ГЛАВА 7. Фокус.

14 июля 2013 года.

Дождь. Гроза. Александр Нерсеев, спотыкаясь об обломанные ветки, бежит по мокрой траве, чуть ли не скользит по ней. А сердце колотится так, словно вот-вот выпрыгнет из груди. Он знает, что тень не отстаёт. Она бесшумно крадётся за ним, ловко следуя по пятам. Раскат молнии пронзает серое небо, резкий порыв ветра хлестает Александра по лицу. Он не убавляет скорости, чувствуя дыхание за спиной. Огибает деревья, предательски мешкающиеся перед глазами. Раздвигает очередную ветку, и видит болото.

Провал.

Ему не выбраться.
А тень ехидничает. Она изгаляется над ним, ведя хренову азартную игру. Александр оборачивается: болотный дым окутывает мозг. В зелёной, едкой жиже плавает скомканная бумажка. Александр судорожно тянется к ней, слыша за спиной тихий смех, походящий на лёгкий удар хлыстом. Кончик этого хлыста плавно касается самого позвоночника. Александр развёртывает бумагу. На ней буквы, небрежно выведенные: «это не жизнь». Переводит взгляд вперёд, чувствуя как холод пронзает кожу, сменяя неистовый жар, исходящий от земли. Вместо болота - озеро. Вместо болотного дыма - её духи. В воде отражается не небо, а хижина. А в глазах всё плывёт и тает. Кто-то касается плеча Александра.

И он просыпается.

- Александр Григорьевич!... - Ермилов настырно тряс за плечо начальника, уснувшего за столом в кабинете, и тот наконец пробудился.

В полусне он пару секунд с опаской таращился на Константина, после чего, окончательно пробудившись, тяжело вздохнул.
Бредовый сон.

- Я несколько переутомился. - негромко оповестил Нерсеев.

- Я и сам, если честно, - Ермилов покосился на три грязные чашки с остатками кофе, мирно лежащие около кипы бумаг, - но, чего бы то не стоило, я всё сделал, как вы и велели. Пробил Лопатина и Васильева.

- Отлично, Костя, - Нерсеев приободрился. - Что у нас по ним?

- Васильев - чист, как стеклышко. Ничего криминального. Только пара штрафов за превышение скорости. Семьянин, двое детей. На распитие спиртных, правда, не скуп был. А вот с Лопатиным интересее...

Ермилов замялся, перебирая в руках несколько листов бумаги. Нерсеев нахмурился, ожидая продолжения.

- Лопатин, оказывается, три года назад проходил по делу о мошенничестве. Тогда как-то замяли, но осадочек, как говорится, остался.

- Что за мошенничество? - Нерсеев подался вперед, заинтересованно глядя на подчиненного.

- Мутная история с землей. Якобы, продал один и тот же участок двум разным людям. Но дело быстро закрыли, деньги вернули, и все остались довольны. Официально - недоразумение. Но дыма без огня не бывает. Может, просто повезло откупиться, а может, связи хорошие.

Нерсеев задумчиво потер подбородок.
- Ладно, Костя, спасибо. Будем иметь в виду. А сейчас оставь меня. И, пожалуйста, пусть никто не беспокоит.

Ермилов кивнул и вышел. Нерсеев откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. Голова гудела, словно в ней поселился рой пчел. «Это не жизнь...» - эхом отдавалось в черепной коробке.

***

Около четырёх часов утра.
Солнце еще не коснулось горизонта, но предрассветные сумерки уже просачивались сквозь огромные окна особняка.

Холодный мрамор пола ощущался босыми ступнями, контрастируя с теплом, исходящим от тлеющей сигары в руке. Седовласый мужчина, с легкой небрежностью одетый в шелковый халат, стоял у окна. Особняк, конечно, хорош - лужайка, как ковер, бассейн блестит. Но все это богатство, знаете ли, едва согревает, когда в бизнесе, да и на личном фронте, как в русском анекдоте, - "украли ложки".

"Если дела всё время идут плохо - они или не ваши, или идут не туда." - вспомнилось Сергею чьё-то изречение.

Дверь в шикарную гостинную мягко отворилась и в комнату плавно вплыл высокий парень, одетый в легкие светло-серые брюки и такую же рубашку, с пшеничной макушкой и хрустально-зелёными, хитро прищурившимися глазами.

- Сергей Витальевич, ну как там ваша скромная обитель разврата? - щебетал, словно канарейка, но Сергей-то знает - эта канарейка ещё как клюнуть может!

- Цветёт и пахнет, - мужчина хмыкнул, выпуская облако дыма, - а вот контрабанда, черт её дери, меня беспокоит.

- Зачем же, чтоб её чёрт драл, если можем мы? - улыбался юноша, направляясь к домашнему бару.

Сергей поморщился.

- Не время для любезностей, Демьян. У меня пробоина в днище. Помнишь груз со склада? - мужчина неспешно отвернулся от окна в сторону парня.

Тот поднял заинтересованный, с искрами беспокойства взгляд с бутылки кьянти.

- Исчез! Фокус-покус, а не бизнес, мать его. - Сергей театрально развёл руками в недовольстве.

Дело в том, что месяц назад была организована переправка кокаина в Аргентину. Сумма товара составляла около двухсот тысяч долларов. И вроде всё шло как по маслу, по крайней мере, так казалось расчëтливому Целиковскому. Но дельце пошло коту под хвост, когда выяснилось, что канул товар в бездну, вместе с тремя его "койотами". Сергей был уверен, что двое из придурков с предвкушением лучшей жизни уже смотались за границу. А вот третий - новенький в его устоявшемся бизнесе - сразу после инцидента был найден приближёнными громилами Сергея у себя в старой квартирке во Владимире, с крайне щенячим взглядом и полнейшей уверенностью, что прямо сейчас ему снесут башку проворной пулей из ПМ. Те парня всё таки оставили в живых, но, конечно, хорошенько, в самых мельчайших деталях рассказали, как они, лично Сергей Витальевич или его ебанутый дружок будут расправляться с провинившимся, если последний не расплатиться. И срок ему поставили. Но видимо, у незадавшегося контрабандиста нет суммы, размером в двести тысяч долларов, ведь на связь он с тех пор не выходил. Да и очень вряд ли, что промаргавший весь товар сукин сын всё ещё во Владимире.

Демьян замер с откупоренным вином. "Вот это номер!" - подумал он, а вслух произнес, щёлкнув пальцами:

- Как исчез? Совсем испарился? Без следов?

- Как кролик из шляпы фокусника, только вместо аплодисментов - зияющая дыра в бюджете, - Сергей усмехнулся, отбрасывая окурок в пепельницу из венецианского стекла. - Как сквозь землю провалился! Мои ребята носом землю роют, и ничего.

- И с чем дело имеем? Крыса в команде? Или ловкий конкурент подсуетился? - предположил юноша, потирая подбородок.

- Крыса... Настоящий, сука, крысиный рой! - Сергей прошелся по комнате, словно голодный хищник в клетке, - И обчистили нагло, дерзко, будто мы тут в песочнице играем! - отчасти, мужчине не деньги было жалко, а принцип. Это же плевок в лицо! Пощечина его авторитету! Сергей скрипнул зубами.

Демьян отхлебнул вина и в его глазах промелькнул блеск азарта.

- Крысы значит... Таких мы не терпим, - он пожал плечами, - ты же знаешь, я всегда рад новым мишеням.

- Но что еще интереснее, Демьян, вместе с грузом испарились и те, кто должен был его охранять. Полный комплект: ни товара, ни головорезов.

Сергей продолжал нервно бродить по просторной комнате, пока вновь не остановился у окна и не вытащил из кармана брюк мобильный. Набрал чей-то номер. Последовали гудки. Вызов никто не принял.

- Дерьмо!

Телефон полетел на мраморный пол и в помещении раздался громкий треск.

- Вот попадись мне он, этот сукин сын, отрежу ему яйца и буду играть ими в бильярд. - процедил мужчина, потирая переносицу.

Сергей выдохнул и прошёл к бару, остановился напротив блондина и вперил в него змеиный взгляд.

- Знаешь что, милый? Если поможешь найти ублюдка, живого или мёртвого, я вознагражу тебя.

Лицо парня на миг исказилось в самонадеянно-насмешливой ухмылке. Он подумал, наливая в два бокала ещё рубинового напитка.

- Мнимые награды мне не нужны. Но я готов помочь. Давненько, знаете ли, не доводилось охотиться. А я охоту страстно люблю, - Демьян вновь не поскупился на ухмылку. Уголки губ Сергея от чего-то тоже бесконтрольно поползли вверх, - Только дайте мне полный карт-бланш.

Сергею стало холодно, несмотря на тёплый халат. Блондин протянул ему изящный бокал по форме тюльпана, который мужчина безоговорочно принял.

- Хорошо. Любые методы пойдут. Раз гадёныш провинился - должно последовать наказание, - заметил седовласый.

Когда Целиковский с бокалом кьянти в руке уже уселся на бархатный диван и подозвал к себе блондина, послышалось робкое постукивание в дверь. Сергей, насторожившись, бросил короткое "войдите" и в зал заглянула невысокая брюнетка с несколько нервным взглядом: не таким неврным, как если бы у неё с собой была какая-то удручающая весть, а нервным от природы. То была домработница Целиковского - Анастасия.

- Демьян Романович, ваш водитель подъехал, - запнувшись на имени, оповестила вошедшая.

- Замечательно! Передай ему, золотце, что я спущусь через пятнадцать минут, - отозвался блондин, делая пару шагов в сторону дивана.
Женщина резво кивнула и скрылась за дубовой дверью.

- Серый, поехали в миднайт шайн? - протянул Демьян, обойдя диван сзади и оперевшись руками о его спинку прямо позади Целиковского.

- Тьфу ты, что я говорил тебе в прошлый раз на счёт этого твоего казино-блядушника? Не-не-не! Я туда ни ногой. - провозгласил седовласый.

- А бордель ваш вовсе не блядушник? - усмехнулся юноша, - Вы просто до сих пор дуетесь из-за того проигрыша.

Сергей нахмурился и тяжело вздохнул.

- Вы так обессиленно откинулись на спинку стула, когда Владимир Афанасьевич выложил десятку пик, - хихикал блондин.

Мужчина резко повернулся к нему.

- Замолчи! Я, так уж и быть, поеду с тобой. Но играть не буду.

Демьян самодовольно ухмыльнулся. Сергей позвал Анастасию, чтобы та выгладила костюм.