III

Однако, стоит вернуться к новым разборкам, которые начались в нашем городе. Дагестанская "бригада", избивавшая закладчиков, забиравшая товар и строившая из себя "героев", спасающих народ. Героев, которые позже через своих малолеток перепродавали этот же товар в школы и дворы, к тому же - "набодяженный", т.е. замешанный с другими примесями и соответственно, получивший в весе.

У нас были номера школ, на которых наверняка реализовывали товар. А найти знакомых по этим школам благодаря огромной своре работавших на нас малолеток - не составляло труда. Требовалось лишь через Максима Игоревича сделать запрос, а спустя двое суток - уже знать, какая малолетка, в какой школе и по какому адресу проживающая реализует товар.

Всё-таки, если человек желал заниматься теневым бизнесом - ему следовало быть крайне умным и стараться всячески не оставлять за собой следов. Почему "стараться", а не делать? Потому что, увы, все следы за собой ты не смоешь. Сколько не старайся...

Мы с парой бойцов, выданных мне Лукой, спокойно сидели во дворе нашей цели. Был уже десятый час, а учитывая, что временем года было начало осени, на улице уже было довольно темно. А посему, один из бойцов уже был направлен ожидать цель прямо около подъезда, дабы в темноте мы его не потеряли.

Нам требовался молодой парень, дагестанец, проживавший в центре города и учившийся ещё только в девятом классе. По школе, как выразились наши контакты, он был "смотрящий". По крайней мере, для малолеток, это что-то да значило. У нас же это вызывало лишь смех, ибо очередная помойная муха решила нацепить на себя корону.

Почему я так говорю? Потому что "смотрящим" назначает человек сверху. Блатной, если будет так угодно, ибо "смотрящий" - область тюремной романтики. Невозможно стать "смотрящим" по собственной прихоти. Ты можешь быть авторитетным на территории своей шараги, однако, это ещё не делает тебя смотрящим. Лишь если ты заинтересуешь верхушку города и она сама с тобой свяжется - тогда у тебя есть шансы "нацепить корону". В большинстве же случаев этих "самопровозглашённых смотрящих" на школу бывает столько же, сколько и компаний крутится в этой самой школе.

Однако, суть сейчас была не в этом. Выпорхнув из перехода между домами, выложенному в варианте арки, парень лет 15 быстро зашагал по дороге, словно куда-то спешил. Быстро прищурившись и увидев его лицо в свете одного из окон, мимо которых он проходил я отлично узнал лицо нашего клиента.

Кидая тень, что медленно меняла градус в зависимости от расположения парня к окну, то появляясь вновь новой, ещё тёмной и сменяясь тусклой-старой, наш дорогой дагестанец подходил всё ближе и ближе к подъезду, даже не озираясь по сторонам. Словно и не ожидал никакой подставы.

А зря. Очень зря.

Я кратко кивнул нашему контакту у подъезда, дабы тот готовился. Молодой "спортик" мигом разогнулся, после чего, выжидая ещё пару секунд, наконец увидел парня, что уже вот-вот должен был подойти к нему.

-Сигареты не будет?

-Чё-йо... - всё, что раздалось у нас со вторым бойцом за спиной, прежде чем мы услышали гудящий кашель и чьи-то подкосившиеся ноги. 

Не теряя времени, мы встали и мигом направились в сторону подъезда, где оставалась уже малая часть работы. Ещё только придя сюда, мы знали, что нам потребуется подвал этого подъезда. А посему - быстро вскрыли замок, дабы потом облегчить себе задачу.

Молодой парнишка-даг стоял на коленях у двери подъезда, держась за живот. Наш боец держал его голову за волосы, вытягивая за них тело вверх и занося кулак. Раздался мощный удар, после которого наш "клиент" плюхнулся на бетон, хватаясь за нос и начиная что-то мычать.

Он уже собирался вставать, однако, тут же подошли мы со вторым бойцом. Три пары ног начали наносить мощные удары по телу бедного малолетнего "барыги", который извивался, подобно змее, скукожившись, словно маленький ребёнок.

-Как вы наших толпой, так и мы вас, черножопый! - прошипел один из наших бойцов, нанося мощный удар по голове парня, отчего тот даже перевернулся.

Сейчас можно было отлично рассмотреть то, во что превратилось лицо "бойца", враждебного нам. Каша. Вот то единственное слово, которым можно было охарактеризовать картину, явившуюся перед глазами.

Вокруг глаз виднелись здоровенные синяки, которые полностью, набухнув, закрывали глаза. Верхняя губа была разбита и взбухла, по щеке и из носа текли весёлые, резвые струйки рубиновой крови.

Вся одежда была изорвана, а также перепачкана кровью. В принципе, кровь попала всюду - даже на бетон, на наши штаны и кроссовки. Тело, лежавшее у наших ног, пыталось откашляться, что-то сказать, даже угрожать. Однако, количество и сила ударов давали о себе знать. Мне на секунду даже показалось, что мы перестарались. Однако, то, что этот мальчишка продавал наркоту таким же детям, как и он, сразу использовалось моим же сознанием как контраргумент предыдущей мысли.

"Нет. Нельзя их жалеть. Лишь бить, мучить и убивать. Это мусор, только биологический. Мусор, который нужно выносить оттуда, где живёт наше общество. Цивилизованное общество".

-Под руки его и в подвал. - произнёс я, мигом спускаясь вниз и хватая цель за одну из рук, которой оно ещё пыталось сопротивляться, как тут же получило по зубам. Кровь, вместе с парой осколков зубов, мигом полетела на бетон, окрапив тот в лёгкую, аккуратную, багровую крапинку.

Наши бойцы схватили его за ноги и второй руку, после чего, открыв дверь подвала, мы быстро переглянулись. На то, чтобы понять мысли друг-друга много времени не ушло. Каждый подумал об одной и той же гениальной, но в то же время тупой, жестокой, животной затее.

-На счёт три. Раз. Два. Три! - отсчитал один из наших бойцов, молодой парнишка лет 18, собственно, встречавший клиента у двери подъезда. На счёт "три" тело полетело вниз по ступеням кубарем, где-то даже ударяясь головой, зубами или чёрт знает чем и пачкая кровью очередную ступень.

Мерзость.