Фотоаппарат.

Поначалу в Асино я тосковала. Ходила в школу и обратно по одной дороге, а по другой шли коровы: они паслись прямо за школьным зданием. Зимой коров не стало, но наступили морозы, обмораживались щеки и нос. Друзьями не успела обзавестись, читала книжки и мечтала об обещанном папой сюрпризе на день рождения. Робко предполагала, что, может быть, наконец-то подарят щенка. Но этому суждено было сбыться чуть позже.
А на сей раз папа вручил коробку с фотоаппаратом «Смена», пленку, пакеты с химикатами. Ого-го, здорово-то как! Я так давно хотела научиться фотографировать, что уже и забыла об этом. А папа не забыл! Радовался больше меня: ведь у него тоже никогда не было фотоаппарата. 
Мы быстренько заправили пленку. И защелкали. Папа гримасничал, оттопыривал уши, я стояла вниз головой, делала «мостик». В общем, снимки должны были получиться – хоть на обложку «Огонька» или «Советского экрана». Дело оставалось за малым: проявить и напечатать. И на следующий день, воскресный, солнечный - и уже совсем не зимний - мы начали чудодейства на кухне. Вытащили пленку, заправили в бачок, промыли. Заправили в фотоувеличитель. На бумагу свет направили. Я замерла: сейчас появятся изображения, вот сейчас, еще секунду…  - Папа, а почему ничего нет? 
Бумага белая, пленка черная… И папа держит ее в руке, щурится – солнце слепит глаза.
– Странно, странно, мы же все делали правильно… А давай снова в бачок заправим?
– Ну давай… 
Заправляли, промывали, другую бумагу брали…  - Все, папа, хватит, это бракованный аппарат!
– Надо же… А я так надеялся, так ждал… Ну ладно, Оля, не горюй, наше дело правое! Фокус показать?
– С пальцем что ли?
– Другой! Только надо в темноте, пошли в коридор. 
И мы ушли от солнца и бракованных фотопринадлежностей, и в темноте папа угадывал мысли, не всегда верно, но очень смешно. Мы смеялись оба, как только умеют смеяться в детстве и молодости. Заразительно, до «ой, ой, все, не могу!». «Шла весна, ломая лед». И уже было не до скучных черно-белых картинок…