<16>

Я не смогла устроить тотальное обследование квартиры из-за ничтожно маленького промежутка времени на который я осталась одна.
Единственное, что я успела сделать - это посмотреть внимательнее на содержимое того шкафа. Я открыла его и сделала пару фото, после чего отослала их Виктору. На сообщение про яд он не дал никакого ответа. На это он просто обязан ответить.
Опираясь на мои отличные биологические познания, в её шкафу были корни пустырника и что-то сушеное из отряда бобовых. Некоторые растения лежали в баночках с различными подписями на латыни.
Помимо трубок на той же полке стояла недешевая по виду горелка для химических опытов. Да, все таки это было весьма подозрительно.
Вибрация. Телефон.
  -Выслал фото ребятам с особо тяжких, которые разбираются в ботанике. Жду ответ.
Я закрыла шкаф и села на то же место, на котором была, в ожидании хозяйки дома.
***
Когда Агния вернулась, мы переместились в гостиную. Она села на диван по-турецки, а я заняла кресло.
  -Боюсь, я не смогу что-то рассказать в таком состоянии.
Девушка встала и пошла на кухню.
  -Джин или бурбон?, - крикнула она.
  - Джин, - ответила я.
  - Так я и думала!, - воскликнула блондинка и вернулась в комнату, держа бутылку "bombay sapphire".
  ***
  -Я не знаю, правильно ли делаю, рассказывая это, но.. Я доверяю вам Саша, я хочу, чтобы вы это знали. Потому что об этом знало только два человека, и оба сейчас максимально далеко от меня.
Я встретила Антона, когда мне было 13. Я ездила в деревню к ещё живой бабушке и не общалась ни с кем.
Ему было 15 и он казался добрым и хорошим парнем.
Она отхлебнула из стакана немного джина и продолжила:
  -Однажды я ехала на велосипеде и у меня прокололось колесо. Его дом был поблизости, и когда из него вышел высокий паренек и сразу же кинулся мне на помощь, мы, можно сказать, стали друзьями. Ну, мне казалось, что мы друзья.
Я почувствовала, что наступает тот момент, о котором ей говорить тяжело и села к ней поближе, положив руку на плечо.
  -Вы можете не рассказывать, если вам больно.
Блондинка взяла бутылку и сделала большой глоток с горла.
  -Нет, - усмехнулась она, - всё в полном порядке.
Когда мне исполнилось 14,я заметила, что он странно смотрит на меня, когда я сижу рядом. Я помню из рассказов матери, когда она ещё была жива , что наступает такой период, когда ты влюбляешься в кого-то. И я причислила это внимание к детской влюбленности.
Всё изменилось в конце лета, когда он затащил меня в сарай и заставил раздеться. Он насиловал меня пару часов без всякого сожаления. Я кричала, но он сильно бил меня и говорил, что сделает со мной страшное, если я буду отбиваться.
Я помню все свои эмоции спустя семь лет после этого, вы можете себе это представить?
Она ненадолго прервалась, и я увидела, что она начинает всхлипывать.
Я заключила её в обьятья, а голова Агнии уткнулась в мое плечо.
Мой разум отвергал подобные сентиментальные вещи, но мое подсознание ликовало.
Плач усилился.
  Я не говорила ничего, в стиле "Тише" или "Всё будет хорошо". Мы просто сидели так десять минут. Она продолжала плакать. Я гладила её, успокаивая, и она не была против.
Когда она подняла опухшее от слез лицо и посмотрела на меня, мне не хотелось отвернуться от отвращения. Я смотрела на неё, запоминая каждую черту, словно она должна была умереть в следующий момент.
  -Какая я тряпка, размазня. Это ж надо было устроить этот спектакль. Простите меня, ох простите.
  -Хватит с тебя извинений, королева драмы.
Агния звонко засмеялась и я почувствовала, как сама по-дурацки заулыбалась.
Её лицо было так близко.
Я обхватила его одной рукой и, закрыв глаза, поцеловала. Поцелуй был долгим, и не успел он закончится, как Агния проявила инициативу и поцеловала меня в ответ.
Я почувствовала, как по телу побежали мурашки. Из-за выпитого алкоголя всё было, как в тумане, и от этого поцелуй казался еще приятнее.
Я отстранилась и посмотрела на Агнию. Она, потупив взгляд, улыбалась, блестя брекетами.
В тот момент мне казалось, что нет ничего более прекраснее этой улыбки.