37 глава

— Я помню, ты говорил, что будешь настойчивым... — короткая пауза, а в голосе мелькнула ленивая усмешка. — Или ты просто боишься, что я привыкну к твоим поцелуям?

Жан не сразу ответил. Он стоял, как вкопанный, улавливая каждое движение, каждое слово — будто Рико разговаривал с самыми нервными окончаниями его тела. Он видел, как тот наклонил голову чуть вбок, почти игриво, как пальцы скользнули чуть выше — и вдруг...

Морияма встал на носочки.

Не торопливо, не ради театральности, а с какой-то наивной, искренней решимостью — будто это было его единственным способом добраться до него, дотянуться, не спрашивая разрешения. Его ладони легли поверх груди Жана, мягко, но крепко, словно ища в этом опору.

Жан даже не дышал.

Он смотрел, как Рико медленно приблизился, как его ресницы дрогнули, как чуть приоткрылись губы — и только тогда он почувствовал: этот поцелуй был не вызовом, не провокацией, не дерзкой игрой.

Он был красивым. Таким, от которого щемило внутри. Таким, от которого хотелось закрыть глаза и забыть, что вокруг них может быть кто-то ещё.

Жан инстинктивно опустил голову чуть ниже, будто стараясь подстроиться под него, не мешать, не спугнуть, не разрушить этот момент. И когда Рико отстранился — всего на сантиметр — на его лице блеснула тень удовлетворения, а щеки были чуть розовее обычного.

Моро выдохнул, и в этом выдохе слышалось всё — и удивление, и растопленная осторожность, и треснувшее самообладание.

— Не боюсь, — тихо сказал он, почти шепнул, и в следующую секунду разомкнул пальцы капитана, развернул его и мягко, но решительно прижал к стене. Его движения были резкими, но не грубыми, сдержанно жадными — как будто теперь он, наконец, позволил себе сделать то, чего избегал слишком долго.

Его рука легла на талию Рико, вторая — на затылок, пальцы крепко сомкнулись в волосах. И прежде чем Рико успел сказать хоть слово, Жан накрыл его губы своим поцелуем — более глубоким, уверенным, по-настоящему взрослым. Таким, который не оставлял пространства ни для сомнений, ни для дистанции.

Словно он доказывал, что действительно не боится. И больше не собирается убегать.

Его пальцы крепче сжались в волосах Короля , наклоняя его голову чуть назад — ровно настолько, чтобы открыть доступ к губам глубже. А вторая рука на талии соскользнула чуть ниже, поджимая Рико ближе, ближе — как будто ему было мало этого прикосновения, мало тела под руками, мало жара, разливающегося между ними.

Рико едва не задохнулся. Его пальцы сжались на груди француза, а тело дрогнуло — не от страха, а от того, насколько сильно в нём отзывалось каждое движение, каждый нажим. Воздух вырвался из него с тихим, сдавленным стоном — нечаянным, но слишком честным, чтобы его не заметить.

Жан застонал в ответ — глухо, сдержанно, будто этот звук сам вырвался у него из груди, не спрашивая. Его губы скользнули чуть ниже — к краю челюсти, к шее, оставляя тёплые следы, — и снова вернулись к губам, ещё жаднее, ещё глубже. Поцелуй стал горячим до головокружения — с языком, с влажным щелчком, от которого сердце Мориямы сбилось с ритма.

Они оторвались друг от друга не сразу. Воздух между ними всё ещё был тёплым, насыщенным чем-то, что не отпускало. Король дышал сбивчиво, опустив взгляд, а Жан смотрел на него, как будто пытался прийти в себя — сжечь последнюю искру, прежде чем сказать хоть слово.

Но слов не понадобилось.

Рико шагнул ближе, почти не думая, и положил лоб ему на грудь. Просто тихо, без театра, будто это было самое естественное, что он мог сделать. Его руки, всё ещё лежащие на груди Моро, едва заметно сжались в ткани.

Жан медленно выдохнул и обнял его — не слишком крепко, не слишком мягко. Так, как будто это нужно было не только Рико. Ладонь легла на его спину, вторая — чуть выше, ближе к затылку. Он не говорил ничего, просто держал. Простой, молчаливый жест.

Минуту спустя прозвенел звонок. Привычный, раздражающе будничный.

Морияма первым отстранился. Быстро провёл ладонью по волосам, как будто хотел сбросить с себя всё то, что только что произошло, и посмотреть на Жана спокойнее.

— Нам пора, — сказал он тихо. Голос всё ещё звучал глухо.

Жан кивнул. Он не улыбался, но в его взгляде было что-то спокойное — уравновешенное. Он легко коснулся плеча Рико, словно просто проверяя, что тот рядом, и они вместе направились к аудиториям.

Обычное движение. Обычное утро. Но между ними уже что-то сдвинулось — почти незаметно, но точно.

 ***

Последняя пара тянулась медленно. Рико практически не слышал, о чём говорил преподаватель — всё плыло мимо. Он сидел молча, машинально записывая что-то в тетрадь, изредка бросая взгляд в сторону окна. Мысли всё ещё кружили вокруг того, как Жан смотрел на него, как прижимал к стене, как целовал — и как долго они стояли, не говоря ни слова.

Звонок прозвучал неожиданно громко. Студенты задвигали стульями, собирали вещи, поднимались. Морияма тоже встал, коротко попрощался с преподавателем и молча вышел в коридор.

Жан ждал его возле выхода — привычно, спокойно. Он едва заметно улыбнулся, когда Рико подошёл ближе.

Но Рико вдруг резко остановился, положил ладонь на грудь Моро, преграждая ему путь.

— Выйдем раздельно, — коротко бросил он, чуть понизив голос. — Там... дядя.

Жан не стал задавать вопросов. Его выражение сразу стало серьёзным. Он просто кивнул:

— Ладно. Буду сзади.

Капитан вышел первым. Спокойно, будто всё было как обычно. На лице — ни тени волнения, внутри — совсем другое.

И действительно, у машины, припаркованной чуть в стороне от кампуса, стоял Тэцудзи. В тёмном пальто, опершись о кузов. Он смотрел на Рико почти ласково, как будто видел его впервые за долгое время.

— Зачем приехал? — голос Рико звучал ровно, даже чуть холодно.

Тэцудзи выпрямился, сделал шаг ближе. Улыбнулся. После заговорил тем самым голосом, который звучал бы доброжелательно, если бы не знал, что за ним скрывается.

— В тот день... Я сам не понял, что на меня нашло. — Он сделал вид, будто смущён. — Я сломал твой телефон.

Младший ничего не ответил, только смотрел.

 Тренер тем временем подошёл ближе и мягко взял его за плечо, чуть нагнувшись, чтобы заглянуть в лицо:

— Пойдём, купим тебе новый, какой захочешь. Мне совсем тоскливо, что не могу тебе написать... 

И в какой-то момент, будто случайно, Тэцудзи бросил взгляд на его шею. Короткий, скользящий, но резкий, как щелчок по нервам. Задержался всего на миг — и исчез, будто ничего не было.

Рико поправил ворот рубашки. Легко, буднично. Как будто ему и правда стало немного не по себе от прохладного ветра, что тянул из коридора.

 Старший прищурился. Что-то мелькнуло в его взгляде — то ли узнавание, то ли сомнение. Но он ничего не сказал. Только шагнул ближе и, мягко коснувшись Рико за плечо, сказал:

— Пойдём.

Он повёл его к машине. Точно так же, как всегда — спокойно, сдержанно, почти заботливо. Как будто этот взгляд ничего не значил.

Машина скользила по улицам медленно, почти лениво. Внутри было тихо, и только музыка — еле слышная, будто из другой комнаты — заполняла паузы между словами, которых никто не торопился говорить. Рико сидел, глядя в окно, не комментируя ни маршрут, ни остановки, ни то, как Тэцудзи вёл чуть быстрее обычного.

Они остановились у одного из самых дорогих магазинов — с фасадом, отражающим вечернее небо, и витринами, в которых телефоны стояли как украшения. Тэцудзи вошёл первым. Он не задавал вопросов — просто взял консультанта под локоть и повёл к витрине.

— Этот, — сказал он. — Или этот. Лучше — оба. Один оставим на случай, если опять что-то случится.

Рико стоял рядом, слегка улыбаясь, будто вежливо. Его голос звучал тихо и легко:

— Да, давай... Всё хорошо. Мне всё подойдёт.

Прошёл час, может, два. Они посмотрели модели, проверили чехлы, выбрали наушники, оформили доставку — и всё это время Тэцудзи держал привычную маску: спокойную, деловую, с лёгким оттенком «я всё это делаю потому что забочусь».

Когда вышли из магазина, небо уже темнело. Ветер стал прохладнее. Рико глубже вдохнул, будто хотел стряхнуть с себя усталость.

А потом наступила вечерняя тренировка.

Холодный свет прожекторов, глухие удары мяча, выкрики. Всё на своих местах. Тела двигаются в отработанных траекториях, как будто день не нарушал ритм. Как будто и не было взгляда, не было следа, не было полупрозрачной боли под грудью.

После — душевые.

Пар в воздухе, вода по плитке, приглушённые разговоры, глухой смех, короткие реплики. И где-то в этом между — Рико и Жан. Перекинутый взгляд. Мимолётный, короткий. Без слов. Жан чуть дольше задерживает взгляд, когда Рико проходит мимо. А тот будто бы не замечает — или слишком хорошо делает вид, что не замечает. Но дыхание чуть сбивается.

Они выходят в разное время. Одеваются молча. Идут по коридору вместе, но потом расходятся по комнатам.

Рико очень хочет постучать. Или просто дождаться, когда дверь Жана приоткроется. Но вместо этого он включает настольную лампу, достаёт тетрадь, открывает конспекты. Записывает, подчёркивает, возвращается к строчкам. Делает вид, что всё под контролем.

Почти к полуночи он откидывается на спинку стула и замирает. Ладони всё ещё на листах, но взгляд — уже где-то в другом месте. Там, где губы были тёплыми, где руки крепко держали, где дыхание обжигало. В воспоминании, которое не хочет уходить.

Он коснулся губ пальцами, будто примеряя, и чуть улыбнулся — едва-едва.

Это было... хорошо. Настояще. И даже если всё это — опасно, всё равно хотелось ещё.

***

Утро было серым. Сквозь тонкие шторы просачивался бледный свет — будто сам день ещё не до конца решился наступать. 

Рико лежал, уставившись в потолок. Несколько секунд просто слушал дыхание, ощущал тяжесть на веках, а потом медленно потянулся за коробкой, лежавшей на краю стола. Телефон, купленный вчера.

Он распаковывал его без спешки. Аккуратно снял защитную плёнку, включил. Экран загорелся, и в первое мгновение он ничего не почувствовал — ни радости, ни интереса. Лишь привычное: "ещё одна вещь, которую выбрали за меня".

Контакты. Всего несколько имён.

Тэцудзи.

Водитель.

Ассистент.

Он пролистал вниз — ничего. Ни брата. Ни Жана. Ни старых сообщений, ни фотографий. Пусто. Чисто. Безопасно.

Он не сказал ничего. Просто отложил телефон в сторону, откинулся обратно на подушку, глубоко вдохнул. А потом встал.

Завтрак в столовой прошёл, как всегда. Ложки, подносы, запах кофе. Кто-то смеялся за соседним столом. Жан мелькал взглядом — коротко, как и Рико. Всё было на грани молчания и намёков.

После — тренировка. Шум, отработки, голос Тэцудзи где-то рядом — почти не касаясь, но ощущаясь всем телом.

После душ. Опять пар, плитка, короткие взгляды, не сказанные слова. 

В университете было шумно, но как-то приглушённо. Как будто день проходил сквозь плёнку. Рико сидел у окна, делал записи, отвечал на вопросы преподавателя. Всё правильно, всё по графику.

Скоро должна быть ещё одна выездная игра. Это чувствовалось. В напряжённости в зале, в том, как Тэцудзи становился резче, в том, как команда начала тише разговаривать друг с другом — будто настраивалась.

⸻

Морияма смотрел в окно, пока преподаватель объяснял что-то у доски.

Двор был залит светом — таким, который делает всё вокруг чуть ярче, чем на самом деле. На спортивной площадке, где шёл урок физкультуры у параллельной группы, Жан как раз выбрасывал мяч в кольцо. Его движение было резким, точным, и почему-то даже в этом был намёк на дерзость.

Рико невольно задержал взгляд.

Потом — заметил, как к Жану подошла одна из девушек. Та, что любит смеяться слишком громко. Её голос даже сквозь стекло ощущался фальшиво-звонким. Она что-то сказала, положив ладонь ему на плечо. Жан усмехнулся в ответ — почти вежливо, но всё равно...

К ним подошёл ещё кто-то. Парень, высокий, с прищуром. Тоже заговорил. Рико прищурился.

Он не понимал, почему именно сейчас стало так... неприятно.

Он задержался у окна чуть дольше, чем стоило. А когда прозвенел звонок, первым выбежал из аудитории.

Перемена. У них обоих — окно между парами. Рико вышел чуть позже, чем хотел, и едва свернул в коридор, как заметил знакомую спину.

Моро стоял у окна внизу, опираясь о перила. Рядом — тот самый парень с площадки. Что-то рассказывал, как-то слишком свободно улыбался. И Жан... слушал. Не отстранялся. И этого хватило, чтобы внутри Рико что-то едва заметно скрутилось.

Не зная парня, Морияма остановился на пару секунд, пытаясь вспомнить, где он мог его видеть. Лицо было смутно знакомо. Один из тех, кого встречаешь мельком — в холле, в столовой. Наверное, одногруппник. Его взгляд ненадолго остановился на Жане, и он почувствовал, как всё внутри сжалось. Чуть сильнее. Чуть больнее.

С лёгким движением Морияма направился к ним, почти не спеша, его шаги ровные, уверенные. Улыбка на губах была лёгкой и почти невинной.

— Привет. — обратился он к парню, с интересом разглядывая его. — О, кажется, ты из нашей группы, верно? Мне кажется, я тебя где-то видел.

Парень посмотрел на него, немного удивлённо, но с мгновенной заинтересованностью.

— О да, мы пересекались пару раз. Я Алекс, — сказал он с широкой улыбкой, протягивая руку.

— Рико Морияма. Приятно познакомиться, — сказал он, пожав руку, задержав её чуть дольше, чем следовало бы. Взгляд Рико мельком скользнул на Моро, который стоял неподвижно, наблюдая.

Жан не сдержал раздражённого взгляда. Капитан Воронов  видел, как тот напрягся, но продолжал общаться с Алексом, почти игнорируя его присутствие. Он знал, что Моро чувствует, и это только подогревало игру. 

Жан , стоящий рядом, не позволил Рико забыть, что он здесь, и обвил руку вокруг его талии, привлекая внимание. 

— Вы пересекались? Мы познакомились с ним на одном из мероприятий, — с лёгким, почти неуловимым акцентом в голосе проговорил француз, не спешащий отводить взгляд от Рико.

Король заметил, как Алекс немного сбился с мысли, но не ответил сразу. После медленно повернулся к Жану, небрежно пожимая плечами. 

— Так вы близки? — с изрядной долей игривости и лёгким сарказмом проговорил Рико, пристально смотря в глаза Жана. Его взгляд был игривым, почти насмешливым, будто проверяя реакцию.

Моро тихо усмехнулся, его губы еле заметно изогнулись. Он наклонился к Рико так близко, что их тела почти соприкоснулись, и, не отрывая взгляда, прошептал ему на ухо:

— Не так близки, как мы с тобой, — его слова были едва слышны, но в них было что-то невероятно уверенное и немного соблазнительное.

Рико на мгновение задержал дыхание, чувствуя, как его сердце резко учащается. Но он не стал показывать слабину. Вместо этого его взгляд стал более холодным, а улыбка — скрытой, как всегда, но с лёгким оттенком напряжения.

Он заметил, как Алекс отступил, замечая напряжённую атмосферу между ними, но Рико не отвёл глаз. Всё вокруг как будто замерло на мгновение, и каждый их жест, каждый взгляд, наполнялся смыслом. Ревность уже витала в воздухе.

Парень нервно заулыбался и, немного спотыкаясь на словах, сказал:

— Ой, мне, наверное, пора... меня ждут, — быстро сказал он, явно желая покинуть эту непростую атмосферу. — Ну, мы ещё увидимся, да?

Рико с фальшивой лёгкостью улыбнулся, его голос был обманчиво тёплым, почти дружелюбным.

— О, как жаль, — произнёс он, чуть склоняя голову. — Ну, ладно. В следующий раз, конечно. Может, посидим как-нибудь? За чашечкой кофе, что ли?

Алекс немного замешкался, его глаза бегло скользнули по Жану, а потом снова на Рико. Он, немного нервничая, кивнул.

— Да, конечно, — сказал он с улыбкой, явно пытаясь сгладить ситуацию. — До встречи.

И, быстро попрощавшись, Алекс поспешил уйти, оставив Рико и Жана наедине.

Морияма посмотрел ему в спину, пока тот не скрылся за поворотом, и затем перевёл взгляд на Жана. Он не стал скрывать лёгкую насмешку, и его улыбка стала чуть более узкой, а глаза — холодными. Всё в этом моменте подсказывало: игра продолжалась. И теперь она приобрела новый, гораздо более захватывающий поворот.