МАЛЕНЬКИЙ РАССКАЗИК ЕНОТУ
Только ты поймешь, почему он маленький...
Я ввязался в драку только для того, чтобы потешить свое самолюбие. Понимал, что намного слабее трех здоровенных альф, но остановиться уже не смог, потому что увидел что творили эти уроды.
В дальнем углу прогулка сидел омега лет десяти. Медленно на щеке расцветал фиолетовый фонарь, знатно ему досталось.
Хотя я и не думал победить, но выигрыш достался мне слишком уж легко. Альфы позорно сбежали, постоянно оборачиваясь и смотря, не преследую ли я их. Но мне уже было по барабану на поверженных, меня интересовал только мальчик, при моем приближении сжавшийся как котенок.
— Не бойся меня? — спать то я сказал, но на меня подняли огромные зеленые глаза, в которой плескалася чертова бездна недоверия. Да что и говорить, во мне самом поселилось сомнение в правдивости своих слов.
Но я взял себя в руки, заставил лицо выражать лишь добродушие, чтобы не спугнуть паренька.
— Тебя как зовут? — присел я рядом с омежкой на корточки.
— Саймон... А...
— А я Маркус. Приятно познакомиться, — рукопожатие получилось слабым, мальчишку трясло от пережитого.
— Ладно вставай, пойдем до дома тебя доведу, а по дороге ты расскажешь что случилось.
Он встал, все еще немного недоверчиво поглядывая в мою сторону.
Как мне удалось выяснить, Саймон возвращался из музыкальной школы, когда из-за угла на него накинулся кто-то и начал душить. Все деньги, телефон и даже скрипку у него забрал самый большой по его словам альфа, который сразу же ушел, оставив Сай на растерзание своих людей.
Я довел его прямо до квартиры и уже собирался повернуть обратно, ведь мне идти в противоположнуб сторону от места происшествия, но мне схватили за рукав пальто и тихо произнесли:
— Как я вам могу отплатить за помощь?
Я расстерялся ещеки никогда никто мне о таком не спрашивал, хотя спас уже многих иза подобных передряг. Но тутак мне в голов пришла идеальная мысль:
—Когда вырастешь, найди меня и стань моим мужем, — при этом на лице спасителя, то есть меня, так и играла озорная улыбка, я желал лишь немного подшутить над малышом, да и смущение явно отвлекло бедняжку от плохим мыслей о случившемся, а смутился он знатно. Мне не надо было оборачиваться, перед глазами его лицо появилось само, представив мне Саймона, опустившего взгляд в пол, его щеки были ярко- алого цвета.
Я усмехнулся про себя и вышел из подъезда.
* * *
10 лет спустя
Сегодня до работы я решил пройтись пешком. Начало весны. Солнце светило. Птички пели. Снег таял.
Из переулка донесся вскрик. Шум потасовки стал раздаваться все громче.
«Эх, видно не судьба дойти до работы вовремя да и в чистол костюме...»
Я ожидал, что сейчас будет драка века, но противник при одним моем появлении бросился врассыпную. Лишь у стены дома, подпирая ее своей спиной, сидел омега.
В нем было что неуловимо знакомое. Худенький мальчик, ростом около 170см, владелец светлых волос, не длиннее плеча, завязанные в высокий хвостик. Глаза темно-зеленые, почти черные. Губки слегка пухловатые, но тонкие мне все же больше понравилися ткм полее на таком узком лице с заостренные чертами лица. (Не знаю, как многих, но меня, честно говоря, очень раздражают описания героев в фф, это как-то сбивает с толку что ли. Я всегда создаю свой образ персонажа по первым строчкам прочитанного, но потом неожиданно автор вставляет свое описание и...я, например, стараюсь не читать эти моменты, но в этот раз я пишу по заявке, а ее автор уже дал свое видение персонажей)
На меня подняли взгляд. В его глазах мгновенно появилось удивление.
— Маркус, — произнесла его губы.
Я стоял в расстерянности, эту омежку вижу впервые, но она меня знает.
— А тебя как прозвали?
— Ты не помнишь? — в голосе явная обида. — Я Саймон. Ты спас мне жизнь десять лет назад в этом самом переулке. Потом ты довел меня до дома, а когда я спросил чем могу тебе отплатить, ты сказал... — омега замялся, но все же продолжил, — чтобы я нашел тебя и стал твоим мужем.
Шок... Не передать словами... Чтобы я такое сказал ребенку... До чего же докатился! Педофил хренов! Картина красками: рука- лицо...
— Но ты... Кажется... забыл. Что ж мне так даже лучше! — его голос стал наигранно веселым. Значит обиделся.
Что же сказать? Что ответить?! На ум не приходило не единого словечка. От этого я начал беситься. Наговорил такое этой омеге и забыл... Старость не радость.
— Слушай! Выходит ты меня искал? — спросил я и получил полный игнор в ответ. — Са-а-аймон...
Есть! Проситплтная интонация всегда срабатывала в детстве, особенно когда я выпрашивал у о-папочка леденцы перед обедом.
— Я не искал. Кроме имени все равно мне ничего известно не было. Но недавно тебя показали по новостям. Совсем не изменился за десять лет. Ну ладно может совсем немножко, но стал серьезнее.
Я целую неделю старожил тебя возле того здания, возле которого тебя показали. Каждый день ты приходил к девяти и уходил в восемь. Иногда задерживался, а я все продолжал ждать, когда ты наконец выйдешь...
Всевышний, за что мне это? За мной следил какой-то неизвестный шкет, только-только вышедший из подросткового возраста.
Но те слова, про то чтобы Саймон меня нашел и стал мужем, я вспомнил, как и все предществкющие тому события.
Ладно будем действовать соответственно обстоятельствам.
— Слушай, малыш... — у парня вспыхнули глаза опасным огоньком. Заметка на будущее: никогда не называть "малышом". — Я совсем не хотел, чтобы ты расстраивался, просто..
— Давай встречаться! — нагло перебили меня. Его глаза, горящие нездоровым огнем, выжидательно уставились на меня.
— Что?! Ну я же... Ничего о тебе не знаю!
— Так узнай чего тебе стоит?
Пов автора
Прошло еще пять лет, существенные изменения произошли с Марком и Саймоном. Появилась печать в паспорте и кольцо на безымянном пальце правой руки.
Сегодня омежка возвращался домой раньше альфы, но все равно довольно поздно. Течка должна начаться смминутыина минуту.
Но случилось... То непредвидемое, что обычно приходит, когда не ждут...
Из за поворота набросилась на него малолетние шпана. Деньги из кошелька, телефон и все важные документы, что были у Сая с собой исчезли из его сумки в мгновение ока.
Одежда тоже таскала совершенно незаметно. Его уже ставили в колено-локтевую, когда "он" пришел на помощь. Раскидав малолетних преступников, Маркус кинулся к своему омеге.
Десять минут бнспрерывных уговоров пойти домой, полчаса истошного плача и вот они на пороге дома.
Манящий запах, исходивший из омеги и раньше стал еще сильнее. По ногам потекла смазка. Штаны вымокли в мгновение ока.
— Маркус, течка. Ты должен!..
2 ЧАСТЬ
НЦА И ПОСЛЕ...
- Нет, нет, нет и еще раз нет! - рьяно протестовал молодой альфа, глядя на своего возлюбленного, - ты сейчас весь синяками разрисован, к тебе даже дотронуться страшно - вдруг еще больнее сделаю... прости, Саймон. Мы не можем этого сделать.
- Именно. МЫ не можем. А что, если я буду один? - робко предложил омега, смотря грустными заплаканными глазами куда-то сквозь своего мужа.
- В каком смысле? - брови Маркуса удивленно поползли на лоб, изгибаясь в дугу.
- Ну, ты будешь моей куклой. Я сам все сделаю, а ты только будешь меня слушаться.
- Оригинально. Никогда не думал, что собственный омега будет использовать меня, как игрушку для самоудовлетворения... - огрызнулся альфа.
- Ма-а-арк, пожалуйста... у меня нет другого выбора. Если ничего не делать во время течки, - будет гораздо, гораздо хуже! Умоляю, Марк, пожалуйста...
- Если бы ты со своим характером миротворца не лез в разные перепалки, то все бы обошлось... ладно. Так уж и быть, но, запомни, это в первый и последний раз.
- Спасибо... ты не представляешь, как сильно я люблю тебя.
- А я сильнее, Сай, я еще сильнее...
***
Косые лучи заходящего солнца напоследок заглянули в квартиру Маркуса, но остались там, увы, ненадолго. Окна были тотчас задернуты тяжелыми шторами так, что в спальне была кромешная темнота.
Бурча что-то неразборчивое себе под нос, альфа уселся на краешек кровати и включил ночник. Подождав несколько минут, он вяло спросил:
- Долго ты там еще сидеть будешь, о, юный девственник?
Под одеялом что-то зашевелилось, и уже через минуту наружу вылезла взлохмаченная голова омеги.
- Как ты узнал? - удивленно пробормотал омежка, - я думал, ты и не заметил меня вовсе...
Альфа промычал нечто непонятное, но остался сидеть, сгорбившись.
- Ты... злишься? Нет, не так. Ты злишься, - обреченно выдохнул омега, но тут же был повален на спину и прижат спиной к простыне.
- Злюсь?! А как тут не злиться, объясни мне! - прорычал старший супруг.
- Я тоже не так представлял нашу первую течку, но, пожалуйста, держи себя в рука-а-ай! Ты слишком сильно сжал запястья...
- Тебе больно? - испуганно спросил альфа, отпуская руки омеги, - Котенок, прости... не знаю, что на меня нашло...
- Ничего страшного, - Саймон мягко улыбнулся и, придвинувшись к мужу, обнял альфу за шею, - А ты... представь, что это такая ролевая игра.
- Игра? - неуверенно переспросил супруг омеги.
- Да, игра. В которой мы меняемся местами и, соответственно, ролями... - завораживающе шептал омега, укладывая Марка на кровать, - просто получай удовольствие.
В следующую секунду рот альфы уже был накрыт аппетитными губами истинного, чьи руки уже успели добраться до тела под футболкой. Углубляя поцелуй, омега нежно поглаживал своего альфу, заставляя всего его покрываться мелкими мурашками. Разорвав ниточку слюны, Сай развратно облизнул шею Марка, стягивая с того лишнюю одежду и сбрасывая ее на пол.
Вдохнув запах своего альфы, омежка оставил свежий засос в области ключиц и спустился ниже к соскам. Легонько прикусив темно-розовую горошину, он-таки заставил супруга издать особенно громкий стон. Дальше - больше. Омега, казалось, был рожден для того, чтобы быть сверху: Он, не щадя альфу, оттягивал, кусал, облизывал и обсасывал затвердевшие соски под непрекращающуюся симфонию блаженных вздохов и стонов своего мужа.
Вдоволь наигравшись с торсом мужа, Саймон издевательски-медленно провел двумя пальцами по выступающему из штанов бугорку альфы.
- Коте-е-енок... ну не мучай ты меня... - жалобно просил альфа, ерзая от нетерпения.
- Хорошо-хорошо, зайка... ты уже большой мальчик, так что можешь самостоятельно снять штанишки, верно?
Альфа недовольно кивнул, и одним махом сорвал с себя и трусы, и штаны, демонстрируя твёрдый стояк.
- Быстро ты... - пробормотал омежка, раздевшийся догола и повернувшийся к Марку лицом. И тут взору альфы предстала просто чудовищная картина. Для самооценки. У его мужа-омеги член был хоть и ненамного, но больше.
- Са-а-ай, а ты точно омега? - угнетенным и подавленным, будто загробным голосом прохрипел альфа, во все глаза уставившийся на агрегат своего супруга.
- Точно, точно... не см-мотри на него т-так п-пристально... я же с-смущаюсь... - еле выдавил из себя.
Старший приподнялся и прикусил мочку уха омеги, призывая того к продолжению. Омега без труда опознал этот сигнал и уже через секунду нависал над членом альфы.
- Стой! - остановил его один индивидуум, - развернись на сто восемьдесят градусов. Не один я должен удовольствие получать.
Покрасневший омега выполнил просьбу и, наконец, вобрал головку полового органа в рот. Альфа поступил точно так же с членом омежки, в точности повторив его действие. Щеки омежки моментально вспыхнули, но он продолжил удовлетворять своего партнера. Выпустив изо рта головку органа, блестящую от смеси смазки и слюны, омега провел языком по стволу члена, обводя им каждую выступающую венку. Альфа в точности копировал все действия Сая, так что омега мог самостоятельно убедиться, насколько его ласки хороши.
Маркус сладострастно мычал от доставляемого наслаждения и в один момент ловко заглотил половой орган альфы до середины. Двигаясь сначала медленно, но, постепенно все ускоряя и ускоряя темп, омега чувствовал на себе каждое движение своих губ и языка. Не выдержав, омега выпустил изо рта член и бурно излился тому в глотку. Альфа не заставил себя долго ждать и уже через минуту кончил омеге прямо на лицо. Пока Котенок слизывал сперму альфы, тот провел пальцем меж ягодиц омеги, обнаружив вязкую, сильно пахнущую карамелью жидкость. Хищно облизнувшись, альфа проник внутрь ануса омеги языком, слизывая со стенок феромоны омежки. Саймон беспрестанно стонал, вцепившись в простыни и подаваясь навстречу ласкам.
Альфа отстранился, давая волю своему мужу, и принял позу "полулежа". Марк потерся промежностью о ствол возбужденного органа и стал медленно насаживаться на него, издавая хриплые стоны. Сполна привыкая к новым ощущениям, муж не спеша продвигался все дальше и дальше в унисон тяжелому дыханию альфы. Когда разгоряченная плоть полностью заполнила пустоту внутри омеги, Сай легко заскользил по ней, насаживаясь все глубже и глубже. Омега обхватил плечи альфы и впился в его губы новым яростным поцелуем, переплетая свой язык с его. Омежка казалось, что его сердце и сердце Марка бьются в одном и том же ритме, что они слились воедино и стали чем-то полноценным, чем-то, без изъянов или недостатков. "Так вот что значит обрести истинную любовь", - напоследок пронеслось в голове у омежки, как он, в последний раз насадившись на плоть альфы, с протяжным криком излился себе в ладонь, предусмотрительно накрывшую головку члена. С небольшим опозданием кончил и альфа, напоследок поцеловав омежку в губы. Узел на половом органе увеличился, и Сай с Маркусом обессиленно рухнули на постель. Отдышавшись, альфа погладил младшего по плечу и будто бы промурлыкал, как огромный кот:
- Это было нечто. Нам нужно будет обязательно это повторить...
Омега в ответ лишь тихонько хихикнул и, свернувшись калачиком, мирно засопел. самац устало улыбнулся, поцеловал свое чудо в висок и, крепко обняв своего омегу, провалился в пучину сна.
Пов Саймон
Просыпаюсь я один.
Что обидно.
Но ожидаемо.
И все равно обидно...
Успеваю придумать миллион причин, чтобы убить этого заторможенного альфу, за что тот ушел, но слышу чужой смех, чувствую на себе чужой взгляд и открыв глаза вижу альфу.
Марк сидит на полу, прислонившись спиной к кровати. В руках чашка свежесваренного кофе, запах которого только сейчас достиг моего обоняния.
Он смотрит на меня. Я на него. На меня. На него. На меня. Я на кружку. Последняя оказывается у меня в руке. Делаю глоток и захожу в кашле.
Альфа с укором глядит, подскакивает с места и хлопает по спине, хотя это и не очень помогает.
Прокашлявшись, я вздыхаю с облегчением, хотя пятая точка очень болит и смазка снова начинает течь, но чувство безграничного счастья заполняет меня с ног до головы.
Я знаю, что так будет всегда. Я не ошибся с выбором. Маркус— лучшее, что произошло в моей жизни...