День 14. Наставник Хань Чан.

"Теплая болезнь весной, лихорадка летом, малярия и дизентерия осенью, холодный воздух и кашель зимой — все четыре сезона нездорового воздуха. Общее название — брюшной тиф..."

Голос Е Юньтина был чистым и нежным, и когда он читал его слово за словом, он был похож на журчащий ручей, падающий в пруд, с брызгами переливающейся воды, испускающими весеннюю прохладу.

Неторопливый тон голоса был слышен в ушах страдающего Ли Фэнци, и даже беспокойство в его теле на некоторое время утихло. Он с трудом открыл глаза, и пот на его лице прилип к ресницам, затуманивая зрение. Он моргнул и стряхнул пот, и тогда ему стало ясно видно серьезные черты лица молодого человека.

Е Юньтин слегка наклонил голову, держа в руке книгу "Конфуцианские дела", которую он читал, между его спокойными бровями залегли мелкие морщинки, а два тонкие полоски губ приоткрывались, и медленно лился чистый протяжный голос. Все это создавало серьезный вид.

Грудь Ли Фэнци вздымалась и опускалась, он несколько раз тяжело вздохнул, и его глаза на мгновение сфокусировались на нем.

Дело не только в голосе, молодой человек, спокойно сидящий рядом, излучал мирную и безразличную ауру. Ли Фэнци попытался обратить на него свое внимание, чтобы не обращать внимания на бесконечную боль в своем теле, а также на беспокойство и бурные эмоции, которые выросли из боли.

Возможно, его взгляд был слишком горячим, Е Юньтин, который был увлечен чтением, поднял голову и встретился с его прямым взглядом.

Он не знал, был ли это водяной пар или боль, глаза Ли Фэнци были налиты кровью, и на первый взгляд его глаза казались красными и стеклянными, что немного пугало.

Е Юнтин был ошеломлен на мгновение, затем отложил книгу, взял носовой платок и аккуратно вытер пот с лица. Никто не издал ни звука во время процесса вытирания. Е Юнтин, казалось, сделал необычную вещь. Вытерев пот, он положил платок и продолжил читать ту часть, где он прервался раньше.

«Если болезнь не возникает весной, а сильно поражается жарой, то это будет летняя лихорадка; если она не возникает летом, а страдает от сырости...»

Он просто тихо сидел на маленьком табурете и читал книгу. Прочитав две страницы, он вытирал пот Ли Фэнци платком и просил Цзи Ляна принести горячей воды, чтобы сменить ему.......

Он думал, что под звуки его неторопливого чтения пройдет очень долгий и мучительный час.

Ли Фэнци бодрствовал на протяжении всего процесса, но когда лечебная ванна закончилась, он потерял сознание и соскользнул в ванну. Е Юньтин быстро наполовину обнял его глазами и руками, прежде чем позволить ему соскользнуть в воду. Тело в его руках все еще испаряло тепло, кожа упругая и теплая, и даже можно почувствовать выступающие линии мышц на руках. Он неловко закрыл глаза, позвал Цзи Ляна, и они вдвоем принялись вытаскивать Ли Фэнци из ванны.

Вытерев тело и надев чистую одежду, Ли Фэнци уложили в кровать.

В это время его сознание было немного слабым, его глаза были полуоткрыты, и он полагался только на силу воли, чтобы продержаться, поэтому он не потерял сознание.

- Ты можешь отдохнуть. - Е Юньтин увидел, что он все еще крепко кусает ткань во рту, и протянул руку, чтобы вынуть ткань изо рта, но обнаружил, что он все еще крепко кусает.

Он нахмурился и некоторое время колебался, легонько похлопал Ли Фэнци по щеке и дважды позвал, прежде чем Ли Фэнци отпустил ее.

На светлой ткани виднелись пятна крови.

Е Юньтин глубоко вздохнул. Хотя ему сказали, что эта лечебная ванна будет непростой, вид боли, которую он случайно обнаружил собственными глазами, все равно заставил его испугаться.

Неудивительно, что Ли Фэнци смог дать отпор в прошлой жизни. Сила воли короля Юнъаня действительно сравнима с силой воли других людей.

Он медленно выдохнул мутный воздух из своей груди и нежно похлопал Ли Фэнци по руке: - Принц, хорошенько отдохни, я буду охранять.

Цзи Лян поддержал Ли Фэнци, который не закрывал глаза и, наконец, он медленно закрыл их после этих слов. Хотя его брови все еще были сильно нахмурены, его напряженное тело медленно расслабилось.

Е Юньтин почувствовал облегчение, когда увидел это, отошел подальше от света свечей. Только тогда он и Цзи Лянь слегка прибрались в доме.

Страдания Ли Фэнци не были напрасными.

Когда он проснулся на второй день, его верхняя часть тела уже могла нормально двигаться. Только ноги все еще были больными.

Но это было уже намного лучше, чем он ожидал. Единственная ложка дегтя заключалась в том, что лекарственный материал был очень сильным, и он внезапно увеличил дозировку. Хотя токсичность была подавлена, его тело не могло ее вынести и стало намного слабее, чем раньше.

Первоначально Е Юньтин заботился о нем в эти дни, и его лицо значительно улучшилось. Но после лечебной ванны его лицо было намного хуже, чем раньше, его лицо было бескровным и слабым, и было заметно даже невооруженным глазом.

Е Юньтин забеспокоился: - Все еще есть кролики присланные Е Ваном . Не хотите ли попросить Цзи Ляна приготовить тушеное мясо, чтобы восстановиться ?

Трехразовое питание во дворце никогда не менялось. Люди с хорошим здоровьем могут есть только простую пищу, но Ли Фэнци настолько слаб, что ему все еще нужно есть хорошие добавки.

- Просто я какое-то время потерплю силу лекарства. Через несколько дней все будет хорошо.- Ли Фэнци увидел беспокойство на его лице и отпустил редкую шутку: - Сокол преодолел тысячи миль, чтобы доставить послание, но мы тайно съели его кролика. 

Е Юньтин не смог сдержать смех и очень сильно поджал губы, чтобы не слишком сильно улыбаться. Но даже в этом случае его глаза были похожи на чистое озеро со сверкающими волнами на озере, которые почти ослепили глаза Ли Фэнци.

Его глаза смягчились: - Смейся, если хочешь. Учитывая дружбу между тобой и мной, нет необходимости быть сдержанным.

Е Юньтин улыбнулся и опустил глаза, но все же настаивал: - Я попросил Цзи Ляна приготовить суп из кролика, чтобы компенсировать все принцу. Когда вернется с охоты  сокол, мы компенсируем это еще несколькими.

Очевидно, что Ли Фэнци сейчас не может защитить себя, и они даже не может есть мясо. Но в его тоне была уверенность, что к тому времени, как вернутся соколиные охотники, они, должно быть, изменят ситуацию.

Ли Фэнци кивнул в ответ: - Хорошо.

......

В полдень того же дня, благодаря Е Вану и соколиной охоте, у них троих наконец-то был полный рот мяса.

Хотя лицо Ли Фэнци все еще было пугающе плохим, после еды он мог медленно сесть самостоятельно.

Е Юньтин наблюдал за ним у кровати, наблюдая, как он медленно двигает своим телом, которое уже не было таким гибким, как раньше, с предвкушением в глазах.

Как раз в тот момент, когда Ли Фэнци обильно потел, он услышал, как снаружи громко спросил Цзи Лянь: - Но еаставник ? Принц и принцесса отдыхают, пожалуйста, позвольте мне войти и дать им знать.

Когда они вдвоем услышали этот звук, глаза Ли Фэнци вспыхнули глубокой задумчивостью, и он быстро лег на спину. Е Юньтин накрыл его одеялом, прищурился и поправил одежду, прежде чем открыть дверь, чтобы поприветствовать его.

Наставник Хань Чан пришел один. Он стоял у двери, одетый в белое. У него был холодный характер, вызывающий ощущение несовместимости с окружающими его вещами.

Сердце Е Юньтина подпрыгивало, и ему не нужно было присматриваться к его бровям. Просто по белой одежде и чистому воздуху он был уверен, что человек в его предыдущем сне действительно был наставником Хань Чаном.

Во сне Хань Чан также пришел, чтобы найти Ли Фэнци в одиночестве, и принес бутылку противоядия, намереваясь заключить сделку с Ли Фэнци.

Он не знал конкретного времени в своем сне. Е Юньтин некоторое время не был уверен, было ли это то время, которое он видел во сне. Руки, спрятанные в рукавах, были энергично сжаты, и он приветствовал его с вежливой улыбкой на лице: - Я не знал, что наставник Хань Чан навестит. Добро пожаловать.

Хань Чан взглянул на него без всяких эмоций на лице: - Мне нужно кое-что обсудить с королем Юнъаном, а принцесса некоторое время пусть подождет снаружи. - После этого он вошел сам и закрыл за собой дверь.

Их обоих бесцеремонно выставили за дверь.

Цзи Лянь не мог рассердиться и пробормотал несколько слов. Е Юньтин задумчиво посмотрел на спину Хань Чана, размышляя о его намерениях.

В это время, внутри.

Хань Чан подошел к краю дивана, опустил глаза и посмотрел на Ли Фэнци, который был слаб, и сказал тихим голосом: - Более полумесяца назад Ли Цзун отправил наблюдательную армию в Вэйчжоу. Я только сегодня получил ответ. Человек уже прибыл. Чжу Вэнь, а также верхушка и низ губернаторского особняка должны были знать, что король Юнъань был втянут в тайный заговор и сейчас выздоравливает во дворце Шанцзин.

Он говорил самые удивительные вещи самым простым тоном.

Излишне говорить, что они оба знали, что значит для наблюдательных войск, посланных Ли Цзуном, прибыть в Вэйчжоу.

Более месяца с тех пор, как Ли Фэнци был отравлен, Ли Цзун блокировал новости и прервал связь с Северным Синьцзяном, чтобы освещать новости в Шанцзине. В то же время он послал своих соратников в Северный Синьцзян «Наблюдательная армия», что на самом деле было провокацией.

В конце концов, когда Ли Фэнци был там в прошлом, в Северном Синьцзяне никогда не было наблюдательной армии.

Когда Ли Фэнци услышал это, он только слегка усмехнулся: - Ли Цзун хотел атаковать армию Сюаньцзя, я этого ожидал.

Хань Чан погладил рукава и сказал: - Жизни ста тысяч солдат Сюаньцзя зависят от мыслей принца. Рассмотрит ли принц мое предложение сейчас?- Он вытащил из рукава белый нефритовый флакон длиной с большой палец: - Если принц согласен, противоядие будет твоим. - Он выглядел безразличным, как будто был уверен, что Ли Фэнци не откажется.

Ли Фэнци посмотрел на маленькую нефритовую бутылочку, которая могла быть противоядием от его яда.

— До тех пор, пока он согласится на предложение Хань Чана..

Он нахмурился, и усмехнулся: - Ты действительно дал яд, поэтому я сказал, что у Ли Цзуна не хватило смелости.

- Это просто для того, чтобы лорд мог ясно видеть некоторых людей и вещи, — он насмешливо пощекотал уголок рта и поднес нефритовую бутылку к Ли Фэнци, — после этого господин не видел  ясно?

Глаза Хань Чана были туманными и отстраненными, как будто он смотрел на него или смотрел на что-то еще через него: - Ты относишься к нему щедро и искренне, но он относится к тебе как к серьезной проблеме. Стоит ли оно того? Почему бы не быть со мной? Сотрудничая, я могу помочь принцу выиграть великое сокровище и помочь стране, разве это не лучшее из обоих миров?- Что думает принц?

- Почему бы и нет. Ли Фэнци усмехнулся, и его глаза холодно пронзили его: - Я попрошу вернуть долг Ли Цзуна. Что касается тебя...- Он сделал паузу и не договорил, но сказал: - То, что ты сказал в тот день, правда.

- Правда это или нет, принц узнает, когда отправится на поиски старой принцессы. Он уставился на Ли Фэнци, и уголки его рта приподнялись: - Разве принц никогда не задавался вопросом, почему старая принцесса - когда ты был дитем, никогда не была близка с тобой? То, что я сказал в тот день, и есть ответ. Просто принц не хочет в это верить.

Глаза Ли Фэнци потемнели, когда он вспомнил, что сказал Хань Чан, когда впервые пришел его искать. Однако на его лице не было никаких признаков этого, и он только сказал: -Верю я в это или нет, мне не нужно об этом беспокоиться, наставник. Тебе нужно знать только одну вещь.

Он поднял глаза, уставился на Хана Чана и сказал слово  за слово: - Этот король никогда не будет сотрудничать с тобой. Ты должен хорошо заботиться об этой голове на своей шее и ждать, пока этот король заберет ее лично.

- Тогда принц должен позаботиться о своем теле. Лицо Хань Чана похолодело, но он не стал беспокоиться. Он убрал бутылку с лекарством и усмехнулся: - Я приду снова, когда Ли Цзун придет и армия Сюаньцзя будет уничтожена...

Сказав это, он слегка махнул рукавами мантии, развернулся и ушел.