Глава 7: Долина Хрустальных Слез, Дорожная Грязь и Псы Суда
Пепельная буря рассеялась лишь к исходу ночи. Мертвенно-тихий мир, накрытый хрустящим слоем серого праха, постепенно уступал место новому пейзажу. Выйдя из Кровавого Грота, троица ступила на извилистую тропу, ведущую в самую глушь Долины Хрустальных Слез.
Это место выглядело одновременно как застывшая сказка и как сцена из кошмара. Из растрескавшейся земли поднимались гигантские, уходящие в свинцовое небо шпили дымчатого кварца и кровавого аметиста. Под ногами хрустела мелкая кварцевая крошка, издававшая при каждом шаге тонкий, жалобный звон - словно под тяжелыми сапогами крошились сухие кости.
Каен шел первым, тяжело опираясь на черный тесак. Несмотря на ритуал и поглощенную в гроте силу, его тело все еще платило высокую цену за перестройку каналов: мышцы горели от забившихся шлаков, а в груди сохранялась тупая, тянущая боль.
Сзади, едва переставляя ноги в неудобных сапогах из жесткой кожи убитого мародера, плелась Веспера. Завернутая в тяжелый черный плащ поверх разорванного алого платья, она выглядела как павшая королева, попавшая в трущобы.
- Если еще хоть одна эта хрустальная дрянь впьется мне сквозь подошву, - прошипела Веспера, спотыкаясь на ровном месте и едва не падая в кучу кварцевой пыли, - я прокляну не только Инквизицию, но и саму эту чертову природу.
- Можешь проклясть еще и свои сапоги, девчонка, - с ленивой ухмылкой отозвалась Лира, бесшумно скользя рядом. Ее призрачные стопы едва касались земли, не оставляя ни единого следа. - Удобная обувь - это первое, чему учится выживающий. Но, кажется, в ваших дворянских имениях вас учили только правильно держать бокал с вином и выгибать спину?
Веспера метнула на воительницу-тень взгляд, полный яда:
- В моих имениях, призрачная дрянь, нас учили еще и фехтованию. Просто мой учитель забыл упомянуть, что на практике придется спасаться от фанатиков в обносках с плеча висельника и в компании двух сумасшедших чародеев!
- О, но вчера ночью в гроте ты не казалась такой привередливой к компании, - хищно прошептала Лира, наклоняясь к самому уху аристократки и обжигая ее шею прохладным дыханием. - Напротив, ты кричала так громко, что кристаллы на сводах чуть не посыпались нам на головы.
Смуглая кожа Весперы мгновенно вспыхнула густым багровым румянцем. Она стиснула зубы, судорожно сжав кулаки, но ответить не успела.
- Заткнитесь обе, - холодно бросил Каен, даже не оборачиваясь. - Ваши вопли разносятся по хрусталю на две лиги вокруг. Если хотите, чтобы нас нагнал патруль, продолжайте в том же духе.
- А ты у нас всегда такой угрюмый, Элиан? - Веспера нарочно назвала его древним именем, пробуя его на вкус. - Или в прошлые века Верховные Чародеи питались исключительно желчью и пеплом?
Каен остановился, резко развернувшись. В его фиолетовых глазах на мгновение вспыхнули суровые угли.
- В прошлые века, Веспера, те, кто много болтал не по делу, становились ингредиентами для защиты башен, - отчеканил он. - Твой Дар Крови - это не игрушка и не повод для гордости. Это мишень на твоем затылке. И если ты не научишься чувствовать поток энергии раньше, чем свой задравшийся нос, первой же стрелой Инквизиции тебе пробьют горло.
Веспера замялась, опустив взгляд. Она хотела выкрикнуть что-то дерзкое, но холодная, жестокая правда его слов заставила ее прицепить язык. В глубине души она понимала: Каен прав. Она все еще оставалась избалованной аристократкой, выброшенной в ад.
Засада у Аметистового Монолита
Они миновали глубокий удел, где гигантские кристаллы смыкались над головой, образуя естественный свод. Именно здесь воздух внезапно стал тяжелым и тошнотворно-сладким. В него примешался стойкий запах заклятого елея, ладана и паленого воска.
Каен резко вскинул руку, заставляя спутниц замереть.
- Прибыли, - тихо прошептала Лира, ее глаза мгновенно потеряли белки, затопившись фиолетовой тьмой. - Патруль Изыскателей.
Из-за гигантских аметистовых монолитов на дорогу со скрежетом и глухим рыком вывалился отряд Священного Ордена.
Впереди на натянутых цепях рвались двое Борзых Очищения - кошмарных гончих ростом с крупного теленка. Содранную багровую плоть эти тварей прошивали стальные жилы и выжженные клейма. Их глазницы были наглухо зашиты суровыми нитями, а из пастей каплями сочилась едкая желтая слюна, с шипением разъедавшая хрустальную крошку. Этих слепых монстров жрецы выводили из разумов пойманных еретиков, выжигая их волю святым елеем.
За псами шагали трое Карателей-Экзекуторов - молчаливых гигантов в тяжелых доспехах из вороненой стали. Их глухие шлемы не имели ни глазниц, ни рта - лишь узкие щели, откуда с шипением вырывался сизый пар. В руках латники сжимали массивные шипастые булавы. Это были лишенные памяти и голосовых связок воины-евнухи, прошедшие жестокий ритуал «Отречения».
Возглавлял отряд сам Инквизитор-Изыскатель Фабиан - высокий, костлявый мужчина в роскошной алой сутане поверх чешуйчатой кирасы. Его изрезанное ожогами лицо с застывшей презрительной гримасой венчал золотой окуляр с вращающимися линзами, вставленный вместо правого глаза. В руке Инквизитора дергался серебряный боевой хлыст с костяными шипами.
- А вот и наши беглецы, - проскрипел Фабиан. Механическая линза в его глазнице со щелчком повернулась, наводя фокус на Каена. - Девка из рода Вереск, подборка мерзкой скверны и раб... А я-то думал, откуда в этой долине разит дохлятиной. Взять их живыми! Девку - на костер, остальных - на дыбу!
Кровавая Баня и Горький Урок
Псы Суда сорвались с мест, взбивая сапогами и лапами хрустальную пыль. Раздался оглушительный, пронзительный лай, от которого зазвенели кристаллы вокруг.
Первая борзая рванулась к Веспере. Девушка, желая доказать, что она больше не бесполезный груз, выставила руку вперед, пытаясь повторить утренний импульс:
- Дар Крови: Внутренний Разрыв! - выкрикнула она.
Алая волна вырвалась из ее ладони, кровь внутри пса закипела, тварь взвыла, но... заговорная броня Ордена, испещренная рунами защиты от чар, смягчила удар! Гончая не лопнула. Она лишь споткнулась в воздухе и с диким ревом обрушилась прямо на Весперу.
Тяжелые когти рассекли разорванный плащ и бедро аристократки.
- А-а-ах! - визгнула Веспера, завалившись на хрусталь. Из глубокой рваной раны на ее ноге хлынула горячая алая кровь. Неопытность и спешка едва не стоили ей жизни.
- Доигралась, дура! - рявкнула Лира, бросаясь к ней.
Воительница-тень перехватила замах второго пса своим тесаком, но тяжелая туша чудовища сбила ее с ног. Серебряное клеймо на ошейнике зверя вспыхнуло святым светом, обожгши призрачную плоть Лиры. Воительница сдавленно вскрикнула, и ее руки на мгновение потеряли плотность, став полупрозрачными.
Каен рванулся вперед с «Кровавым Тенепреломом», целясь в горло ближайшему латнику, но Фабиан среагировал профессионально и мгновенно. Silver-хлыст Инквизитора со свистом рассек воздух и намертво захлестнулся вокруг раненой руки Каена!
Ш-ш-ш-ш!
Серебряные нити и заговоренные костяные шипы со звоном въелись в перестроенные вены. Едкий запах паленого мяса заполнил воздух. Каен упал на одно колено, сплевывая густую кровь: святая магия серебра заблокировала его Теневое Ядро, вызвав дикую, разрывающую отдачу прямо в сердце.
- Вы думали, вы сильны?! - расхохотался Фабиан, с наслаждением подтягивая Каена на хлысте. - Вы просто плесень на теле церкви! Экзекуторы, кончайте с ними!
Один из тяжелых латников занес над головой Каена массивную шипастую булаву. Чугунный набалдашник начал свое падение, готовый размозжить череп чародея. Смерть была на расстоянии одного вдоха.
- Не... в этот... раз! - прорычал Каен сквозь сжатые зубы.
Превозмогая адову боль от серебряного ожога, Каен вонзил свободную левую руку прямо в свежую рану на бедре Весперы, лежащей рядом. Это был суровый, отчаянный шаг: он задействовал их Кровный Узел, выпивая не у врага, а у своей союзницы ее очищенную, нетронутую энергию!
Веспера выгнулась дугой от резкой вспышки боли, но не воспротивилась - она отдала свою силу без остатка, доверившись его воле.
Получив алый импульс, Каен вспыхнул багровым пламенем. Он перехватил хлыст Фабиана и с диким, нечеловеческим криком рванул его на себя. Фабиан оступился на хрустале, и в этот краткий миг Каен вогнал «Кровавый Тенепрелом» прямо под подбородок нападавшего Экзекутора!
БЛУМ!
Внутренний взрыв теневых игл с оторвал голову латнику вместе со шлемом. Горячая жизненная сила убитого гиганта хлынула по лезвию в Каена, мгновенно выжигая серебряную язву на его руке и разрушая чары Фабиана.
Освободившаяся Лира с диким рыком вогнала свои рунические когти в брюхо удерживавшего ее пса, разорвав монстра пополам. А Веспера, пересилив адскую боль в раненой ноге, подняла с земли остый хрустальный осколок и вонзила его прямо в единственный незащищенный сустав второго пса.
Фабиан, увидев, что его элитный патруль перебит за считанные секунды, а беглец выпил жизненную силу его лучшего воина, в ужасе попытался отступить.
Но Каен, хромая и задыхаясь от перегрузки, настиг его в два стремительных прыжка.
Черный тесак вошел в грудь Инквизитора по самую рукоять. Каен вонзил пальцы в его шею, запуская процесс высасывания. Однако его собственное тело было настолько истощено и повреждено, что он не смог впитать всю энергию - сосуд был перегружен. Каен еле удержался на ногах, когда Фабиан превратился в высохший труп, а его золотой окуляр со звоном выпал из глазницы на битый хрусталь.
Тяжелый Отдых и Новые Раны
Битва утихла так же внезапно, как и началась. Поляна была залита черной и алой кровью, но цена победы оказалась огромной:
У Весперы было разорвано бедро. Она лежала на хрустале, судорожно зажимая рану руками и тихо плача от боли и осознания собственной беспомощности.
Лира потеряла слишком много плотности от контакта с серебром: ее руки снова стали полупрозрачными и фиолетовыми, а дыхание было рваным.
Каен сидел на корточках рядом с трупом Фабиана. Его левая рука была обезображена черными некротическими язвами от серебра, а из носа и ушей сочилаcь сукровица.
- Ну что... аристократка... - тяжело задыхаясь, прохрипел Каен, утирая кровь с подбородка и тяжело поднимаясь на ноги. - Все еще считаешь, что... фехтование в имении помогает против реальной смерти?
Веспера подняла на него заплаканное, испачканное сажей и кровью лицо. В ее глазах больше не было спеси. Там осталась только суровая, взрослая решимость.
- Заткнись, Каен... - тихо, с горькой ухмылкой ответила она. - Лучше помоги мне встать. Если мы не дойдем до Цитадели, эти раны были напрасны.
Каен подошел и молча поднял ее на руки. Лира, хромая, пристроилась сбоку, опираясь на его плечо.
Они победили, но были разбиты, ранены и истощены. Впереди лежал Хрустальный Мост и парящая в тумане Цитадель Забытых, где их ждали враги гораздо страшнее рядовых инквизиторов.