23 глава. Зима изменила всё

Я чувствовала, что секретарша всё расскажет офицеру. Она смотрела на меня и на офицера.

- Офицер, она разлила воду по всему полу, и из-за этого я упала, - сказала она, обращаясь к офицеру.

Он смотрел на меня с яростью.

- За такие ошибки человек должен быть наказан, - сказал он, повышая голос.

Я наблюдала за происходящим. Офицер пригласил нас зайти в его кабинет, и мы вошли. Присев на стол, он велел секретарше сесть. Я стояла, ожидая, что будет дальше. Он протянул ей пустой лист бумаги.

- Напишите жалобу на неё, и мы займёмся её наказанием, - сказал он.

На её лице появилась ухмылка. Она начала писать. Я стояла и смотрела, как двигалась ручка в её руке:

«Я, секретарша отдела офицеров Клара Шнайдер, заявляю, что одна уборщица сделала пол скользким, из-за чего я поскользнулась и упала. Я требую наказания для такого неуклюжего работника», - написала она в своей жалобе.

Я уже понимала, что наказания не избежать. Офицер взял её жалобу и прочитал её. Затем он поставил свою печать и подписал документ от своего имени, после чего передал его секретарше, чтобы она тоже поставила свою подпись. Она подписала документ.

Я стояла в тишине. В моей голове кружились мысли.

- Так, наказание за плохую работу и причинение вреда секретарше - стоять на холоде три часа. Стой на холоде после рабочего дня, - сказал он, а потом посмотрел на часы на стене рядом с фотографией Гитлера.

Я посмотрела туда же, куда и он, и увидела, что часы показывали конец рабочего дня. Он жестом указал мне на выход, давая понять, что нужно выйти на улицу.

Я вышла на улицу. Он встал со стула, надел перчатки и направился следом за мной.

На улице шёл декабрьский снег, было холодно. Холод проникал мне прямо в душу, и я начала стоять там.

Я стояла, ожидая, когда пройдут эти три часа. Я смотрела, как снежинки падают, образуя красивые узоры.

Зимой 1940 года я бы не поверила, что через год буду вынуждена выйти на улицу и отбывать своё наказание...