Глава 1

                                      Лили
Я родилась в крошечном, затерянном среди бескрайних полей и лесов городке Нью-Баффало, что на берегу величественного озера Мичиган. С самого детства это место казалось мне уютной ракушкой, в которой шепот волн заглушал гул большой жизни, оставшейся где-то за горизонтом. Всю свою сознательную жизнь я, словно примерная ученица, старательно разыгрывала роль хорошей дочери, верной подруги и прилежной отличницы. Но когда солнце клонилось к закату и город погружался в вечернюю дремоту, я неизменно сбегала из душных четырех стен — туда, где небо сливается с водой.

Наш пляж — это мое личное святилище. Мягкий, словно просеянный сквозь сито, золотистый песок приятно холодил ступни, а бескрайняя гладь озера, переливающаяся всеми оттенками стали и бирюзы, навевала мысли о далеких странствиях. Я могла часами сидеть на берегу, вдыхая солоноватый ветер и вслушиваясь в ритмичный шум прибоя, оставаясь наедине с собственными мыслями. Нет, я не была той затворницей, что сторонится людей и плетет одиночество, словно паутину. У меня есть Дила — моя закадычная подруга, одноклассница и главная сообщница во всех наших скучных, но таких дорогих сердцу городских приключениях. Мы с ней делили пополам все тайны, смеялись до колик в животе и клялись, что однажды выберемся отсюда.

Эта мысль особенно остро завладела мной в старших классах. Тогда, словно утренняя заря после долгой ночи, во мне зажглась мечта: поступить в престижный экономический вуз, получить блестящее образование и стать успешной женщиной, которая уверенно идет по жизни. Я рисовала в воображении картины идеального будущего: шумный мегаполис, стеклянные небоскребы, деловые встречи, а затем — уютный дом, любящий муж, дети, и тихая, безмятежная старость в кругу семьи, с осознанием того, что жизнь прожита не зря. Мне хотелось оставить след, а не просто раствориться в серой толпе провинциального городка.

Последние два года я жила в режиме нон-стоп. Учебники, конспекты, бесконечные вебинары и сборники тестов стали моими верными спутниками. Я зубрила экономические теории до головокружения, решала задачи по статистике до хрипоты в горле, и каждый раз, когда мозг отказывался воспринимать информацию, я представляла себе двери университета, которые вот-вот откроются передо мной. Мои родители, видя мою одержимость, не переставали мной гордиться. Они поддерживали меня в любой, даже самой безумной, инициативе, беззвучно молились за мои успехи и любили меня такой, какая я есть — со всеми моими страхами и амбициями. Я знала, что, уехав учиться, я больше не вернусь в этот сонный Нью-Баффало насовсем. Одна лишь мысль о большом городе, где кипит бурная жизнь, где каждый уголок дышит возможностями и знакомствами, будоражила кровь и заставляла сердце биться чаще. У меня открывалось второе дыхание — дыхание надежды. Надежды быть замеченной, услышанной, оцененной по достоинству. Здесь, дома, у меня не было ни единого шанса проявить себя. И я поклялась себе: я ни за что не упущу этот шанс, даже если для этого придется перевернуть весь мир.

Наступил период экзаменов — время, когда время будто сжимается в тугую пружину. Я была сама не своя: коктейль из страха, тревоги и лихорадочного ожидания зашкаливал до предела. Каждое утро я просыпалась с колотящимся сердцем и чувством тяжести в груди. Но когда на мою электронную почту стали приходить первые результаты, я наконец-то смогла выдохнуть с облегчением — первые барьеры были взяты.

С тех пор, как я отправила пакет документов в университет мечты, прошло долгих две недели. Это были две недели томительного ожидания, показавшиеся мне вечностью. Каждый раз, когда в кармане вибрировал телефон, сердце уходило в пятки. Я ждала ответа, который должен был определить всю мою дальнейшую судьбу: поступила ли я?

Сегодня день выдался под стать моему настроению — пасмурный, хмурый и ветреный. Низкие, свинцовые тучи сгустились над озером Мичиган, нагоняя тоску, а порывистый ветер срывал с деревьев первые пожелтевшие листья и с шумом гнал их по пустынным улицам. Природа будто передавала всю ту бурю эмоций, что бушевала внутри меня последний месяц. Но даже такая непогода не стала преградой для встречи с Дилой. Мы не виделись несколько дней, и я остро чувствовала, как время ускользает сквозь пальцы. Ведь она не поступала туда, куда собиралась я, и теперь каждая минута, проведенная вместе, была на вес золота. Я знала, что, уехав, я оставлю здесь огромную часть своего сердца, и неизвестно, когда мы с ней сможем обняться снова.

Взмахнув рукой, я издалека заметила ее стройную фигуру на нашей лавочке. Это место у самого обрыва, где ветер свистит в ушах, а листья старого клена отбрасывают причудливые тени, стало нашим символом дружбы. Мы провели здесь сотни часов, обсуждая мальчиков, учителей и наши наивные планы на будущее.

— Дила! — крикнула я, перекрывая шум ветра, и прибавила шаг.

Она обернулась, и ее лицо осветилось такой родной, такой искренней улыбкой, что у меня защипало в глазах. Мы крепко обнялись, чувствуя тепло друг друга, и звонко чмокнули друг друга в щеки, словно не виделись целую вечность.

— Как ты? Как родители? — выпалила я короткую фразу, заглядывая в ее глаза. В последнее время мы виделись так редко, что я боялась пропустить что-то важное.

— Лили, солнце мое! — заулыбалась она в ответ, поправляя растрепавшиеся на ветру волосы. — Да все по-старому. Родители прихварывают, но это ерунда, они бодрятся. Знаешь, я вся на иголках... Скоро придет письмо, поступила я или нет. Пиздец, как переживаю, — она нервно хохотнула, но в смехе ее слышалась едва скрываемая дрожь.

— Поверь, я тебя прекрасно понимаю, — вздохнула я, садясь на лавочку рядом с ней. — Буквально дышу через раз. Ты не представляешь, что творится у меня в груди: страх, надежда, радость — все смешалось в один огромный ком. Мне кажется, если я сейчас встану, меня просто сдует этим ветром в озеро.

Мы сели, прижавшись друг к другу плечами, и начали обсуждать события последних недель. Мы вспоминали глупые истории из школьной жизни, смеялись над старыми фотографиями, делились переживаниями и мечтами. Время текло незаметно, растворяясь в легкой болтовне и смехе. Казалось, прошел всего час, а может, и целых три — я потеряла счет времени.

День проходил на удивление тепло, несмотря на хмурое небо, но идиллия длилась недолго. Внезапно мой мобильный телефон, лежащий в кармане куртки, взорвался пронзительной вибрацией. Я вздрогнула, и по спине пробежал холодок. Я вытащила его дрожащими пальцами и уставилась на уведомление.

— Боже! Дила! — всхлипнула я, и голос мой сорвался на писк.

Она вмиг посерьезнела, ее глаза широко раскрылись от любопытства и тревоги. Она схватила меня за плечи и чуть ли не встряхнула:

— Ну, говори! Что там? Не молчи, ты меня пугаешь!

— Письмо! — задохнулась я, чувствуя, как внутри все переворачивается. — Письмо пришло! Я поступила! Слышишь? Я сделала это!

Слова вырвались из меня потоком, и я, не в силах сдерживать эмоции, вскочила с лавочки. Земля буквально горела под ногами. Я начала скакать на месте, размахивая руками, и даже сильный ветер не мешал мне чувствовать себя на седьмом небе от счастья.

Дила тоже подскочила, и в следующее мгновение она уже сжимала меня в таких крепких объятиях, что у меня перехватило дыхание. Мы кружились на месте, как безумные, под холодными каплями начинающегося дождя. В глазах моей лучшей подруги заблестели слезы. Настоящие, счастливые слезы. Видеть, как человек плачет от радости за тебя — это самое трогательное и искреннее зрелище на свете. Я знала, что она переживает за меня всем сердцем, и в этот миг я любила ее еще сильнее.

— Я смогла! Слышишь, я смогла! — воскликнула я, хватая ее за руки. — Дила, спасибо тебе за то, что ты рядом в этот момент. Ты — мой талисман. Я уверена, что тебе тоже скоро придет ответ, и ты тоже все преодолеешь. Я верю в тебя, слышишь?

Мы стояли на ветреном берегу, прижимаясь друг к другу, и слезы смешивались с солеными брызгами озера. Но внезапно, сквозь эйфорию, в мою душу прокрался холодный червячок сомнения.
А что будет дальше? Я так отчаянно хотела уехать, но сейчас, когда мечта стала реальностью, меня накрыла тревога. Смогу ли я быть такой же счастливой, когда покину этот дом, этот город, этот берег? Может быть, все мои мысли о том, что в большом городе начнется лучшая жизнь, были всего лишь наивным заблуждением? Смогу ли я перебороть свои страхи, справиться с одиночеством в незнакомом месте и найти свой путь среди миллионов огней большого города? Ответов пока не было. Но, глядя на мокрую от дождя и слез Дилу, я поняла одно: что бы ни случилось, этот день и эта победа навсегда останутся со мной, придавая мне сил двигаться вперед.