Глава 11 Силы разделились надвое.

Во второй половине дня Ли Цзинлун взял Хунцзюня с собой, когда они проходили через внутренний двор.

Мо Жигэнь лежал во дворе, наслаждаясь солнечным светом. Он держал во рту травинку и, закинув одну ногу на другую, дремал. Цю Юнси сидел там и читал книгу, в то время как а-Тай играл на лютне в своей руке.

"Вставайте, пора приниматься за работу", - сказал Ли Цзинлун. "Пойдите на западный рынок и найдите особый вид лекарства под названием "Пыльца Лихуна[1] ".

"Что?" - спросили все, собравшись вокруг.

Цветы "Лихун - это особый вид цветов, которые произрастают в западных регионах. Пыльца, которую они производят после опыления, при вдыхании заставит человека чихнуть и впоследствии забыть, что было раньше", - объяснил Ли Цзинлун. "В будущем, если отдел экзорцизма случайно привлечет простых людей, пока мы будем выполнять свои обязанности, мы сможем использовать это, чтобы облегчить нашу очистку".

Цю Юнси, Мо Жигэнь и а-Тай внимательно изучали Ли Цзинлуна, их лица были полны подозрения.

"А что, если их там нет?" - спросил а-Тай.

"Вероятность того, что его там нет, составляет 80%", - сказал Цю Юнси.

"Если ничего не будет, то на этом всё закончится", - сказал Ли Цзинлун. "Это приказ, здесь нет места для торга. Идите прямо сейчас".

"Чжанши, где ты об этом слышал?" - лоб Мо Жигэна был слегка наморщен, как будто он нашёл деталь, которая была неправильной.

За спиной Ли Цзинлуна Хунцзюнь кротко поднял руку. В мгновение ока выражение лиц всех присутствующих сменилось смирением, и как только Ли Цзинлун повернул голову, чтобы посмотреть, Хунцзюнь немедленно опустил руку.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Во второй половине дня небо над Чанъанем было ясным, и ветер доносил легкий намек на осенний холод. Хунцзюнь и Ли Цзинлун шли по улице, и пока они шли, совесть Хунцзюня металась взад и вперед. Он чувствовал, что причинил дополнительные неприятности остальным троим, и, видя, что остальных неохотно вытащили для этого, если бы они искали полдня и не нашли этот редкий цветок, он немного опасался, что получит нагоняй за создание проблем, когда их не будет, когда они вернутся.

"Чжанши, а что, если они не смогут его найти?"

"Чжанши... честно говоря, я также не уверен, действительно ли цветы Лихун работают или нет".

"Чжанши, почему ты больше не разговариваешь?"

Ли Цзинлун : "..."

"Шум воды"

"Чжанши, что это?"

В это время на улицах было шумно и оживленно, и многие люди суетились вокруг. Хунцзюнь боялся, что затеряется в толпе, поэтому схватил Ли Цзинлуна за рукав. В тот момент Ли Цзинлуну было очень неудобно; он хотел поднять руку, чтобы сделать жест, но теперь его потянули, и ситуация была крайне неловкой.

"Кун Хунцзюнь, - сказал Ли Цзинлун, - не тяни меня за руку, когда мы на улице!"

Когда Хунцзюню было четыре или пять лет во дворце Яоцзинь, он каждый день дергал Чун Мина за рукав и, как маленькая цепкая тень[2], повсюду следовал за своим приёмным отцом, так что он привык дергать кого-то. Но теперь, когда Ли Цзинлун отругал его, он мог только отпустить.

Ли Цзинлун провёл его через множество поворотов и поворотов[3], прежде чем войти в небольшой боковой переулок. Они входили и выходили, прежде чем, наконец, добрались до входа в дом. Он постучал в дверь, и изнутри женский голос спросил, кто это. Ли Цзинлун назвал свое имя, поднял ноги и переступил порог.

В это время женщина, которая несла на руках ребенка, поспешила к нему. она остановилась перед ними и оглядела своих посетителей.

Хунцзюнь спросил: "Чэнь Цзян дома?"

"Чэнь Цзян мёртв уже много лет, - стиснув зубы, прошептал Ли Цзинлун Хунцзюню - "не говори глупостей". Хунцзюнь вздрогнул.

Увидев полуразрушенное состояние двора и обездоленного владельца, он затем спросил: "Его внук или правнук здесь? Кто ты?"

Эта женщина на мгновение задумалась, прежде чем сказать: "Давайте поговорим внутри!"

В этом тёмном зале младенец на руках у женщины, которому, судя по их размеру, было не больше шести месяцев, начал плакать. Хунцзюнь подумал, что маленькие дети милые, и они ему очень понравились, поэтому он протянул палец, чтобы малыш мог подержать его и поиграть с ним. Когда Ли Цзинлун начал обсуждать с женщиной любезности, Хунцзюнь медленно осознал, что пятьдесят один год назад этот знаменитый поэт подвергся преследованиям со стороны бюрократа у ву санси[4] и впоследствии умер в тюрьме. К счастью, он оставил своего единственного сына.

Однако в семье Чэнь из поколения в поколение было не так много наследников мужского пола. Несколько лет назад последний отпрыск семьи Чэнь провалил императорский экзамен, женился на женщине средних лет, которая была перед ними, и ради того, чтобы сдать экзамен в следующий раз, он усердно учился, не обращая внимания на ветер и холод, пока, наконец, не заболел и не скончался, оставив свою вдову[5]и младенца все ещё в пеленках[6].

"Он похоронен за городом, если вас интересуют двое знакомых моего покойного мужа", - сказала вдова. "Завтра я могу отвезти вас двоих".

Сердце Хунцзюня уже погрузилось в глубины ледяного озера. Перед тем как прийти, Цин Сюн упомянул, что, отдав сердечную лампу её законному владельцу, он должен был подружиться с ними и выяснить, что на самом деле произошло тогда... но этот ребенок, даже если бы он получил сердечную лампу, не смог бы вырасти за одну ночь!

"Закончил спрашивать?" - сказал Ли Цзинлун. "Если ты закончил, тогда давай вернёмся".

Хунцзюнь ломал голову, но ничего не мог придумать. Однако тот факт, что в семье Чэнь всё ещё оставались люди, был хорошей вещью, поэтому он вытащил несколько жемчужин и протянул их женщине, сказав: "Вы двое должны жить комфортно. Если у вас возникнут какие-либо проблемы, приходите в отдел экзорцизма в Цзиньчэн Фан[7], чтобы найти меня".

Женщина, увидев блеск жемчуга, сразу же отодвинула их, но Хунцзюнь неоднократно настаивал, и в конце концов она смогла только принять их. Ли Цзинлун был очень удивлен и не смог удержаться, чтобы не бросить на Хунцзюня оценивающий взгляд.

"Вы знали моего покойного мужа?" - с благодарностью спросила женщина.

"Я его не знал", - Хунцзюнь честно ответил.

Выражения лиц двух других были чрезвычайно странными. Ли Цзинлун не знал, какую странную цель он сейчас имел в виду, и мог придумать только слабое оправдание. "Мой младший брат здесь действительно любит читать стихи в свободное время, особенно те, которые написал Чэнь Шийи[8]".

"А-ах ...", - женщина поняла и кивнула. Она вообразила, что этот юноша пришел из-за Чэнь Сяна, и, читая его стихи, он немного понял его дух, таким образом, видя в предке семьи Чэнь старого друга.

Хунцзюнь вздохнул, решительно нахмурив брови, расхаживая взад и вперед по коридору. Двое других не поняли, что именно его беспокоило, и когда он зашёл за спину Ли Цзинлуна, Ли Цзинлун допил свой напиток, сказав: "Тогда пойдем".

Хунцзюнь стоял позади Ли Цзинлуна и, увидев, что Ли Цзинлун, младенец и женщина идеально выстроились в прямую линию, внезапно осознал. Если бы он мог вырвать сердечную лампу из тела Ли Цзинлуна...

"Изгони истинный дух из пределов тела!"

Как только он закончил говорить, Хунцзюнь зажёг пятицветный священный свет и мягко прижал его к спине Ли Цзинлуна.

В этот момент пятицветный священный свет погрузился в меридианы и сердцевину Ли Цзинлуна, со звуком "вен" всё его тело начало светиться, свет становился таким ярким, что никто не мог смотреть на него прямо.

Женщина сильно испугалась и, обнимая младенца, закричала: "Ли - ли - ли... ли-чжанши, ты светишься! Айя, там ещё кто-нибудь есть?! Ли-чжанши светится...!"

Прежде чем Ли Цзинлун и вдова смогли прийти в себя, Хунцзюнь уже со скоростью полета послал пятицветный священный свет в тело Ли Цзинлуна.

Его меридианы были пусты и лишены присутствия лампы сердца.

В это мгновение Ли Цзинлун почувствовал, что вся ци и кровь закружились в его теле, когда его три хун и семь по были извлечены из его физического тела. Глоток чая[9], который он только что проглотил, выплыл против его воли, обрызгав женщину и младенца, и младенец начал плакать.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Позже , в отделе экзорцизма.

"Что именно ты сделал?!" - во дворе Ли Цзинлун заорал на Хунцзюня : "Я причту это к твоей зарплате за полмесяца!"

Хунцзюнь быстро ответил, что никаких проблем нет, вместо этого он должен состыковаться на месяц. "Пожалуйста, успокойтесь, успокойтесь".

"Чем именно я тебя обидел?" - Ли Цзинлун был так зол, что дрожал, когда говорил. "Почему тебе нужно высмеивать меня именно как развлечение?"

Хунцзюнь поспешил объяснить: "Всё действительно слишком невероятно, если бы я рассказал вам, не думаю, что вы бы мне поверили!"

Ли Цзинлун повернулся, чтобы уйти, но Хунцзюнь потянул его за рукав, и Ли Цзинлун снова разозлился. Он сказал: "Твое наказание-стоять здесь лицом к стене! Стой здесь, пока не придет время ужина!"

"Ты снова причинил неприятности", - радостно сказал карп яо, который черпал радость в чужих бедах, вылезая из пруда. "Наконец-то есть кто-то, кто будет держать тебя в узде".

Хунцзюнь оскалил зубы на карпа яо, чувствуя недовольство в своём сердце.

Однако Ли Цзинлун отсутствовал не очень долго, прежде чем вернулся во двор.

"Насколько это может быть невероятно?" - Ли Цзинлун встал перед Хунцзюнем и тихо сказал: "Объясни всё ясно. До тех пор, пока это не какая-то преднамеренная шутка, этот чиновник не накажет тебя".

Достигнув этого момента, Хунцзюнь понял, что даже если бы он не хотел объяснять, ему все равно пришлось бы, поэтому он начал описывать серию событий, которые произошли, когда он принес с собой сердечную лампу. Он случайно потерял его в ту ночь, когда они с Ли Цзинлуном познакомились во время их первой бурной встречи, и, чтобы должным образом выложить свои карты на стол, и только сейчас он хотел оглушить сердечную лампу из своего тела, чтобы вернуть ее потомку Чэнь Цзяна, чтобы все исправить.

После этого Ли Цзинлун не сказал ни слова, и Хунцзюнь мог только вздохнуть. "Если бы Цин Сюн был здесь, то все было бы хорошо, да".

"Так ты хочешь сказать, что из-за ошибки во время всей этой борьбы и спотыкания лампа сердца вошла в мое тело?"

"Я не уверен", - Хунцзюнь увидел, что выражение лица Ли Цзинлуна на мгновение изменилось, и поспешил объяснить. "Если это не в твоём теле, тогда это более проблематично. Если он пропал, значит, я провалил свою миссию и не могу вернуться домой. Чжанши, я с тобой не ссорюсь, и это действительно очень важно. Я определенно не буду с тобой конфликтовать".

В стороне карп яо сказал: "Не обязательно. Есть много людей, с которыми вы не ссоритесь, с которыми вы уже сталкивались раньше".

"Тише!" - одновременно сказали Хунцзюнь и Ли Цзинлун карпу яо.

"Возвращайся к своему пруду", - добавил Хунцзюнь.

Карп яо завилял хвостом и убежал.

Ли Цзинлун сказал: "Мы могли бы проверить это прямо сейчас. Я буду сотрудничать с твоими действиями".

Хунцзюнь осторожно спросил: "Тогда... я начну прямо сейчас, хорошо?"

Ли Цзинлун привёл Хунцзюня в длинный коридор в восточной комнате, и они вдвоём повернулись боком и сели. Ли Цзинлун развязал рубашку, обнажив верхнюю половину тела, и в свете солнца его мускулистое тело пшеничного цвета выглядело стройным, но сильным.

"Тебе следует немного расслабиться", - сказал Хунцзюнь. "Это будет немного болезненно".

Хунцзюнь глубоко вздохнул, надеясь про себя: "Пожалуйста, позволь мне узнать, что случилось с лампой сердца". Затем он двинулся, прижимая одну руку к груди Ли Цзинлуна, посылая пятицветный священный свет в его вены.

Как только это произошло, Ли Цзинлун вздрогнул. Он почувствовал, как вся кровь и ци разлились по его телу, когда его лицо стало ярко-красным, а черты лица не могли перестать дергаться. Энергия сянь[10] Хунцзюня блуждала по его меридианам, снова заставляя его тело светиться слабым светом. Внимательно следя за ним, Хунцзюнь убрал свой пятицветный священный свет, уделяя пристальное внимание своим венам.

Хунцзюнь сосредоточился изо всех сил, но как раз в этот момент кто-то заговорил сзади.

"Ва[11]! Ли-чжанши! Что ты делаешь?"

Чиновник из судебного департамента и государственный служащий уставились на юношу, сидевшего перед Ли Цзинлуном без рубашки, его рука была вытянута, твердо положена на грудь Ли Цзинлуна и не отпускала её.

В одно мгновение Хунцзюнь убрал руку, но в этот последний момент он почувствовал это! В меридианах Ли Цзинлуна было дремлющее семя слабой энергии!

Все лицо Ли Цзинлуна было ярко-красным, когда он оттолкнул Хунцзюня за спину для защиты и несколькими движениями сердито оделся. Он выглядел очень смущенным, но не осмелился выпалить это. Он обхватил одну руку другой, поклонился[12] и с достоинством сказал: "Заместитель начальника Хуан[13], пожалуйста, зайдите выпить чаю".

Хунцзюнь был на седьмом небе от счастья. Он нашёл это! Вот уж действительно нашёл его! Это очень хорошо! Он наконец-то может исправить то, что натворил! Как раз когда он прыгал по двору, Ли Цзинлун сердито прервал его: "Кун Хунцзюнь!"

Хунцзюнь поспешно скопировал поклон Ли Цзинлуна. Посетителем действительно был заместитель начальника Хуан Юн из судебного департамента, и вместе с этим государственным служащим они судили Хунцзюня, как будто он был идиотом.

"Встань", - сказал Хуан Юн[14]. "Это дело, которое вам передает судебный департамент. Министр Ян уже говорил ранее, что если это какое-либо дело, которое не требует присутствия судебного департамента, то мы должны отправить его копию в ваш департамент. В будущем они будут доставлены хранителем записей Лиан, Лиан Хао, позади меня, и он будет отвечать за связь с вашим отделом экзорцизма. С созданием департамента экзорцизма сегодня его величество и канцлер Ян оба видят вас в благоприятном свете, и вам следует усердно работать над рассмотрением дел на благо страны".

Ли Цзинлун кивнул, прежде чем вывести Хуан Юна и Лиан Хао за дверь. Они не успели уйти далеко, как из-за стены послышался громкий издевательский смех.

"Средь бела дня и в своем собственном отделе, что Ли Цзинлун пытался сделать? Подоить себя, ха-ха-ха...".

Ли Цзинлун : "...."

1. Это появилось в Dinghai Ch. Подробнее об этом вы узнаете позже в следующих главах, если вы понятия не имеете, что это такое...

2. Оригинальная китайская фраза. Буквально означает "ошибка близкого следования"; используется специально для тех, кто держится очень близко к человеку, за которым они следуют.

3. В оригинале было семь поворотов и восемь поворотов.

4. Племянник у Цзэтяня, что делает его одновременно официальным представителем династии Тан и недолговечной династии Чжоу.

5. Термин здесь относится конкретно к женщине, чья семейная линия считается прерванной из-за смерти ее мужа.

6. Говорят, что младенцев обычно пеленают, пока им не исполнится 3-4 месяца.

7. Район города считается главным финансовым центром.

8. Посмертное имя Чэнь Сян.

9. В оригинальном тексте говорится "вода", но на самом деле это чай, потому что так было тогда.

10. Бессмертный; кем становится человек, когда он достигает вершины своего развития.

11. Звук удивления.

12. Вот так :

13. Это звание для должностного лица, занимающего должность заместителя начальника судебного департамента.

14. Заместитель Хуан.

Над переводом работала команда- New start "✌️meste".