<5>

Мое удивление было вполне аргументированно.
За те годы, что Псикиристе обосновалось в Москве, существовала некоторая система.
Дозор был низшей из должностей,но это не означало ее бессмысленность. Подобно теням, дозорные должны были преследовать любого преступника, будь то вор, аферист, насильник или убийца.
Был определенный свод правил, следуя которым дозорным запрещается говорить со своей жертвой и предпринимать попытки нанести ей вред.
Когда ты видишь парня, который изнасиловал 10 женщин, нужна огроная сила воли, чтобы не пристрелить его, поэтому до исполнителя может дойти отнюдь не каждый.
Следующая должность - сборщик. Она включала в себя составление досье на как и прибывших в Псикиристе, так и на жертв. Довольно ценное звено.
Ребята из отдела осд привлекались в особо крайних случаях,и в построении дедуктических рассуждений в расследованиях им на помощь приходили кураторы.
И, наконец, исполнители. Нетрудно догадаться, что являет собой эта работа. У нас были стрелки, люди, обладающие большой физической силой, и много других, кто могли бы выходить на тайные операции. Им не было необходимо, как дозорным, вести отчеты на тему того, во сколько его жертва встала, оделась или испражнилась - палач приходил уже в самом конце, по адресу, который выдавали ему Сборщики и по рекомендациям дозорных.
Работать смотрящим и чистящим означало пропускать учебу из-за постоянной слежки, выполнять работу за двоих, и в случае поимки сесть не просто за Убийство, а за Преследование с целью убийства.
***
Однако я не отказалась от предложенной мне работы.
-Для того, чтобы тебе было понятно, кого искать,-эта реплика Марии выглядела незаконченной, но пару секунд спустя, когда она вручила мне фото девушки, она замолчала.
Агния. Блондинистые волосы до плеч. Усыпанное веснушками лицо. Большие глубоко посаженные серые глаза. Широкие бедра, остальное туловище спрятано за бесформенной синей футболкой. Уголки губ приподняты, а взгляд направлен в место, не запечатленное на фото.
Я понятия не имела, с кем столкнусь, но мой разум самопроизвольно произнес:"она выглядит безобидной".
Я положила свою цель в карман и встала, готовая уйти.
- Я благодарю вас за проявленное ко мне уважение,-я выдавила улыбку выпускника, который салютует всем своим старым учителям в алфавитном порядке.
Заседание не было окончено для остальных, и когда я покинула зал обсуждений, кураторы, подобно рою ос, продолжали говорить.
На скамье у подъезда сидел Валерий, отчаянно пытаясь вызвать такси, но я краем глаза заметила, что его телефон садится. Когда экран погас, он издал вопль, полный брани, а когда увидел меня, наблюдающую за его реакцией, выпалил:
-Чего уставилась, охотница за головами?
Я не стала отвечать на его вопрос, который, скорее всего, был не более, чем риторическим и имел отношение к его истерике, но не ко мне.
В северной части Москвы находилось достаточно баров, и один из них был буквально за углом.
"Future 26" был одним из тех недавно открывшихся заведений, заходя в которое тебя не покидало ощущение, что ты лет сто подряд ходишь в него. Все казалось родным и приятным. Возможно, дело в персонале:он полностью состоял из мужчин, но ни один из них не вел себя и близко как Антон. "Добродушные любители повеселиться",-точно отметила Лиана, когда мы впервые пришли туда.
Бармен Адхам приветливо махнул рукой, увидев, как я подхожу к стойке.
-Шот чистого ягермайстера.
-Даниэлла! Здорово, что заглянула. Как дела с учебой?,-поинтересовался работник, наполняя рюмку темной пахучей жидкостью.
Стоит упомянуть, что для большинства людей я была девочкой из богатой семьи, которая ходила на полностью оплаченный курс кафедры искусств и истории искусства, а вечера проводила или шумными вечеринками, или просто лежа дома и строча сравнительные рефераты по двум эпохам, или стилям искусства. Умная, но разгульная.
Адхам не был исключением - я была частым гостем его бара, но никогда не заикалась о своей работе. "-Зачем тебе работать, если ты можешь попросить у отца пять автомобилей за раз?", - однажды сказал мне он и я поняла, что даже если придумаю историю о работе в ресторанчике быстрого питания уборщицей, у него возникнут подозрения.
-Да весьма продуктивно,-ответила я, - Закончила свою работу на тему "Духовный подтекст в творческих проявлениях художников эпохи Ренессанса".
-Звучит многообещающе,-воодушевленно произнес он.
Я взяла рюмку и мигом осушила её, при этом мой взор был обращен в телефон.
Я писала своему отцу, что отчаянно больна и нуждаюсь в длительном перерыве от учёбы. Он был далеко от нашего города, и, даже, страны, так что не мог уличить меня во лжи визитом в мою скромную обитель, да и он в любой момент мог перевести в деканат немаленькую сумму денег, чтобы у них и в мыслях не было меня отчислять. И я не была каким-то адским разгильдяем в учебе, отнюдь, одной из лучших учениц. Только многочисленные прогулы портили мою репутацию в администрации вуза.
-Повтори,-пробормотала я, как мне показалось, достаточно тихо, но заметив, как бармен наливает мне новую порцию ягера, я поняла, что алкоголь атаковал мою нервную систему.
Следующий час мы беседовали с Адхамом о политике, о различного рода событиях повседневной среды. Это было весьма примитивно и скучно для меня-слушать практически монолог о том, какие у него отношения с братом Рамилем, какая его сестра выходит замуж и как он ненавидит действующую власть Армении.
Его смена заканчивалась в 20.30 и когда за стойку встал другой парень, а Адхам, отсалютовав, пошел домой, я пошла в уборную и поняла, что слегка перебрала.
Я выпила, по меньшей мере, полбутылки стандартного ягермайстера. С моими медицинскими противопоказаниями это было равносильно заставить диабетика есть на завтрак, обед и ужин кусковой сахар вместо другой привычной еды. Я любила выпить, но после было необходимо принимать таблетки, а иначе это превращалось в длинную вереницу приключений "от уборной до спальни и обратно".
После одной успешной попытки моего организма освободить желудок от выпитого, тошнота притупилась. Я слегка дрожащими руками порылась в боковом кармане сумки и нашла в ней мой футляр для таблеток. Я положила две на язык и соорудив из своиз рук лодочку, загребла в нее воды из под крана, которой запила таблетки.
Я посмотрела в зеркало и не была удивлена растекшейся туши, моим растрепанным волосам, которые имели обыкновение быть аккуратно уложенными, о челке вообще не было никакий речи. В глазах двоилось, но я смогла набрать номер одного из своих знакомых, чтобы он подбросил меня до дома , так как я не особо любила такси.