Кайден

Как она? — спросил я, задержавшись у двери.

Эдмонд устало потер переносицу.

— Если и дальше продолжит меня изводить, то первым на тот свет отправлюсь я.

Я невольно усмехнулся.

— Значит, приходила в себя?

— И не раз. Только откроет глаза — сразу найдет, к чему придраться. Представляешь? Назвала меня старым прохвостом.

Он недовольно покачал головой.

— Нет чтобы сказать: «Спасибо, добрый лекарь». Нет. Старый прохвост.

Я тихо усмехнулся.

— И что потом?

— Потом снова уснула. Будто просыпается только затем, чтобы испытать мое терпение.

Старик еще раз посмотрел на девушку и, помолчав, добавил уже совсем другим тоном:

— Но это хороший знак. Сил у нее понемногу прибавляется. Иначе она бы не тратила их на глупые перепалки со мной

Почему-то это заставило меня улыбнуться.

Чтобы довести нашего старика до такого ворчания, нужно было обладать по-настоящему упрямым характером.

— Не задерживайся, — напомнил Эдмонд. — Они уже ждут тебя.

Я коротко кивнул и вышел.

Когда я вошел в зал, все уже были на своих местах.

Хранительница спокойно сидела во главе стола. Напротив нее расположился отец Рэйна, сложив на груди массивные руки. Самого Рэйна сегодня не было.Остальные молча перевели взгляды на меня.

На широком дубовом столе была развернута карта торговых путей. Марек стоял над ней, внимательно изучая отмеченные маршруты. Десятки условных знаков, понятных лишь нескольким людям в деревне, покрывали почти весь пергамент.

Я молча подошел к столу и остановился рядом.

Некоторое время мы оба не произносили ни слова.

Взгляд Марека был прикован к одной из отметок.

Последнее сообщение пришло двенадцать дней назад.

С тех пор — ничего.

Не было ни условных меток на деревьях, ни тайников с записками, ни людей, возвращавшихся с новостями.

Будто дорога проглотила их.

Я провел пальцем вдоль маршрута.

— Здесь они должны были встретиться с караваном...

Марек стоял напротив, молча наблюдая.

— Я отправил людей проверить три стоянки, — сказал он наконец. — Они пусты.

Я посмотрел на Марека.

— Следы?

— Только старые кострища.

— Повозки?

— Нет.

— Лошади?

— Нет.

— Тела?

Марек покачал головой.

— Ничего.

Это раздражало сильнее любого нападения.

И тогда я медленно свернул карту.

— Мы потеряли их.

Эти слова прозвучали тяжелее, чем он ожидал.

Марек нахмурился.

— Может, просто задержались?

Главный герой отрицательно покачал головой.

— Они знают правила.

Каждый доверенный торговец был обязан оставить знак каждые три дня. Неважно, где находился: в городе, в лесу или высоко в горах.

Даже если путь перекрыт.

Даже если караван остановился.

Даже если он один.

Знак должен быть.

Таков был закон их сети.

Именно поэтому она существовала уже много лет.

Он снова посмотрел на карту.

Красные нити торговых дорог соединяли десятки городов.

Обычные люди видели в этих караванах лишь купцов.

Мы же видел другое.

Каждый торговец был глазами деревни.

Каждый был ушами.

Каждый приносил не только соль, зерно или железо.

Он привозил слухи.

Весть о новых законах.

О передвижении армий.

О ценах.

О людях, задающих слишком много вопросов.

Без них деревня оставалась слепой.

— Сколько осталось?

— Двое.

Всего двое.

Они были одними из немногих, кому мы доверяли настолько, что позволили им знать о существовании деревни.

Если и они исчезнут...

Он медленно закрыл глаза.

— Нам нужен новый человек.

Марек тяжело усмехнулся.

— Такого человека не найти.

Я ничего не ответил.

Потому что Марек был прав.

Чтобы стать доверенным торговцем, недостаточно было уметь торговать.

Нужно было помнить десятки тайных маршрутов.

Разбираться в людях с первого взгляда.

Не выдавать эмоций.

Лгать так убедительно, чтобы самому начинать верить собственной лжи.

И главное — быть готовым умереть, но не назвать место, которого не существовало ни на одной карте.

Марек наконец поднял голову от карты.

— Есть еще кое-что.

Все посмотрели на него.

—Один из наших дозорных узнал двоих преследователей той девушки.Несколько месяцев назад их уже видели возле старой переправы. Они расспрашивали о торговых обозах и времени их движения.

В зале снова стало тихо.

Я нахмурился.

Отец Рэйна, до этого молча сидевший у края стола, тяжело оперся ладонями о дерево.

Он перевел взгляд на меня.

— И в тот же день в наших землях появляется девушка. За ней гонятся те самые люди, которых наши дозорные уже замечали возле торговых путей. Не слишком ли много совпадений? И самое интересное то что , она сейчас находится в нашей деревне, и привел ее сюда именно ты!

Я спокойно встретил его взгляд.

— Совпадение — не доказательство.

— Она могла привести их сюда.

— Если бы работала на них, ей не пришлось бы спасаться бегством. Я своими глазами видел, как они пытались ее убить.

— Или заставить замолчать, — холодно ответил отец Рэйна.

Все взгляды медленно обратились к Хранительнице.

До этого момента она не произнесла ни слова.

Она спокойно сидела во главе стола, сложив руки перед собой, словно собирала воедино каждое сказанное слово.

Наконец она заговорила:

— Вы делаете слишком много выводов, имея слишком мало фактов.

Ее голос прозвучал тихо, но спор мгновенно стих.

— Нам известно только одно, — продолжила она. — Наши доверенные торговцы исчезли. И неизвестная девушка оказалась целью тех же людей, которые уже проявляли интерес к нашим поставкам.

Она ненадолго замолчала.

— Это связывает эти события. Но не объясняет их.

Отец Рэйна хотел возразить, однако Хранительница подняла руку, и он сразу умолк.

— Пока девушка не придет в себя, никто не станет делать окончательных выводов. Мы будем искать ответы, а не виновных.

Я поймал взгляд Марека.

Он едва заметно кивнул.

Совет закончился, но у меня осталось ощущение, что Хранительница сказала далеко не все.
***
Я уже подходил к дому старика Эдмонда ,когда заметил что дверь медленно приоткрылась.
На мгновение я остановился.

Она.

Честно говоря, я не ожидал увидеть её на ногах так скоро.

После такой раны ей следовало бы ещё несколько дней лежать в постели.

Но, похоже, она была другого мнения.

Она осторожно вышла наружу, придерживаясь за дверной косяк.

Сделала несколько неуверенных шагов и замерла.

Я не окликнул её сразу.

Хотел понять, что она станет делать.

Бежать?

Искать оружие?

Пытаться спрятаться?

Но она лишь молча смотрела вокруг.

Будто впервые за долгое время смогла спокойно вдохнуть.

Тёплый свет фонарей освещал её лицо.

Тёмно-каштановые волосы слегка спутались после сна, несколько прядей спадали на щёки.

Она выглядела ещё слишком бледной после пережитого.

Но её глаза...

Они внимательно изучали каждую мелочь вокруг.

С восхищением. Но одновременно пыталась понять где она оказалась.

Я сам не заметил, как задержал взгляд чуть дольше, чем следовало.

Большинство людей после такого думали бы только о том, как пережить следующий день.

Она же первым делом пыталась разобраться, что происходит.

Именно тогда я впервые понял...

Она не из тех, кто будет просто ждать.

Я вдохнул прохладный ночной воздух и наконец нарушил тишину.

— Ну и куда ты собралась?

Она вздрогнула так резко, что едва не потеряла равновесие.

Всего на мгновение.

Потом снова взяла себя в руки.

И именно это я заметил первым.

Не испугалась.

Вернее...

Испугалась.

Но не позволила страху задержаться на лице дольше секунды.

Интересно.

Она быстро училась владеть собой.

Или уже давно умела это делать.

Она повернулась ко мне.

Всего секунду назад в её глазах мелькнуло удивление.

Теперь же оно исчезло так, будто его никогда и не было.

На его месте появилась спокойная улыбка.

Натянутая.

Я заметил это сразу.

Она не собиралась показывать мне свой страх.

Я невольно посмотрел на её руку.

Она машинально потянулась к поясу.

Привычное движение.

Слишком быстрое, чтобы быть случайным.

Пальцы замерли.

Оружия, конечно, не было.

Она поняла это почти сразу.

И всё же...

Ни раздражения.

Ни паники.

Она просто медленно опустила руку, будто ничего и не произошло.

— И когда же наступит то самое подходящее время? — с лёгкой игривостью спросила она. — Может, когда вы привяжете меня к столбу и начнёте меня пытать?

Я едва заметно усмехнулся.

Даже сейчас...

Даже ничего не понимая...

Она продолжала проверять меня.

Каждое её слово было не просто шуткой.

Она внимательно наблюдала за моей реакцией.

Хотела понять, кто перед ней.

И можно ли мне доверять.

Я решил сыграть в эту игру.

— Думаешь, я столько дней возился с тобой, чтобы в конце просто взять и убить?

Она ничего не ответила.

Только продолжала смотреть мне прямо в глаза.

Не отводя взгляда.

Будто пыталась увидеть ответ раньше, чем я его произнесу.

— Не проще ли было оставить тебя тонуть в реке?

В этот момент я заметил едва уловимое изменение в её лице.

Совсем небольшое.

Она поняла.

Теперь она знала, кто именно вытащил её из воды.

И почему-то... Мне вдруг стало интересно, что она скажет дальше.

Она тихо произнесла:

— Не думаю, что я вам нужна мёртвой.

На этих словах я замер.

Не из-за самих слов.

А из-за того, как она их сказала.

Спокойно.

Уверенно.

Будто это был не страх, а вывод.

Я вспомнил её ухмылку перед прыжком.

В тот момент она выглядела не как человек, которого загнали в угол.

Скорее как человек, который всё ещё пытался найти выход.

И теперь я снова задумался.

Она знала что-то?

Понимала, почему за ней пришли?

Или просто умела сохранять спокойствие даже тогда, когда ничего не контролировала?

Я не знал, но её слова только добавили вопросов.

Если те люди хотели её смерти, всё могло закончиться намного раньше, но они преследовали её.

Их целью было не избавиться от неё.
Им было что-то нужно.

Ответы.

Информация.

Что-то, что она знала.

Или что-то, что было связано с ней.

Я внимательно посмотрел на неё.

Она стояла передо мной раненая, уставшая, всё ещё слишком слабая после пережитого.

Но держалась так, будто не позволяла себе показать это.

Я всё ещё не понимал, кто она.
Но чем больше я наблюдал, тем сильнее хотел это выяснить.

— Кто же ты такая, чёрт возьми, что за тобой гнались те люди?

Я сделал паузу.

— И не говори, что они были простыми разбойниками.

Она посмотрела мне прямо в глаза.

— Хочешь сказать... ты не один из них?

Её вопрос заставил меня почти улыбнуться.

Даже сейчас она не отвечала прямо.

Сначала проверяла меня.

Я выдержал её взгляд.

— Если бы был...

Я сделал небольшую паузу.

— Ты уже давно была бы привязана к тому самому столбу, о котором сама недавно говорила.

Несколько секунд она просто смотрела на меня.

А потом уголки её губ слегка дрогнули.

— Умно.

И снова.

Эта её реакция.

Не страх.

Не облегчение.

Она будто просто отметила для себя какой-то факт.

Я не смог понять, что именно она думала.

И, возможно, именно это раздражало меня больше всего.

Она была слишком сложной для человека, которого я знал всего несколько дней.

— Значит... это ты, тот самый, который вытащил меня из реки?

Она всё-таки поняла.

Я был уверен, что этот вопрос прозвучит раньше.

Но она задала его только сейчас.
Сначала ей было важнее понять, не представляю ли я для неё угрозу.

— Похоже на то. Теперь расплачиваюсь за это.

Я сказал это почти автоматически.

Хотел посмотреть, как она отреагирует.

Она удивлённо подняла брови.

— Ну и как же?

Вот.

Теперь появилась обычная человеческая реакция.

Не подозрение.

Не попытка меня проверить.

Обычное любопытство.

Я сам не заметил, как уголок губ едва заметно дрогнул.

— Мне официально дали должность твоей сиделки.

Она рассмеялась.

Тихо.

Совсем недолго.

Но впервые за всё это время её смех прозвучал искренне.

— Очень мужественное звание.

Я невольно покачал головой.

Она действительно умела находить повод пошутить.

Даже сейчас.

Даже после всего, что с ней произошло.

— Сам не в восторге.

Она снова посмотрела на меня.

В её глазах появилось что-то новое.

Не доверие.

До этого было ещё далеко.

Но прежней настороженности стало немного меньше.

— И часто такие ответственные сиделки оставляют своих пациентов без присмотра?

Я не успел ответить.

Уголки моих губ сами собой приподнялись.

Но стоило мне улыбнуться, как я сразу заметил перемену в её взгляде.

Её глаза будто на мгновение оживились.

Совсем чуть-чуть.

Будто она совершенно не ожидала увидеть улыбку на моём лице.

Это длилось всего секунду.

Потом она снова сделала вид, что ничего не произошло.

Но было уже поздно.

Я успел заметить.

И почему-то поймал себя на мысли, что мне захотелось увидеть этот взгляд ещё раз.

— Дела.

Я хотел ответить чем-то похожим, но меня хватило только на это .

Мы снова замолчали.

И почему-то эта тишина уже не была такой тяжёлой, как несколько минут назад.

Она первой нарушила её.

— Если ты не один из них, то зачем помог мне? Рисковал жизнью, принёс сюда, вылечил... Другой бы просто прошёл мимо.

Я не ответил сразу.

Не потому что не хотел.

Потому что не знал.

За последние два дня я уже несколько раз задавал себе тот же самый вопрос.

Перед глазами снова всплыла река.

Холодная вода.

Её лицо.

Точнее...

Та самая странная улыбка перед тем, как она прыгнула.

Любой другой человек в тот момент боролся бы за жизнь.

Она будто уже приняла своё решение.

И именно это не выходило у меня из головы.

Я тяжело выдохнул.

— Тогда я решил, что это правильный выбор.

Это была правда.

Другого ответа у меня не было.

Я заметил, как она внимательно всматривается в моё лицо.

Словно пытается понять...

Не слова.

Меня.

Она явно ожидала чего-то другого.

Какого-нибудь благородного объяснения.

Или громкой причины.

Но её не было.

Я действительно не знал, почему тогда прыгнул в реку.

И впервые за долгое время меня самого это начинало раздражать.

После небольшой паузы я сделал шаг в сторону.

— Тебе не нужно знать, где ты. Просто вылечись, наберись сил, и мы сами выведем тебя во внешний мир.

Пока я говорил, она уже не спорила.

Только внимательно слушала.

Но я видел по её глазам...

Она всё равно продолжала искать ответы.

Она не доверяла мне.

И правильно делала.

Я бы на её месте тоже не доверял.

— Мы никого здесь не держим силой.

Затем я посмотрел в сторону двери.

— А теперь зайди обратно.

Она вопросительно посмотрела на меня.

— Старик Эдмунд слишком занят, чтобы напоить тебя лекарствами.

Я тяжело вздохнул.

— Поэтому это снова досталось мне.

И в этот момент я уже почти знал, какой будет её следующая реплика.

Сам не понимаю почему.

Но за эти несколько минут я будто успел немного изучить её характер.

И от этой мысли почему-то стало смешно.

Я открыл дверь и молча дождался, пока она войдёт.

Она сделала всего несколько шагов.

И только сейчас я понял, что держится она уже из последних сил.

Я тяжело вздохнул и невольно закатил глаза.

А ведь ещё пять минут назад собиралась сбежать.

— Опрись на меня.

Она посмотрела на меня так, будто совсем не ожидала услышать эти слова.

Но уже через мгновение отвернулась и упрямо попыталась сделать ещё шаг сама.

— Не стоит, спасибо. Я в состоянии ходить.

Я машинально опустил взгляд на её перевязанный бок.

На ткани медленно расползалось небольшое пятно крови.

Я снова тяжело выдохнул.

— Ты совсем глупая? Ты же еле держишься на ногах. Зачем упрямишься?

Она посмотрела на меня с едва заметной улыбкой.

— А что, беспокоишься?

— Нет.

Я спокойно выдержал её взгляд.

— У меня просто есть дела поинтереснее, чем каждые полчаса заново перевязывать тебе раны.

Она театрально вздохнула.

— А я уже подумала, тебе нравится проводить со мной время. Какая досада.

Я тихо усмехнулся.

— Смотрю, с самолюбием у тебя всё в порядке.

Она даже не задумалась.

Ответ прилетел сразу.

— О, поверь, нет. Это всего лишь последствия слишком большого внимания к моей персоне.

Меня насмешили не её слова.

А то, с каким серьёзным лицом она их произнесла.

— Даже так?

Я приподнял бровь.

— Хочешь сказать, мужчины тебе прохода не давали?

Она хитро прищурилась.

— Заметь, я этого не говорила. Это ты сам сказал.

Я невольно усмехнулся.

— Ты слишком много болтаешь для человека, у которого рана снова кровоточит.

Я чуть придвинулся ближе, снова предлагая ей опереться на плечо.

Она тихо выдохнула.

На этот раз спорить не стала.

Лишь на секунду прикрыла глаза, словно наконец признала очевидное.

Потом медленно подняла руку и осторожно опёрлась на моё плечо.

Совсем легко.

Будто боялась доставить мне хоть малейшее неудобство.

Я почувствовал, как она едва заметно напряглась.

Наверное, ей было непривычно принимать чью-то помощь.

Или просто не нравилось это.

Несколько мгновений она смотрела куда-то перед собой, избегая встречаться со мной взглядом.

Но, когда мы сделали первый шаг, она всё-таки украдкой посмотрела на меня.

Совсем быстро.

Будто проверяла...

Не изменилось ли моё лицо.

Не собираюсь ли я воспользоваться её слабостью.

Я сделал вид, что ничего не заметил.

И продолжил идти так, словно это было самым обычным делом.

Через несколько шагов её плечи едва заметно расслабились.

Совсем немного.

Но этого оказалось достаточно, чтобы понять...

Она перестала ждать подвоха.

Хотя бы на эти несколько минут.