишь шелест купюр. При чём, зачастую, им было всё равно, с какой стороны он доносится. Сам же Мастер, предпочёл всем им, одну единственную. Вот только близко к себе, мадам его не подпускала. С этого дня, ему пришлось изменить тактику. Спустя два месяца, многие из нас, перешли на четвёртый курс, а Демон таки познакомил меня со своей пассией. Однако «Дэшки» быстро разнесли слухи по учебному корпусу, и ко мне с завидной периодичностью стали подходить за советом в том, или ином деле другие ученики. Скажем, это помогло мне, завести новых друзей. Однако с каждым советом, возрастало и число недовольных, так как зачастую, данный одной особе совет, вредил другому «члену нашей семьи». Но жизнь сурова.

- Так что стряслось? – впившись взглядом в гостью, вопросил я

- Калеб. Он... - Фиона замялась – Он стал общаться как-то холодно.

- Он умный мальчик. Готовит тебя к расставанию. Смирись. – я снова уткнулся в книгу. Гостья тихо заплакала.

- Я не понимаю, в чём дело? У нас же было всё хорошо? – Не унималась она.

- Ещё раз повторюсь. Калеб – умный человек. Он знает, что его в этом году отчислят. Не хочет тебя мучить.

Мэтр Бернард, всё с тем же равнодушием на лице вычёркивал имена, а в аудитории, царила всё та же звенящая тишина.

- Францис отчислен, Юлиан туда же. Вместе с этой парочкой, нас покинет Аксис и Эрина. Грегориан – он оторвал взгляд от журнала – Магистр Некандр хочет тебя видеть. Беги.

- Мэтр Бернард, - наставник одобрительно кивнул, позволяя говорить – Прошу прощения, можно я пойду в комнату? Меня в этом году точно не отчислят.

Ошалев от такого заявления, наставник смотрел на Калеба около двух минут, сверля моего соседа по парте взглядом, за тем произнёс:

- Ступайте, молодой человек. Когда соберёте свои вещи, зайдите в залу для практических занятий. Там заблокируют ваши способности, и радушно отпустят восвояси.

Фиона громко всхлипнула. Я лишь с сожалением взглянул на неё.