Глава 9: «Обещай мне»

Глава 9: «Обещай мне»

Ваня проводил врача мамы до порога и с детской наивностью спросил:

— Лучше не будет?

Врач покачал головой. Конечно, нет, и Ваня это понимает. Будет только хуже. Уже становится. У мамы слабеют руки, он постоянно уставшая и подавленная. Ее мучают мысли о том, что будет с детьми, когда она умрет, кто им поможет. Ваня тоже об этом думал. Если это случится до его совершеннолетия, их заберут в детский дом, но хуже того, их может взять отец.

Память об отце осталась не только как о том, кто бросил семью на произвол судьбы. Напоминали шрамы на спине от армейского ремня. Крики мамы и плачь маленькой Кристины. После разговора мамы об ориентации Вани, отец сначала пытался выбить эту дурь из головы, а потом просто возненавидел и начал унижать по любому поводу. Нельзя было шуметь, маячить рядом, приводить друзей. Благо друзей и так не было. Ваня старался делать все так, как просил отец. Он чувствовал вину. Отец говорил, что Ваня — позор семьи и если кто-то узнает об этом, он лично убьет его.

Отец успокоился только когда у мамы обнаружили болезнь. Но тогда он и дома стал появляться редко. Ваня вздохнул с облегчением. Больше отец не обращал на него особого внимания, а потом выяснилось, что все это из-за новой женщины. Это единственное, за что Ваня скажет ей спасибо, если когда-нибудь встретит.

— У вас вообще есть родственники, кроме отца? — спросил врач, застегивая пальто.

— Бабушка. Но она далеко от нас и сама болеет. Есть тетя, но они с мамой не общаются больше пяти лет. Еще какая-то семья дальних родственников, которые постоянно звонят и жалобно скулят, что все наладится, но ни разу не появлялись в гостях. Ну, и тому подобные. Но не переживайте, мы сами справляемся.

— Хорошо. Если будут какие-то вопросы или понадобится помощь, звони мне.

Ваня выпроводил врача, закрыл за ним дверь и ушел в свою комнату. Всякий раз после осмотра, Ваню охватывала тревога, которая долго не отпускала. Он свалился на кровать и не заметил, как провалился в тревожный сон. Привычная зеленая поляна, которая раньше дарила приятное чувство спокойствия, теперь была выжжена. По небу ходили грозовые тучи. Ваня оглядывался, пытаясь понять, как выбраться в город, но вокруг глухой стеной стоял лес. Вдруг из чащи выбежали волки. Они приближались быстро, но Ваня не мог сдвинуться с места, как ни пытался, пока рядом откуда ни возьмись появился тот самый парень, который всегда был с ним на этой поляне. Он схватил его за руку и потащил за собой.

— Беги! Шевели ногами! Они испортят нам жизнь! — кричал он.

И Ваня бежал, чувствуя необъяснимое доверие, словно этот человек его спасение и он точно сможет уберечь его от стаи диких голодных волков. Казалось, они бежали бесконечно. Ноги путались, Ваня едва не падал. Сил не осталось. Он сдался. Отпустил ладонь парня и свалился на колени.

— Не сдавайся! Вставай!

— Я не могу. Я не хочу.

Волки почти нагнали их. Ваня посмотрел на парня и впервые за все эти годы четко и ясно увидел Яна. А после тяжелая туша волка навалилась на него со спины и он проснулся.

***

Весь день в школе Ваня думал о сне. Он буквально говорил: Ян — твое спасение. Почему и от чего спасение? Опираясь не сознание, Ваня подумал, что он просто считает Яна себе подобным и их объединяет эта общая проблема. Но что означали эти волки? Кто они? Люди, которые против? Враги? В голове вдруг повторилось много раз: никто не должен узнать. И Ваня сделает для этого все.

— Ты выглядишь как потасканный башмак, — прошептала Ника на предпоследнем уроке. — Просыпайся, уже середина дня.

— Голова раскалывается.

Ника промолчала, но на перемене без слов повела Ваню к медсестре. Возле кабинета их ждал неприятный сюрприз в виде завуча и Яна, испачканного кровью. Судя по отсутствию на нем ран, кровь была чужая. Из кабинета выглянула медсестра, выпроваживая Егора, с разбитой губой и носом.

— Оба к директору!

Завуч выглядела такой взбешенной, что спорить не стал даже Ян. Они прошли мимо Вани и Ники. Ян смерил обоих безразличным взглядом, Егор поздоровался, сияя улыбкой.

— Проходите.

Медсестра зашла в кабинет и уселась за стол. От белого слепило глаза. Ваня зажмурился. В голове застучало еще сильнее. Стоит высыпаться и не переживать так много обо всем на свете.

— Нам бы таблетку от головы, — попросила Ника. — А что стряслось у этих двоих?

— Да кто их знает. Передрались посреди коридора, — медсестра полезла в шкаф, перебирая коробки с лекарствами. — Орали что-то про какого-то мелкого. Наверное, брата чьего-нибудь обидели. Вот, держи.

Ваня запивал таблетку, а Вероника сгорала от любопытства, кого не поделили Егор и Ян.

Случай узнать предоставился на последнем уроке, когда их группу собрали в актовом зале. На сцене стояли коробки с украшениями. Сегодня нужно было преобразить сцену. Ваня все так же маялся от боли, девчонки рылись в коробках, Стас сидел рядом и наблюдал как Егор и Ян прожигают друг друга взглядом.

— Да уж, — вздохнула Вероника, — команда у нас что надо. Все помогают, такие молодцы!

— Тише ты, — шикнула Женя, — пусть лучше там стоят, а то опять докопаются до нас.

— Ну, ты и трусишка, Женек. Хочешь всю жизнь за всех дела делать, лишь бы никто слова плохого в твой адрес не сказал?

— Не вижу другого выхода из этой ситуации.

Вероника открыла очередную коробку и выругалась. Ваня тоже подошел посмотреть. Там лежали гирлянды, спутанные в один огромный клубок. Эти гирлянды использовались на все праздники, какие только проводила школа. Их развешивали по карнизу и краям сцены. Но прежде чем развесить, придется потратить не мало времени на развязывание узлов.

— Давай я возьмусь за них, а вы пока украсьте окна.

Ваня поднял коробку, сделал пару шагов, но голова закружилась и он пошатнулся. Коробка свалилась на пол. Ника вовремя успела поймать Ваню за руку. Егор тут же подбежал к ним, заботливо усаживая Ваню на край сцены.

— Что случилось?

— Да нормально все. У меня бывает иногда.

— Да, бывает, когда кое-кто много работает и нифига не спит! — упрекнула Ника. — Может домой пойдешь? Поспишь, тебе же на работу сегодня.

— Не пойду.

— Вань.

— Нет.

Ника поражено вздохнула. Нет смысла с ним спорить и оба это понимали. Вероника подняла коробку и ушла в небольшую подсобку за сценой. Ваня поднялся чтобы пойти за подругой.

— Тебе помочь? — спросил Егор.

— Нет, — в очередной раз ответил Ваня. — Спасибо.

В подсобке хранились костюмы и прочий хлам, который особо уже не использовался, поэтому порос слоем пыли. Старый скрипучий диван служил полкой для папок со сценариями. Ника с грохотом поставила коробку на стол, сбросила все бумаги на пол и насильно усадила Ваню на диван. Она была очень зла, это Ваня научился легко разбирать по взгляду.

— Что ты делал ночью?

— Блин, Ник, тебе заняться не чем? Иди помогай девчонкам.

Вероника шлепнула друга по плечу.

— Опять писал кому-нибудь реферат на заказ? Похоже, тебе заняться нечем. Если нужны деньги, я тебе всегда помогу, но не нужно убивать себя. Ты не спишь ночью, не спишь днем, вечером работаешь. Может хватит уже? Вот приляг и поспи. Скажу, что с гирляндами разбираешься. Идет?

Ваня кивнул. С Вероникой проще согласиться, чем слушать упреки и наставления. Ваня не злился на нее. Она просто заботится и никак не может понять, что пока он способен заработать сам, не попросит помощи.

Ника ушла. Ваня взял моток с гирляндой и, разувшись, устроился на диване поудобнее. Метр за метром он распутывал узлы. Глаза сами закрывались и в какой-то момент он все таки уснул. А когда открыл глаза, испуганно уставился на сидевшего рядом Яна. Он заканчивал работу Вани.

— Я надеюсь, что это опять сон, — пробубнил Ваня и тут же пожалел.

Ян вопросительно вскинул бровь, в ожидании пояснения. Ваня тоже хотел бы знать, какого хрена Ян делает с ним в одной комнатушке и какие святые духи заставили его помогать.

— Сколько я спал?

— Минут десять.

— Как тебя сюда Ника пустила? Или какого вообще ты здесь забыл? Как это ты рядом с таким как я на один диван сел?

— Еще вопросы?

Ян в привычной манере усмехнулся, отложив гирлянду, и придвинулся к Ване, от чего он замер, словно испуганная жертва тигра. Дыхание участилось. От Яна можно ожидать чего угодно и находиться с ним так близко страшно. Впервые страшно не из-за того, что он причинит боль, а из-за самого факта близости. В зеленых глазах таилось что-то непривычное. Ни злость, ни ненависть, ни отвращение. Что-то неизведанное, не похожее на обычный взгляд Яна, которым он смотрел на всех вокруг.

— Отойди от меня, — попросил Ваня. — А то зайдет кто-нибудь, потом не оправдаешься.

Ян оглянулся на дверь. Ее подпирала тяжелая тумба. Мышка в клетке. Ваня нахмурился. Раз уж у него нет спасения, нет и смысла держать язык за зубами. Тем более какая разница, если Ян в любом случае ударит его, если захочет. Он заставил себя расслабиться. Оперся о спинку дивана, сложив руки на груди, и посмотрел в глаза хищника. Странный все таки был сон. Волк в жизни Вани как раз-таки Ян.

— Ну, что на этот раз сделаешь? Слушай, а вот ты вообще не думал, что я могу всем рассказать? Твои угрозы мне память не сотрут и рот не заткнут.

Ваня чувствовал себя мазохистом. Он специально напрашивался, понимая, что может заработать новых синяков и ссадин. Но Ян не реагировал. Молчал и смотрел.

— Что происходит? — снова начал Ваня. — За дверью твои придурковатые друзья и ты сейчас запустишь их, а сам опять уйдешь?

— Все сказал?

— Пока да.

— Теперь слушай меня. Не общайся с Райзманом.

— В честь чего?

Ваня хотел бы сказать, что итак не общается. Одна прогулка ничего не значила. Но ему стало интересно, что скажет Ян. Только сейчас Ваня полностью осознал, что он зажат между диваном и врагом номер один. И если тумбочку подвинуть он сможет, Яна отпихнуть не удастся. Этот вцепится прочно.

— Просто. Я тебе запрещаю.

— Я твоя собственность или что?

— Считай так, если тебе нравится. Не подходи к нему.

Ваня задумался. А что если они встречались? Что если фраза Егора про ревность была об этом? Ревнует Егора к Ване, например. Нет, это слишком глупо. Не могут такие парни оба быть геями, да еще и встречаться. Это Россия. Здесь такого не бывает.

— Хорошо, я не буду, если ты тоже пообещаешь мне.

— Что?

— Не подходить к моей сестре.

Ян недовольно вздохнул, поднимаясь с дивана. Ваня наконец-то смог спокойно выдохнуть, освободившись из оков. Ян подошел к двери и отодвинул тумбу.

— Я обещаю не подходить к твоей сестре.