глава 14

Сегодня утро было словно особенным. Туркин рано проснулся и, не в силах больше витать во снах, накинул вчерашнюю одежду, возвращаясь на место сборов. Хоть сейчас, хоть сегодня должен же кто-то быть.
Вокруг глухая тишина, даже ветер затих, словно перед бурей.
Валера шел по улице и чувствовал некий дискомфорт, неприязнь и холод.
Но что такого? Вроде недавно началась весна, птички должны петь, снег таять и дети бегать по двору. Но вокруг гробовая тишина.

Лишь дойдя до места сборов, зеленоглазый увидел парней, ну неужели вернулись. Тихо натягивая улыбку, кудрявый открыл калитку и зашёл к ним, здороваясь. Но в ответ лишь слыша тишину, лишь злые взгляды.

- Здарова, пацаны. А что вы кислые такие? Случилось что? - Тут же в голову вбило, что с Маей что-то. Ведь просто так они, да и Вова, так себя б не вели.

- Это последняя капля, Валер. - Вова подошел до Туркина, отводя взгляд в бок, словно от стыда или сильной обиды.

- Тебя предупреждали. Олух - Снежок стоял рядом явно довольный. Не понять почему, но из всех парней именно Леше предоставляло это удовольствие.

Кудрявый лишь тихо посмеялся, думая, что, может, шутка какая, но когда один из парней схватил его за плечи, оттаскивая назад, понял, что происходит.
Упав на холодный снег, тут же орда парней накинулись на него сверху, разнося удары кулаками, ногами, всё вперемешку.
Быстро закрывая голову и лицо от ног, Валера пытался крикнуть им, чтобы ребята успокоились, ведь по сути не знал за что его бьют.
Шманали парня, как маленького котенка, из стороны в сторону. Не щадили, а били, как последнюю тварь.
Лишь крик Вахита заставил их остановить. Валера, его близкий друг, был и останется. В душе останется.

- Хватит. Я думаю, ему уже прилично будет. - Зима сглотнул, отходя назад от окроваленого лица Валеры, хоть чем-то сейчас, но помог, так бы забили и не заметив.

- Ему? Издеваешься. - Леша нехотя отошёл. Да, тот бы оставил явные вмятины на лице парня, но за что?
Туркин чувствовал себя виноватым во всем подряд, даже в том, что не делал, но в последнее время с ним то и делают, что обвиняют, очевидно.
Стекающая кровь с носа мешала вздохнуть, но встал парень без помощи, медленно переводя взгляд на Вову, Вахита. Неужели. Всё?

- Уходи. Не с нами ты больше.

Услышав речь Вовы, Валера побелел, лишь молча кивая, более и слова не произнося. Ему тут никто не верит, он лишь объект, который несет одни проблемы для всех. Включая Майю.
Неважно, что уже случилось, что Туркин сделал - тоже было неважно. Но теперь как помочь Майе? Ладно он сможет пережить отшивание, но спасти девушку.
Отшитым это будет довольно трудно.

Ничего не оставалось, всё было пусто, его сердце уже словно не билось, застыло на месте.
Это по его вине Соколова сейчас у дом быта, по его вине универсам потерпел крушение, по его вине расстались, всё он.
Оставшийся выброшаным, словно как тот котенок, котёнок которого Туркин подарил Майе. Валера полностью погас, он не понял что с им.
Манчик, их пушистый, не отходил от двери, маленький лежал на ковре, он знал всё, что Туркин был прав насчет бреда и что с девушкой беда. Хотя и не видел этого разговора.

Не хотелось вновь терять двух хозяев, чтоб блуждать по улицам, мыть с луж и голодать.
Туркина взяла злоба. Парень сжал волосы на голове, с рычанием, криком, и паром изо рта, крича на всю улицу. - СУКА! - Эти переменчивые эмоции не давали спокойствия, что, что ему сейчас делать? Бежать одному спасать девушку?

В голову пробирались самые жуткие мысли. Чтобы покончить с собой и уже спокойно забыть про всё, но нет, ради нее, кудрявый должен сначала помочь.
Вспоминая разговор Жени, Туркин опомнился, он вернулся домой и собрал все свои деньги, что накопил за последние время.
Это была огромная сумма, буквально новая машина, но это всё, уйдет за один раз, ради любви.
Положив все деньги в пакет, Валера не стал ждать, не стал колебаться, лишь молча, только сглатывая, шел до Жени.
Предложение есть, главное только договориться, попросить помочь и спокойно жить.

Повезло, что Евгений был дома, Сокол сидел на диване и рассматривал старые книги, ему было совершенно все равно на сестру, как ни странно, парень уже и забыл про ее существование.
Спокойствие было до того момента, пока с двери не раздались стуки.

- Да кого там принесло. - Рычаще встав с дивана, Женя подошел до двери и даже не смотря открыл.
Замечая Валеру по другую сторону, естественно, удивления не прибыло.

- Сразу говорю, я помогать не буду. - Хоть закрыть дверь, Валера сквозь зубы произнёс то, что бы не сказал ему никогда.

- Стой, я принес деньги взамен. Забирай их и просто помоги забрать Майю. - Кидая в ноги парня этот пакет, Туркин надеялся, что его услышали, и ее брат поможет.
Женя посмотрел на этот пакет, даже не смотря какую сумму парень принес, ведь сам имел немалые деньги и бабло ему было неинтересно. - А ничего нуднее не смог придумать? - Закатывая глаза от раздражения, Сокол взглянул на взъерошенного Валеру.

- Да твою мать. Это всё, что у меня есть! - разводя руками в разные стороны, Туркин уже не знал, что предлагать, квартиру на его переписать?

- Неправильно. Не там смотришь, значит. - Женя тихо улыбнулся, смотря в глаза парня. Он знал, чего хочет, для того чтобы наконец-то отомстить за все поступки Валеры.

Туркин дважды оглянулся, куда надо смотреть, чтоб найти то, что надо Жене. Вокруг лишь квартиры, и они оба все.

- Ладно. Ты, ты мне и нужен. - Выходя с квартиры, Евгений, улыбаясь, коснулся волос Туркина. - Твоя воля. - Сжимая руку, Соколов резко наклонил парня в свою строну.

Валера застыл на месте, словно его просили о чем-то невозможном. Нет, но если другое не интересно Жене? То что тогда остаётся? Лишь мутно соглашаться на этот упрек.

- Хорошо. Только ты сначала заберешь девушку, после делай со мной что угодно. - Сглатывая, Туркин понимал, что таким образом отдает и жизнь, но ведь и сам не хотел жить без Маи.

- Отлично. Я заберу девушку вечером. А ты, а ты теперь моя игрушка. Но пока ладно, живи, выполню дело, после ты мой.

Туркин тихо отошёл назад, рыча от злости, но приходилось сдерживать, он же теперь буквально кукла, его тряпочка, игрушка, с которой Женя мог делать что угодно.

- По рукам. - Словно прорычав, Валера нехотя протянул руку, без надежды куда-то убежать.

- По рукам. - Женя радостно улыбнулся, жмя руку Туркина в ответ. Теперь кудрявый его собственность, не сейчас, но в скором времени Валера лишится свободы. - Деньги я возьму, как не как уже предложил.
Эта жадная улыбка так и смотрела в глаза зелёного. Туркин ничего не мог ответить, это всё ради нее. Такие жертвы лишь для того, чтобы Майя была в безопасности.

Молча разворачиваясь, на душе стало чуть спокойнее. Несмотря на такой ужасный день, Валера мог успокоиться, он нашел того, кто поможет, даже такой ценой.
В то время Бордова сидела у себя дома. Она наблюдала, как котенок Майи трётся у дверей, нехотя отходить, чтоб даже поесть.
Саша понимала, ничего хорошего в этом нету, ведь коты чувствуют всё, что их хозяин.

Вахита сейчас не было, парень находился на сборах. После того налета универсам восстанавливались, думали, как бы отвечать.
Но не Зима.
Он понимал, что предал друга в тот момент, когда ему было особенно плохо и больно, но не мог же парень верить словам кудрявого. Несмотря на долгую дружбу, Туркин мог бы такое совершить.
Не обращая внимания на всё это, совесть всё же мучило одно надоедливое чувство. Чувство вины за то, что не остановил Вову.

- Извини, брат. - Тяжело выдыхая под нос, Зима смотрел под ноги, боясь поднимать взгляд выше чьих-то глаз.
Валере это сейчас никак не поможет, но простит ли кудрявый своего давнего друга? После всего этого, возможно, даже и не задумается.
Вот по-тихому и наступал вечер. Девушка уже который день сидела, ожидая помощи, сейчас безразлично смотря в угол. Самой убежать не может, Соколову тут держат, а веры в то, что ее заберут, уже не было.

Так глупо попасть в их руки, могла же дура отпустить этот видак, нет, ради друзей вцепилась как ненормальная, но что теперь?
Уже не хотелось ничего, буквально. Но почему-то этот маленький человек внутри ее словно заставлял держаться. Никто, кроме Саши, так и не узнал, что девушка беременна. И пусть срок небольшой, и она еще может исправиться от этого ребенка, но нет.
Пускай Туркин и изменил ей, пусть Майя и ненавидит парня, но всё же это живой организм. Да и в последнее время мысли наводили на то, что кудрявый все таки и был прав. От дом быта девушка узнала, что большинство слухов бывают поддельными.
Жёлтый частенько наблюдал за действиями девушки.
После того случая с попыткой изнасиловать буквально девочку, Вадим отшил тех парней, обещая, что больше ее не тронут.

Парень понимал, что, возможно, забрать ее никто не заберёт, по крайней мере пока молчат, говоря, что взамен у них буквально ничего нет. - Ладно, тебя как зовут хоть? Я Вадим. - Жёлтый сел около девушки, нужно сначала узнать хотя бы, чья она, кроме того, что ходит с Валерой, которого недавно отшили.

Соколова долгое время молчала. Она не хотела и слова произносить, но Вадим все же, считай, спас ее, поэтому хоть ему могла слово сказать. - Майя. - Кареглазая осторожно взглянула на Жёлтого, стирая маленькие слезки с щёк. Парень тихо кивнул, стараясь разговаривать тихо и совершенно дружелюбно.

- Хорошо, Майя. Ты не волнуйся, я тебя не буду держать. Если всё же никто не удосужится тебя забрать. Не дело это - оставлять девушку одну. - Вадим тихо встал с дивана, предупреждая девушку, что пустит, если убедится в том, что выгоды нету.

В то время их разговор словно имел значение. В здание зашел молодой парень, брат Майи.
Дом быт знал Сокола, они были в союзе и неплохо общались, но насчет его личной жизни не слышали, тем более кто его сестра.
Вадим заметил парня и подошел к нему, как обычно здороваясь и спрашивая, что сюда привело так резко, без всяких уговоров.

- Сестру забрать пришел. Сказали, у вас она. - Сокол сжал руку приятеля, стараясь показать какую-то злость, хотя на самом деле это была только игра.
Майя заметила брата, она не поняла, что происходит, почему Женя тут, совершенно как дома, да еще и говорит, что пришёл за ней. Невозможно, в последний момент их встречи парень был иным.

- Сестру? Майю что ли? - Жёлтый нахмурился, он мог подозревать, что девушка чья-то сестра, но из универсамов, раз общается с ними. - Она же с универсамовскими.

- Ну. Раньше с Туркиным ходила просто. Сейчас с этим покончено. - Женя глянул на испуганные глаза сестры, но не от вида брата, а от слов. С Валерой они правда больше не пара, но брат поставил акцент на последнем слове. Неужели с Валерой что-то произошло?

- Он твой брат? - Жёлтый повернулся к девушке, чтобы узнать, врет ли Женя.
Майя лишь молча кивнула, Соколова ничего не произнесла, тихо вставая с дивана. - Хорошо. Приношу извинения, забирай. - Вадим не имел права больше ее тут держать, лишь для того, чтоб не начинать войну меж еще одной группировкой.
Кареглазая ничего не говорила. Она потеряла дар речи после этого.
Сколько новых вещей всего за эту неделю, так и сума сойти можно.
Девушка тихо вышла за братом, так и не сказав и слова.

- Иди куда хочешь. Мое дело было достать тебя отсюда. - Женя достал сигарету из кармана, сжимая между зубов, ведь не собирался как-то дальше помогать сестре. - Подожди. А зачем? Зачем ты это сделал?

- А ты бы хотела там остаться? - Закуривая шмаль, Сокол посмотрел на Маю, оборачиваясь лицом к девушке.

- Нет. Но ты явно бы не пришел сам, по своей воле. - Зная характер брата, да даже несмотря на то, что были они ближе, чем отец с дочкой, Соколова не могла поверить, что именно сейчас тот сделал это ради нее. Просто ради сестры.

- Бывший твой попросил. Всё? - Окидывая сестру раздражительным взглядом, Женя не собирался задерживаться, сделав свое дело, он должен был получить награду.
Валера? Но зачем? Они расстались, ему не стоило переживать насчет девушки, тем более раз уже изменил.
Но стоп, Соколов никогда бы не согласился просто так, тем более от слов Валеры.
Спросить, что Женя получил взамен, Майя не успела, парень ушел к себе домой, не собираясь разбираться с сестрой, тем более помогать дальше.

Теперь новая бессмыслица. Брат так и не скажет, за ним бессмысленно бежать, да и сил нету. За то время, что белокурая была в заложниках, вся измучилась, хотя покоя. Ничего не оставалось, как вернуть к Саше. Лечь в кровать и отдохнуть, подумать про то, что Валера предложил брату.
Женя с улыбкой шел до дома Валеры. Теперь он имел полное право им располагаться, но пока не было нужды, была лишь мысль предупредить его, что девушка в безопасности, а Туркин в его плену.
Дойдя до квартиры, короткостриженый постучался в дверь Валеры, докуривая сигарету до конца и выкидывая окурок в сторону.
Дверь довольно быстро открылась, откуда выглянул не особо довольный Туркин. Кудрявый надеялся хотя бы на то, что пришел Сокол с хорошей новостью.

- В безопасности твоя Майя. Можешь выдохнуть. - Суя руки в карманы, парень заметил эту лёгкую улыбку на лице вихристого. - Но ты не расслабляйся, помнишь уговор.

- Помню, помню. - И вправду, парень мог спокойно выдохнуть, зная то, что девушка в безопасности, по крайней мере ей больше ничего не угрожает. - Сейчас надо что?

- Нет, сейчас отдыхай. Пока свободен. - Женя похлопал по плечу парня, не задерживая. Предупредил, дела сделал, теперь свободен.
Туркин молча закрыл дверь и зашел домой.
Эту ночь будет спать спокойно, по крайней мере, не думая об ее состоянии, о том, как она и что с ней сейчас.

Но как бы Туркин ни был рад ее освобождению, всегда найдется повод притронуться до алкоголя.
Все же парень был обвинен в том, что не делал, это-то и давило, давило то, что ему никто не поверил, никто, кроме твою мать Жени и того незнакомца, Сени.
Валера не так часто пил, в основном лишь по праздникам, но желание погасить боль давило больше, чем здравый смысл.
Дома стояла бутылка водки, та, что осталась еще с его дня рождения, она была наполовину полна.
Рука сама дотянулась до бутылки, наливая полную рюмку. Первый глоток прошёл отлично. Принюхивая кисть руки и жмуря глаза от горячего, Валера выдохнул в сторону.
Это была не последняя поднятая рюмка, так шла и вторая, третья, пятая.

Со временем бутылка и вовсе полностью опустела. Его голова ничего не соображала, мысли бегали от одного к другому, заставляя вернуться к прежним воспоминаниям с девушкой.
Как бы ни было, но эта влюблённость, эта любовь была настоящей, та искра, что проскользнула в глазах Валеры, она не погасла и по-прежнему. Он видел ее в свадебном платье, в домашней одежде, без нее. Но с таким поворотом событий этого ничего не произойдёт.
Эти воспоминания лишь заставили голову раскалываться, заставили его пустить слезу, что разбилась об край стола.

Счастье было рядом, всегда ходила с ним. Но не в тот день.