Глава 13. Шторм

Чуть за полночь международный рейс из лондонского Хитроу в бангкокский Суварнабхуми продолжал свой путь без происшествий. Путешествие из Лондона в Дарвин, столицу Эммали, предполагало два варианта: пересадку в Таиланде или в Ханое, во Вьетнаме.

Чаран наблюдал, как его сосед крепко спит, не просыпаясь с самого взлёта, пока самолёт бесшумно рассекал ночную тьму.

Он намеренно выбрал место в первом классе — не у иллюминатора, а в среднем ряду. Первая причина была в осторожности: в случае ЧП он должен был добраться до принца раньше всех. Вторая же оставалась личной — тайной, которую он не мог открыть никому.

Ненавижу сидеть у окна.

Он окинул взглядом салон, проверяя, всё ли в порядке — привычка. Рейс не был заполнен, особенно в первом классе пустовало множество кресел. Первоначально он опасался, что перед регистрацией могли возникнуть осложнения, но ничего подозрительного не случилось — он не заметил ни единой тени, внушающей тревогу. Однако напряжение не отпускало. Было слишком тихо. Так тихо, что это его беспокоило.

Вздох. Даже если всё шло гладко, он не мог позволить себе расслабиться. Если бы кто-то задумал навредить ему или принцу, засада подстерегла бы их в пути. Именно поэтому он позволил Кханину эти одиннадцать часов спать и восстанавливать силы.

Погружённый в размышления и расчёты, он вдруг отвлёкся на лёгкое, беспокойное движение рядом.

Спящий юноша хмурился, шепча что-то несвязное. Его лицо искажалось от явного дискомфорта, а пальцы впивались в ладони так, что на коже проступали красные отметины — его терзали кошмары.

Чаран стиснул зубы и решил разбудить его, но едва коснулся — Кханин вцепился в его руку, будто ища спасения.

Он замер, на мгновение растерявшись, затем огляделся, словно ища помощи. Несколько секунд он пребывал в нерешительности, но потом его напряжённые плечи медленно расслабились.

Если держать его за руку, он не поранит себя.

Да, чтобы молодой господин не разодрал себе ладони ногтями, лучше позволить ему сжимать чужую руку. Отбросив мысль оттолкнуть его, Чаран наблюдал, как морщины на лице Кханина постепенно разглаживаются, а дыхание выравнивается. Казалось, прежнее напряжение отступало под тёплым прикосновением.

Долгий перелёт через полмира утомлял, и Чаран вынужден был время от времени закрывать глаза, давая себе передышку. Но его сознание оставалось насторожённым.

Загорелся значок ремней безопасности — самолёт вошёл в зону турбулентности, и корпус затрясло.

Чаран распахнул глаза, проверяя, всё ли в порядке с Кханином, затем выпрямился. Усталость сменилась лёгким недомоганием.

Он сглотнул, приказывая себе не смотреть в иллюминатор, ища точку, на которой можно сосредоточиться, пока лайнер пробивался сквозь шторм.

Лёгкое сжатие его пальцев вернуло его в реальность. Чаран выдохнул. Он не знал, сколько ещё продлится эта тряска. Знало лишь одно: незаметно для себя он крепко переплел пальцы с пальцами юноши.

Так они и держались друг за друга почти до самого Таиланда...

***

Из-за непогоды они прибыли в аэропорт позже запланированного. Долгий перелёт нарушил все расчёты Чарана, но это не было проблемой. Напротив, он считал это даже к лучшему — появилось дополнительное время обдумать предстоящие действия.

— Что-то не так? — спросил он, заметив задумчивое выражение на лице юноши.

— Пустяки. Просто я, кажется, проспал весь полёт. И даже видел сны.

— Какие?

— А... Неважно. Куда мы теперь направляемся?

Кханин ловко сменил тему — он не собирался делиться увиденным. Возможно, счёл это глупостью.

Всё началось с кошмара, от которого ему стало дурно, но потом в темноте появился кто-то, кто взял его за руку. И тогда неприятное ощущение исчезло, растворившись в тепле.

Объяснять это Чарану? Бессмысленно. Лучше оставить при себе.

Они направились к выходу.

— Так куда едем? — Кханин не отставал.

Чаран замедлил шаг и наклонился к нему, чтобы никто не услышал:

— Сегодня переночуем у друга. Утром — снова в путь.

— У тебя тут есть друзья? — Кханин кивнул, хотя с трудом представлял Чарана в роли человека, у которого вообще есть друзья.

— Он наполовину эммалиец.

Юноша тут же представил себе давнюю дружбу, крепкую, как сталь, и едва сдержал любопытство.

— Ладно, другой вопрос. Почему мы не полетели через Ханой? Пусть дольше, зато без пересадки. — Он прибавил шагу, поравнявшись с Чараном.

Вечерний аэропорт был переполнен, и Чаран считал это одновременно и плюсом, и минусом. Толпа — хорошая маскировка, но требует бдительности.

— Мы не полетели туда именно потому, что путь короче.

— Не понимаю.

— Там бы нас уже ждали.

Кханин прищурился, затем коротко кивнул.

— Понял. Значит, поэтому выбрали Бангкок.

Чаран был дотошным и предусмотрительным. Путешествовать с ним оказалось не так уж плохо — по крайней мере, безопасность была на первом месте.

— Но это не значит, что здесь для нас не приготовили ловушку.

Чаран уже обдумал этот вариант. Если в Ханой враги отправили бы больше людей, то сюда — меньше. Он надеялся, что справится.

Они остановились перед выходом. Чаран развернул Кханина к себе, заставив встретиться взглядом.

— Ради твоей же безопасности: как только выйдем — ни шагу в сторону от меня. Понял?

— Понял, — пробормотал юноша, покорённый его серьёзностью.

Чаран кивнул и снова зашагал вперёд. За стеклянными дверьми царила оживлённая суета.

Кханин старался не отставать, как и обещал. Шёл быстро, не выдавая страха, который грыз его изнутри. Он всегда считал себя ловким, но рядом с Чараном его реакции казались черепашьими.

Вечерний хаос в аэропорту, бесконечные очереди к такси... Чаран решил слиться с толпой туристов, направлявшихся к дальнему выходу, — так было безопаснее. Смешаться с людьми — простая, но эффективная тактика. Их не заметят, да и пробраться будет проще.

Достигнув нужного места, Чаран подозвал ближайшее такси, быстро договорился с водителем по-тайски и жестом велел Кханину садиться. Сам последовал за ним, на ходу оценивая окружение.

Чаран продолжал осматриваться, проверяя, нет ли слежки, в то же время поддерживая разговор с таксистом. Тайский язык имел некоторое сходство с эммалийским, и, если сосредоточиться, можно было уловить отдельные слова.

— В это время года дожди идут каждый день, клиентов мало. Без вас пришлось бы туго. Откуда летите? Из Японии? Обычно те, кого я везу из аэропорта, возвращаются оттуда.

— Да, были в Японии, — ответил Чаран чисто из вежливости, затем коснулся руки Кханина.

Тёплое прикосновение заставило юношу нахмуриться — он вопросительно посмотрел на спутника.

— Отодвинься от окна, — тихо прошептал Чаран. — Это небезопасно.

Близость, вероятно, была вызвана нежеланием, чтобы водитель услышал их разговор. Кханин даже не заметил, как прижался к стеклу, и тут же подвинулся ближе к Чарану. Сейчас ему оставалось только довериться.

Честно говоря, он хотел рассмотреть город, в котором никогда не был. Бангкок был одним из тех мест, куда он мечтал поехать с отцом. Они планировали провести здесь неделю, пробуя уличную еду и наслаждаясь временем вдвоём. Но теперь...

Этим мечтам не суждено было сбыться.

Он замолчал, наблюдая за Чараном. Тот вёл себя странно — беспокойно озирался, будто ожидал опасности. Кханин наклонился к нему.

— Всё в порядке? Ты...

Не дал договорить — Чаран приложил палец к его губам, приказывая молчать.

Кханин поднял бровь, полный вопросов, но, встретив серьёзный взгляд, стиснул зубы.

Он затаил дыхание, поняв — что-то не так. Оглянулся на заднее стекло, но ничего подозрительного не заметил. Видимо, острые чувства Чарана уловили то, что скрылось от него.

— На следующем перекрёстке поверните налево и остановитесь.

— Что?

— Просто сделайте это, — голос Чарана не допускал возражений.

Водитель, смущённый, тут же начал строить догадки:

— Хотите сводить парня на рынок? Тут много ресторанчиков, хотя ваш отель ещё впереди.

— Да. Вот плата, сдачи не надо.

Чаран даже не стал поправлять его насчёт их «отношений». Заплатив вдвое больше, он буквально выдернул Кханина из машины, едва та остановилась.

Юноша пытался сообразить, что происходит. Теперь они стояли в гуще толпы, окружённые рядами магазинчиков и уличных лотков.

— За нами следят, — предупредил Чаран, подталкивая его вперёд.

Кханин обернулся и заметил группу из четырёх-пятерых подозрительных типов, направлявшихся к ним. Шляпы, тёмные очки... Неужели их выследили даже здесь?!

— Сюда.

Чаран толкнул его в переулок. Тучи нависли низко, сверкнула молния, и это лишь усилило его тревогу. Мысленно он помолился, чтобы только сейчас не начался дождь.

Он вёл Кханина через лабиринт улочек, держа страх под контролем. Даже в толпе его зрение оставалось острым — он без труда вычислял подозрительных личностей, точно определяя их количество. Этот навык был отточен годами тренировок в семье Пхитатхева — их учили защищать членов рода Асавадеватин любой ценой. В такой критической ситуации от его внимания не ускользнула бы даже муха.

— Держись за меня.

Чаран сжал руку Кханина и потащил за собой, ныряя в ещё более узкий проход. Они резко остановились — впереди, перекрывая дорогу, возникли трое.

Молниеносно среагировав, Чаран втянул Кханина в полуоткрытую лавку, прижав к деревянной стойке.

Его сильная рука обхватила талию юноши, их лица оказались так близко, что Кханин почувствовал тёплое дыхание на своей щеке.

Чаран выглянул, оценивая обстановку.

Громкие шаги преследователей заставили сердце Кханина бешено колотиться. По спине пробежал холодный пот, но лёгкий аромат чужого одеколона странным образом успокаивал.

Будто его тело уже привыкло к этому запаху — само того не осознавая.

Что бы ни случилось, если я буду рядом с Чараном — я в безопасности.

Эта мысль не давала ему паниковать. Он сглотнул, чувствуя, как рука Чарана ослабляет хватку, давая знак двигаться дальше.

— Выходим медленно. По моему сигналу — налево, в следующий переулок. Понял?

Кханин кивнул, глядя на чёткий профиль мужчины. На этот раз их пальцы сплелись так крепко, будто расцепить их было невозможно.

Чаран вытолкнул Кханина из лавки, но почти сразу им пришлось остановиться — путь преградил мужчина.

Коренастый незнакомец бросился на них с ножом в руке, и на этот раз его целью был Кханин.

— Вниз! — скомандовал Чаран, используя момент, когда нападающий уже заносил руку для удара.

Кханин, хоть и дрожал от страха, мгновенно повиновался.

Чаран шагнул вперед, своим телом закрывая юношу, и сбил противника с ног. Борьба была яростной — нападавший потерял равновесие, но не выпустил нож. Лезвие блеснуло в воздухе. Чаран доминировал, ему удалось обездвижить врага, но тот всё ещё мог размахивать оружием, едва не задевая лицо.

Резким движением Чаран уклонился, одной рукой вцепившись в шею противника, а другой выкручивая ему руку, пока тот не вскрикнул от боли.

Нож со звоном упал на землю.

Они боролись, но никто не сдавался. Чаран нанёс несколько ударов, пытаясь отбросить врага, но тот, казалось, не чувствовал боли. Вместо этого он повторил трюк Чарана — резким рывком повалил его на мокрый асфальт.

Рукопашный бой на чужой земле, не в Эммали, заставлял его быть ещё осторожнее. Убить противника было бы самым простым решением, но он не мог этого сделать. Пришлось искать другой выход.

Молниеносно просчитав траекторию, Чаран нанёс точный удар в переносицу.

От резкой боли нападавший ослеп на секунду — и этого хватило, чтобы Чаран перехватил нож. Левой рукой он схватил лезвие, а правой — лодыжку противника, затем с силой ударил по ахиллову сухожилию.

— А-а-а-а!

Кханин широко раскрыл глаза. Крик боли разнёсся по переулку, а по ноге нападавшего уже струилась алая кровь.

Чаран крепче сжал нож и занёс его для удара, но в этот момент на его лицо упала капля дождя.

И всё внутри него оборвалось.

Он попытался подавить нахлынувшие эмоции, но они лишь усиливались. Зубы сжались, пустота в груди разливалась жгучим холодом. А когда его глаза увидели, как кровь смешивается с дождевой водой — паника накрыла с головой. Дыхание стало прерывистым, пальцы дрожали.

И посреди ливня, среди потоков крови и криков, Чаран Пхитатхева, казалось, полностью потерял контроль над собой.

— Чёрт!..