2.1

2.1

— Я был неосторожен.

— пробормотал У Вон довольно холодным голосом.

Наступила тишина. Ынгём терпеливо ждал, пока У Вон хоть как-то восстановит самообладание.

У Вон положил идентификационную бирку в карман пиджака и улыбнулся. Это была чистая, ясная улыбка, как будто он только что расслабился.

— Хорошо. Спасибо за совет. Кстати...

У Вон смотрел на Ынгёма таким мягким взглядом, словно его тщательно сканировали.

— Я думаю, что это моя первая встреча с вами. Вас недавно направили в штаб? Или новый пробуждающий?

Штаб-квартира была ядром Управления, поэтому, если вы не были очень талантливы, работать там можно было только при наличии опыта работы в филиале и соблюдении определенных условий. Поэтому смена персонала происходила нечасто. Если вы изначально были сотрудником главного офиса, то знаете всех в лицо.

Однако он обычно просматривал кадровые изменения в справочнике в последнюю очередь, так что если отчет появился недавно, он мог его еще не видеть.

— Ах.

Слова У Вона заставили Ынгём вздрогнуть: она слышала, что в штаб-квартире очень трепетно относятся к приходу и уходу посторонних. Почувствовав себя неловко, Ынгём поспешно достала свой пропуск, который она предусмотрительно засунула в карман пальто. Он повесил его на шею и сказал:

— Я забыл вынуть его, пока сидел.

На карточке посетителя не было подробной информации, удостоверяющей личность. Это был просто знак того, что он посторонний, которому разрешено войти.

— Все в порядке, я не это имел в виду.

— Нет, благодаря тебе я избежал непонимания. Спасибо.

Ынгём улыбнулся без всякого сожаления, кивнул и заговорил.

— Я работаю в южном филиале Кёнгидо. Сегодня я пришел в главный офис для тщательного осмотра.

— Вот оно как. К счастью.

Если бы он был связан со штаб-квартирой, то, когда Хан Чэхёк обнаружил бы его, было бы лишь вопросом времени. Затем Хан Чэхёк тоже даст мне это руководство. Это была нежелательная ситуация. Кроме того, Хан Чэхёк со вчерашнего дня был в рейдовой миссии. По крайней мере, сегодня вы в безопасности.

— Да? Почему к счастью?

Ынгёму, который с любопытством спросил, У Вон объяснил добрым тоном.

— Сегодня в лаборатории относительно тихо. Если бы вы пришли в другой день, вам, вероятно, пришлось бы ждать долго.

— Ага, понятно. Мне повезло. Теперь понятно. Тест был завершен досрочно, но они сказали, что результаты будут известны только через две недели.

— Здесь всегда не хватает людей. Мы проводим исследования, где безопасность очень важна, поэтому не можем небрежно расширять рабочую силу.

Более десяти лет исследователи безуспешно пытались разработать препараты для стабилизации неуправляемых длин волн. Иногда неожиданные побочные эффекты экспериментальных препаратов оказывались еще более удручающими.

Прошло много времени с тех пор, как Чэхёк поднимал шум, но У Вон всегда молча принимал это. Он вообще ничего не ожидал. Это был минимум искренности для тех, кто из-за него прилагал напрасные усилия. Все равно падать уже было некуда.

— Тебе приходится нелегко.

От размышлений У Вона оторвал нежный голос. У него возникло странное чувство, что слова Ынгём призваны успокоить его.

— Всем приходится нелегко. Особенно в такие времена.

У Юань улыбнулся нарочито горькой улыбкой и выпрямился, чувствуя себя странно раскованным. Возможно, внезапное появление проводника слишком сильно удивило его.

Это была лишь мимолетная встреча. У Юаня не было намерения цепляться за своего проводника. Они обменяются формальными приветствиями, разойдутся в разные стороны, и на этом все закончится.

— Если подумать, я опоздал представиться человеку, которого благодарю.

— Меня зовут Ли У Вон, я из элитного подразделения Центрального оперативного командования штаба.

У Вон намеренно опустил свой титул и звание и представился так, как будто в самом имени Ли У Вон не было ничего особенного. Как и ожидалось, Ынгём не проявил никакой реакции, как будто этого было достаточно. Он просто вежливым жестом пожал У Вону руку и представился в ответ.

— Я - Эспер Кан Ынгём, сотрудник штурмового подразделения Южного регионального отделения Кёнги.

У Вон посмотрел на их сцепленные руки и нахмурился.

— Атакующее подразделение южного отделения Кёнги...

Ынгём не заметила шока и недоверия в голосе У Вона.

— И он эспер...

У Вон пробормотал тихим голосом.

— Да. Приятно познакомиться.

У Вон с замиранием смотрел на улыбающегося незнакомца. Он не мог в это поверить. Его волны, сухие и острые, очевидно, возникли из-за того, что человек передо ним был гидом.

Может быть, он одновременно и эспер, и проводник? Нет. Если оставить в стороне вопрос о том, возможно ли такое, то не может быть, чтобы другие эсперы не заметили. Рапорт пришел бы раньше, чем они узнали бы об этом.

Значит... только он и Хан Чэхёк могут получить направление от этого эспера.

Два эспера, которые не могут получить руководство, и один эспер, который может только направлять их.

Что это за комбинация?

— Мне тоже приятно познакомиться.

У Вон подавил инстинкт продолжения прикосновений к своему проводнику, аккуратным движением отпустил руку и тихо заговорил.

— Могу я называть тебя Ынгём?

Изначально У Вон планировала расстаться по-хорошему, но необычный гид разжег его любопытство. Даже зная, что лучше не действовать опрометчиво, У Вон поддался своим чувствам. Это был необычайно импульсивный поступок.

— Конечно. Пожалуйста, называйте меня как хотите.

— Ынгём, как тебе удобно меня называть?

У Вон первым захотел скрыть свою личность. Но причина, по которой он попросил его выбрать обращение, заключалась исключительно в том чтобы смутить Ынгём. Точнее, он хотел, чтобы Ынгём был смущеен, и сам не мог понять, что это за чувство.

К сожалению, с Ынгёмом вообще не было проблем.

— Я буду называть вас просто капитан, потому что я очень застенчивый.

Слова, которые он добавил спокойно, были даже лукавыми. Ынгём изо всех сил старался быть внимательным, но У Вон снова заговорил игривым тоном.

— Ты совсем не похож.

— Я часто сталкиваюсь с этим заблуждением.

За ее смехом было приятно наблюдать. Когда Ынгём смеялась так непринужденно, У Вону было трудно оторвать взгляд от его лица. Полюбовавшись на Ынгём некоторое время, У Вон слегка улыбнулся и сменил тему.

— Вы сидели с тех пор, как я вошел, и, судя по звукам, не ждали результатов. У вас еще есть какие-то дела?

— О, это не то. Некоторое время я находился в измерительном приборе и чувствовал себя плохо, поэтому отдыхал.

— О боже. Почему вы не получаете указаний? Разве врач вас не направлял?

— Нет. Доктор дал мне множество рекомендаций, но я отказался.

Его тон был твердым и строгим, как будто он беспокоился, что кого-то могут осудить, и У Вон бессознательно прислушивался к тонким колебаниям.

— Почему ты отказался?

— Я посторонний человек, поэтому будет лишней тратой получить разовое руководство.

Гиды более ценны и редки, чем эсперы. Кроме того, руководить собой означает расходовать свою энергию на благо других. Ынгём подумал, что получение указаний по облегчению кратковременных последствий будет позором как для экстрасенсов в главном офисе, так и для гида, которому пришлось вести его на незнакомой волне.

— Почему Ынгём посторонний? Мы семья, которая ест из одной кастрюли.

Его голос был мягким и нежным, наполненным сожалением. Ынгём посмотрел на У Вона слегка пораженным взглядом.

Хотя он был не из тех, кто напрямую верит мировому мнению, Ли У Вон, с которым он познакомился лично, показался ему действительно хорошим человеком. Действительно. Если бы Ли У Вон не был хорошим человеком, Лунг Хо никогда бы не развился так сильно. В этом можно было не сомневаться.

Скрывая свое почтение, Ынгём ответил, приняв аналогию У Вона без изменений.

— Спасибо, но гиду сложно содержать всю свою семью под одной крышей.

— Наверное, можно сказать и так. Проводников не так много, как эсперов.

— Наверное.

— Но это не значит, что Ынгёму нужно слишком сильно давить на себя. Ынгёму тоже приходится нелегко.

Нежная забота продолжалась, поскольку он не мог так просто сдаться. Ынгём улыбнулся и успокаивающе покачал головой.

— Все нормально. Я немного отдохнул и сразу почувствовал себя лучше.

— Действительно?

— Действительно. Вам не о чем беспокоиться. Тем не менее, спасибо за беспокойство.

— Нет. На самом деле я ничего не сделал.

— Потому что важно ваше намерение в сердце.

Услышав простой, но серьезный ответ, У-вон улыбнулся, словно вздохнув, сам того не осознавая.

— Ынгём во многих смыслах...

У Вону потребовалось время, чтобы подобрать слова. Нехорошо быть слишком откровенным.

— Вызывает хорошее и приятное чувство.

Ынгём небрежно пошутил.

— Я часто это слышу.

— Это так...

У Вон замолчал и посмотрел на Ынгёма. Ынгём спокойно принял этот взгляд. Внезапно наступила тишина. Вскоре У Вон открыл рот со смущенной улыбкой.

— Извини. Я продолжаю вести себя неловко, да?

Ынгём быстро покачал головой.

— Нет. Это потому, что мне нечего сказать.

— Нет. Это исключительно моя вина, я немного... расстроен, если честно.

У Вон опустил глаза и уставился в пространство. Уголки его рта искривились в горькой улыбке.

— А... Могу я спросить, из-за чего ты расстроен?

осторожно спросил Ынгём. Молчание, которое было раньше, было нормальным, но слышать, что У Вон смущен, было неприятно. Он подумал, не расстроился ли он из-за того, что он дотронулся до сувенира, ведь У Вон удивленно посмотрел на него, когда он взял его в руки.

— Ну, короче говоря...

У Вон медленно поднял взгляд и снова посмотрел на Ынгёма. Его глаза внезапно похолодели.

— Уже поздно что-то изменить.

Ынгём на мгновение остановился, услышав леденящий душу голос. Однако У Вон тепло улыбнулся, как будто всегда так делал.

— Примерно так оно и есть.

Ынгём ничего не поняла, и только У Вон выглядел счастливым.

— Значит, теперь, когда тебе стало лучше, ты собираешься домой?

У-вон в одностороннем порядке раскрыл свои истинные чувства, словно желая выплеснуть гнев, а затем бесстыдно передумал.

И Ынгём вовремя это понял. Тот факт, что У Вон что-то скрывает.

Он знает, что произошло между ним и Хан Чэхёком? Нет, Хан Чэхёк в настоящее время ещё не нашел его. Даже если еще не потерял интерес, то не узнал о моей личности. Даже если бы У Вон узнал о случившемся от Хан Чэхёка, вряд ли бы он признал, что в этой истории речь идет о нем.

Если да, то это должно быть связано с предупреждением директора. Этот человек что-то знает, в отличие от него. О нём, или о связи между ними.

— Эм, да. Так и должно быть.

Ынгём нарочито пожал плечами, словно смущенный тем, что У Вон на мгновение проявил холодность.

Теперь не только Увон внимательно наблюдал за собеседником, но и Ынгём.

У Вон спросил мягким голосом.

— Не хотите ли спуститься со мной? Я провожу вас до входной двери, если вы не против.

Приняв любезное предложение, Ынгём приостановилась, делая вид, что обдумывает его, а затем осторожно отказалась.

— Нет... Ты должно быть занят. все нормально.

Затем, как и ожидал Ынгём, У Вон любезно настоял.

— То есть вы не против, если я вас провожу?

Ынгём улыбнулся и кивнул, как будто не мог победить.

— Да. Пожалуйста.