Глава 5. Взлёт и падение

«Успех - это умение двигаться от неудачи к неудаче, не теряя энтузиазма.»
~ Уинстон Черчилль

(от лица Евгении)

– Наша сила в каждом шаге. Мы едины, мы в атаке!

Хор был слышен по всему стадиону, и голос патруля, кажется, даже эхом отскочил по периметру поляны. Казалось бы, при чём тут глупые стишки, но это мы просто отрабатываем кричалку для школьного выступления.

Девочки заучивали текст одновременно, крутя меня наверху, как цирковой снаряд. Цветные помпоны в их руках мелькали перед глазами, создавая дурацкий калейдоскоп, а я, растопырив руки для баланса, пыталась не думать о том, что если они меня уронят, то кости собирать будет некому. Ладони у них были потные, плечи дрожали от напряжения, и каждый шаг давался с скрипом, будто мы не пирамиду строили, а тащили на себе рояль.

Пока они дружно пропели первый куплет, настала моя очередь. Расправила плечи, изобразила на лице королевское величие. Ну, насколько это вообще возможно, когда ты висишь в метре над землёй на чужих руках. Я громко продекламировала свою коронную фразу:

– Сердце бьётся в унисон, победить рождён чемпи..

– Женя, твою мать, смотри, куда наступаешь! Это голова, а не плечо! – рявкнула Алёнка, резко дёрнув плечом, что моя туша едва не полетела в траву.

Я взмахнула руками, матерясь про себя всеми известными и неизвестными словами, и чудом удержала равновесие. Сердце ухнуло в пятки.

– Я не виновата, это Варвара меня хреново держит! Её руки как у дохлой медузы, скользкие и бесполезные.

Варя, стоявшая под моей левой ногой, фыркнула, но даже не повернула головы.

– Не прерывайте, мы на финишной прямой. Так, последний круг, поём все вместе, и валим отсюда.

– МЫШКИН ЛУЧШЕ ВСЕХ, ЖДЁТ ЕГО УСПЕХ!

Всё вышло просто прекрасно. Я уже мысленно представила.. неа, мне даже не дали помечтать.

Маша, стоявшая в стороне с самым невинным видом взмахнула рукой. В нас полетели наколдованные шишки. Градом, с противным свистом, брызгая во все стороны мелкими искрами. Я даже не успела охнуть, как мы все, потеряв равновесие, с грохотом рухнули на траву. Моя голова встретилась с чьим-то коленом, а Алёнка сверху накрыла нас всех своим рыжим задом.

«Хоть один день будет без падения? Или это опять индивидуальный случай?»

– Маша, это, по-твоему, салют из цветов?!

Варя первой вскочила на ноги. Она встряхнула волосами, разгоняя взмахом руки остатки магии, и на её лице застыло выражение оскорблённой королевы.

– Ой, извините, девочки, так получилось, – Маша виновато пожала плечами, но в уголках её губ всё ещё дрожала довольная улыбка. – я хотела как лучше, честно!

– А может, я лучше салют из снежинок попробую?

Блондинка уже занесла посох над головой, явно собираясь сотворить какую-нибудь херню.

– Ну да, валяй, Снежок, вокруг ведь гора снега. – махнула я, поднимаясь. – Где ты его в середине лета собралась взять? Снежинки ей подавай! Ты бы ещё вьюгу устроила, только нам всем потом от Яги пиздюлей не обобраться.

Как-никак эффект должен был выглядеть как реалистичный фокус. Нельзя ведь показывать людям настоящую магию.

– Везёт вам, девочки, вы колдовать умеете.. А мне бы хоть палочку волшебную, как у Гарри Поттера. Нет, хоть бы быть как маглорожденная. Я бы тогда ух!

– Да, Алёнка, ты бы тогда ух. – усмехнулась Варя, протягивая ей руку. – На вот тебе пока это.

Она сунула ей в руки старую жёлтую кепку с дурацким, мятым козырьком, одновременно помогая подняться с земли.

– Ооо! Это такая шапка-невидимка, да?

Та завертела подарок в руках, глаза её загорелись восторгом. Нахлобучила обновку на голову и заулыбалась во весь рот, явно поверив в свою удачу.

– Как там её надеть.. Так, опа! Вы меня теперь не видите, да?

Она закружилась на месте, размахивая руками, пытаясь изобразить невидимку. Со стороны это выглядело дико. Рыжая дурочка в жёлтой кепке, которая пляшет посреди поляны и орёт, что её никто не видит.

Пока она радостно щебетала, Варя одарила нас быстрым подмигиванием.

– Вообще-то, Алёнчик, – я старалась сохранить максимально серьёзное лицо. – если ты её наденешь задом наперёд, то станешь не только невидимой, но и бессмертной. Так что давай, пробуй, не ссы.

– Правда?! – она тут же принялась крутить кепку на голове, пытаясь натянуть её козырьком назад. – Как там... Сюда или сюда?

– Ага, а ещё если чихнуть три раза подряд, превратишься в жабу.

Маша прятала улыбку в ладони и делала вид, что рассматривает свои ногти. Рыжова же замерла на мгновение, уставившись на нас всех по очереди. После подозрительно прищурилась.

– Вы меня разводите, да?

– С чего ты взяла?

Хором ответили мы с максимально невинными мордами, и я, не выдержала первой. Мой смех прорвался наружу, как пробка из бутылки шампанского, и остальные подхватили.

Мы хватались за животы, а Алёнка, поняв наконец, что её разыграли как последнюю лохушку, швырнула в меня этой чёртовой кепкой.

– Ну вы и засранки! – взвизгнула она, но в голосе уже слышались смешливые нотки.

Я ловко увернулась, кепка пролетела мимо и шлёпнулась в траву.

– Неа, мы ведьмы! – парировала я. – Так что привыкай, рыжая, мы тебя ещё не так разведём.

А Варя, стоявшая сзади, уже наколдовала над головой Алёнки небольшую тучку. Серую, пушистую, с едва заметными молниями внутри. Я поняла, что сейчас будет весело и спросила:

– Алёнчик, а ты когда плакать собираешься? Или сначала дождь подождёшь?

Та подняла голову, увидела тучу, и её лицо вытянулось.

– Варяяя, блять!

Мелкий, противный дождик хлынул ей на голову, смывая с лица остатки хорошего настроения.

– Что у вас тут происходит??

Голос, раздавшийся за спиной, резанул по ушам как лезвие. Мы все синхронно дёрнулись.

Я обернулась и увидела хранителя. Он стоял в трёх шагах от нас, сжимая в лапах огромную книгу, больше похожую на средневековый фолиант, и перьевую ручку, которой можно было бы заколоть кабана. Его зелёные глаза сощурились, изучая нас с подозрением, будто мы только что ограбили банк.

– Да так, просто шапку-невидимку Алёнке подарили.

К моему удивлению, на это повелась не только рыжая, но и сам хранитель тоже явно купился. Его усы возмущённо дёрнулись, а брови съехались к переносице, образуя глубокую складку.

– Шапку-невидимку? – переспросил он, и в его голосе зазвенели стальные нотки. – А ну дай сюда!

Я пожала плечами, спорить с ним себе дороже. И без лишних слов бросила кепку ему в руки. Он поймал её с неожиданной для его комплекции ловкостью, покрутил в лапах, разглядывая со всех сторон, даже понюхал, сморщив нос.

– Неучтённый артефакт, где вы её взяли?

Снежка издала тихий смешок, прикрывая рот ладонью, и я бросила на неё предостерегающий взгляд.

«Ну не ржи, Снегурочка, а то он нас всех на ковёр вызовет.»

– Да Женя просто пошутила.

– Вот же шутницы нашлись.

Процедил хранитель, обводя нас хмурым взглядом. В его глазах читалось такое явное недовольство, что я мысленно приготовилась к самому худшему. Он сделал несколько шагов вперёд и обратно, словно о чём-то напряжённо размышлял, потом остановился и ткнул в нас перьевой ручкой.

– Этих шуточек мне ещё не хватало. Значит так. Чтобы вы у меня под ногами не путались и носа своего не высовывали! Ясно?

Он махнул небрежно рукой, будто отгонял муху и я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Всё вокруг завертелось, смешиваясь в одну цветную кашу, и в следующий момент я уже с размаху приземлилась на что-то твёрдое.

– Да что случилось-то?! – одновременно воскликнули мы, оглядываясь.

Приземлились мы в Лукоморье. Всё то же кафе внутри дуба. Стены из тёплого дерева, резные стойки, уютные диванчики. Ну, это вполне логично, учитывая, где мы находимся. Пахло свежей выпечкой и травами.

– Он что, нас вышвырнул? – возмутилась Алёнка, поправляя сбившиеся волосы. – Как собак!

– Хуже, – мрачно отозвалась Варя, – он нас запер здесь.

Алёнка подошла к зеркалу, оттуда выглянул хранитель и оскалился в усмешке.

– Вась-Вась. До вечера отсюда ни шагу!

После фыркнул и испарился в воздухе. Рыжова вопросительно оглянулась на нас, хлопая длинными ресницами.

– А это ещё что?

Маша, которая уже уселась с идеально прямой спиной и сложила руки на коленях, кивнула. Она всегда становилась серьёзной, как каменное изваяние, когда дело касалось учителей и вообще учёбы. Даже голос у неё становился ровнее, официальнее.

– Не что, а кто. Это Василиса Васильевна Премудрая. Самый строгий куратор нашего колледжа.

– Она также директриса по совместительству. Помнится, Кривозуб не раз меня к ней отправлял за мои фокусы. До сих пор удивляюсь, как она меня ещё не исключила. Видимо, не хочет, чтобы моя сестрица злорадствовала.

Мой взгляд скользнул к Варе, которая сидела напротив, задумчиво крутя в руках пустую кружку. Она была моей сестрой, но мы как день и ночь. Даже внешне, вот только по глазам нас и узнавали.

Варюша прилежная отличница, а я иногда влипала в наказания, спорила с некоторыми учителями и доводила их до белого каления. Кривозуб исключение, его даже я побаиваюсь. Но это нас и дополняло, всегда выручаем друг друга в той или иной ситуации.

– Я её до сих пор боюсь.. – не осталась без слова и Снежка, поёжившись так, будто её окатили ледяной водой. – Она смотрит так, будто знает все твои секреты. Даже те, которых у тебя нет.

Василиса Васильевна действительно умела прожигать взглядом до костей, особенно когда была не в духе, а не в духе она была, кажется, всегда.

В этот момент из сумки Маши выглянул Шушик. Наш маленький пушистый комочек, который в последнее время стал куда шустрее и любопытнее. Следом он задал вопрос, который волновал и нас.

– А что ей вообще здесь понадобилось?

Варя отрицательно покачала головой, её лицо стало задумчивым и даже немного встревоженным.

– Не знаю, но лучше ей не попадаться в глаза. У меня предчувствие, что она что-то задумала. И это что-то нам точно не понравится.

∴

Спустя почти два часа безделья я даже от скуки успела задремать, устроившись на мягком диванчике у стены. Глаза слипались, голова клонилась к плечу, и я уже проваливалась в приятную полудрёму. Я краем сознания слышала, как Маша, Варя и Снежка, зевая во весь рот, раскладывают карты на деревянном столике. Они перекидывались ленивыми фразами, изредка постукивали картами по столешнице, и этот монотонный звук действовал на меня как колыбельная.

Алёнка где-то бродила по залу. Я слышала её шаги и бормотание, она рассматривала деревянные статуэтки и зачем-то трогала каждую, будто надеялась, что какая-нибудь из них оживёт. От скуки начинало сводить скулы, и я, наконец, решила, что пора размяться.

Поднялась с диванчика, потянулась так, что хрустнули все суставы, и отправилась осматривать Лукоморье, которое так и манило своей уютной таинственностью.

Я бесцельно бродила между столиками, разглядывая резные узоры на стенах. Здесь были вырезаны целые сцены из сказок. Кощей, Баба-Яга, Жар-птица и тд. В итоге остановилась за книжными полками. Корешки книг поблёскивали золотом и тускло мерцали в полумраке, будто каждый том хранил в себе живую магию.

Мой взгляд невольно устремился на название одной из них. Потёртая книга с выцветшей обложкой, которая выглядела так, будто её пережила не одна библиотечная война. «История Морока».

– Опа, кажется, мы проходили его в позапрошлом курсе. – прошептала я, проводя пальцами по шершавому корешку.

Память услужливо подкинула обрывки лекций.

«Морок, тёмный маг, который когда-то напал на сказочный мир. Преподаватель тогда говорил о нём с таким напряжением в голосе, что мы все невольно притихли. Но знала я о нём лишь поверхностно. Только то, что он посеял хаос, разрушил несколько королевств и исчез так же внезапно, как и появился. Больше ничего в голову не лезло. Ни причины его нападения, ни того, как его остановили или где он сейчас.»

– Ладно, потом прочитаю.

Я огляделась через плечо, чтобы убедиться, что за мной никто не наблюдает.

– Думаю, Котик не будет против, если я одолжу книгу на пару дней. Он же у нас добрый пушистик, чего ему жалеть.

Я сунула книгу в спортивную сумку, где как раз лежала сменная одежда. После выступления черлидерш хотелось скорее снять этот неудобный наряд. Юбка постоянно задиралась, обнажая то, что не стоило показывать даже в магическом мире, а топ противно лип к вспотевшей спине.

Я уже потянулась за футболкой, когда мимо с грохотом пробежала Алёнка. Она неслась как угорелая, сбивая стулья и задевая столики. Я едва успела отодвинуть сумку ногой, чтобы рыжая не наступила на неё в своей вечной спешке.

– Везёт вам, девочки, – выдохнула она, запыхавшись, и рухнула на соседний стул, свесив голову почти до колен. – вы волшебницы, в магическом колледже учились. Я бы тоже хотела, из меня бы наверняка отличница получилась.

– Ну-ну, Алён, – фыркнула я, поправляя сумку и застёгивая молнию. – как та, что даже в обычной школе еле тройки получает, освоит сказочный материал? Ты бы там на первом же заклинании всё подожгла к чёртовой бабушке.

– Между прочим, – обиженно надулась рыжая, но в её глазах уже заплясали искорки, – я бы старалась! Я бы зубрила до ночи, я бы...

– Конечно-конечно, – хмыкнула Маша, не отрываясь от карт и выкладывая очередную комбинацию. – Ты бы старалась, а мы бы тебя с пар вытаскивали, когда ты бы случайно превратила преподавателя в жабу.

Даже если я и насмехалась, меня всё же волновало кое-что другое. На днях, пока Алёнка уже в тридцатый раз пыталась освоить левитацию, она вдруг подняла перышко в небо. Но странно вот что, оно не просто взлетело, а загорелось пламенем, ярким и жарким, и рассыпалось пеплом прямо у неё в руках. Я тогда не придала значения, подумала, что это просто случайность, но сейчас, сидя в тишине Лукоморья, поймала себя на мысли, что обычные люди не способны на такое. Искра магии не может появиться из ниоткуда. Она либо есть, либо её нет.

– Алён.. – позвала я, но она уже куда-то убежала, оставив нас в покое и даже не оглянувшись.

В этот момент раздался грохот, аж стёкла в кафе задребезжали, а деревянные подвески под потолком заходили ходуном. Мы все одновременно подскочили и оглянулись.

Алёнка парила над нами, раскинув руки в стороны, и её рыжие волосы разметались вокруг головы, будто их подхватил ураган. Но полёт был неуправляемым, она крушила всё на своём пути. Стулья летели в стороны, столики опрокидывались, а с полок сыпались книги, которые с глухим стуком падали на пол и раскрывались, роняя пожелтевшие страницы.

– А-а, девочки, помогите!

Заорала она, беспомощно вращаясь в воздухе, как сорванный ветром лист. Её глаза были расширены от страха, руки дёргались, пытаясь ухватиться хоть за что-то, ноги болтались в воздухе. Мы все рванули к ней одновременно, но рыжова не глядя оттолкнула нас.

Варя, Маша и Снежка с грохотом рухнули на пол, а я едва успела увернуться от летящей в меня табуретки, которая со свистом пролетела мимо моего уха и врезалась в стену, оставив на дереве глубокую царапину. Алёнка же, словно неуправляемая ракета, рванула к выходу, оставляя за собой шлейф разрушений.

– Держите её!

Но было поздно. Рыжая вылетела из кафе через одно из окошек, которые здесь были не из стекла, а из сплетённых веток, напоминающих по форме причудливые окна. Она просто проломила их своим телом, и ветки с хрустом разлетелись в стороны, оставляя неровный, рваный проём, сквозь который ворвался свежий лесной воздух. Мы переглянулись, и в глазах подруг я прочитала тот же вопрос, что мучил меня.

«Что, блять, с ней происходит?»

Шушик, который всё это время сидел на плече у Маши и внимательно наблюдал за происходящим с видом учёного, вдруг спрыгнул на пол и подбежал к нам. В его маленьких лапках была красная этикетка от обуви, с золотыми сказочными буквами.

– На, она сапоги какие-то надела. – пропищал он, протягивая этикетку Варе.

Мы склонились над этикеткой, и та прочитала название.

– Алёнка в сапогах-скороходах?! – выдохнула я. – Да как она их вообще нашла? Они же в закрытом хранилище лежат!

– Бежим скорее! – скомандовала Варя, и её голос прозвучал резко, без привычной мягкости. Она уже была на ногах, поправляя растрёпанные волосы.

Снежка, всё ещё пытаясь отдышаться после недавнего переполоха, вопросительно уставилась на неё, прижимая руки к груди:

– Спасать Алёнку..?

– Город говорю спасать! – рявкнула Варя, и никаких возражений не последовало.

∴

В центре города, у фонтана, собралась очередная толпа туристов. Человек двадцать, не меньше, с фотоаппаратами, детьми и мороженым в руках. Во главе этой разношёрстной компании восседала Ядвига Петровна, наша любимая «старушка». Она как раз указала на фонтан с «живой водой», расписывая его чудодейственные свойства, когда людские взгляды переметнулись с неё на небо.

Потому что над их головами, делая дикие круги и истошно вопя, летала рыжая девочка.

– Вот она! Алёнка, держись, ааа!

Варя полетела кубырем, пытаясь поймать бешеную подругу, которая выделывала в воздухе такие пируэты, что любая птица позавидовала бы.

Алёна то взмывала вверх, то камнем падала вниз, и каждый раз я задерживала дыхание, думая, что сейчас она разобьётся о мостовую. Но сапоги-скороходы, видимо, имели собственное чувство юмора. Они подхватывали её в последний момент и швыряли в новую сторону.

– Девочкии.. – донеслось до нас жалобное.

Рыжая теперь неслась прямо на нас, и нам пришлось давать обратный ход. Мы рванули в кусты, росшие вдоль аллеи, вместе с Ягой, которая с удивительной для её возраста прытью умудрилась забиться под куст сирени раньше всех.

– Маша, давай, ищи информацию! – крикнула Варя, пытаясь отдышаться.

Маша, не задавая лишних вопросов, вытащила из сумки ноутбук и принялась быстро стучать по клавишам. Варя со Снежкой уже выскочили из кустов и снова погнались за рыжей.

– Ядвига Петровна, что нам делать!?

Я вопросительно уставилась на «старушку», которая сидела рядом со мной и делала вид, будто не понимает, что вообще происходит. Она смотрела на летающую Алёнку с обычным выражением, словно это было ежедневное событие.

– Девушки, сами разбираетесь. – бросила она с усмешкой. – Будет вам поучительным уроком. Только тут Вась-Вась гуляет, между прочим. Если та вас заметит не разочаровывайте.

Я с удивлением уставилась в сторону Лукоморья и действительно, как Яга и сказала, Василиса Васильевна уже добралась до площади вместе с Котом. Она стояла у того самого фонтана, но, к счастью, пока ничего не замечала, потому что Кот в этот момент что-то активно предлагал ей. Огромный торт, судя по всему.

– А вот, вот это подойдет! – вдруг закричала Маша, тыкая пальцем в экран ноутбука. Она нашла какой-то сайт с заклинаниями, прочитала текст и громко выкрикнула – Раз, два, три, Алёнка на месте замри!

Но Рыжова, разогнавшись на своих дурацких сапогах, уже улетела далеко вперёд, а вот толпа туристов, что шла следом за ней, как раз застыла на месте. Человек двадцать замерли с открытыми ртами, кто-то с поднятой для фото камерой. Маша выругалась сквозь зубы, захлопнула ноутбук и сунула его обратно.

– Блин, не туда попало!

Я посмотрела на строящих туристов, которые минут через пять придут в себя, и приняла решение. Раз лишних глаз нет, точнее, они есть, но я успею. Почему бы и не использовать магию? Я сосредоточилась, чувствуя, как сила разливается по венам, и рванула в воздух следом за рыжей.

К огромному сожалению, она полетела прямиком в сторону куратора.

Я приземлилась на крышу ближайшего киоска и замерла, глядя, как Алёнка несётся прямо на Василису Васильевну.

Когда я посмотрела в их сторону, то заметила внимательный, цепкий взгляд директрисы. Сначала она чуть удивилась, приподняв бровь, а после начала изучать каждую из нас по очереди с таким интересом, будто мы были экспонатами в музее.

«Неужели решила оценить нас как практиканток? Боюсь, что она пожалеет о своём решении нас сюда отправлять. Мы ей тут такой цирк устраиваем, что она до пенсии не забудет».

– Алёнчик, лети в мою сторону!

Я размахивала руками, но рыжая не могла повернуться. Сапоги не слушались, и полёт пошёл в высь. Она взмыла метра на четыре, закричала от страха и начала беспомощно дёргаться.

– Девочки, давайте как на репетиции! – скомандовала Маша, выскакивая из кустов.

Она взмахнула руками, призывая листья, те огромным пёстрым облаком полетели в небо, кружась вокруг Алёнки. Варя, поняв замысел, собрала их ветром в одну огромную кучу, создав перед рыжей плотную стену из шелестящей листвы.

Алёнка из-за этого не смогла пройти дальше, замешкалась, и я, не медля ни секунды, рванула к ней. Схватила подругу за ногу, пытаясь снять сапог, но мы закружились в бешеном вихре так, что аж закружилась башка и мир поплыл перед глазами. Благо, я успела стянуть один сапог. Держа его в руке, как трофей, я полетела вниз, но Снежка вовремя создала ледяную горку. И я скатилась по ней, больно приложившись пятой точкой о землю.

– И магия воды.. – раздался рядом спокойный, ровный голос Василисы Васильевны. Она стояла, сложив руки на груди, и кажется перечисляла наши способности, будто делала пометки в мысленном журнале.

– Алёнка!!

Девочки побежали к рыжей, которая, потеряв один сапог, наконец начала терять высоту.

Она впечаталась в торт, а после, по инерции, в стену ближайшего дома, оставляя на ней липкий след.

– Алён, ты в порядке?

Варя помогла ей встать.

– Ага, – простонала рыжая, счастливо облизывая губы. – мой любимый шоколадный..

Она слопала попавший в рот кусок торта и глупо улыбнулась, вся испачканная в креме и глазури с ног до головы. Только что мы её спасали от верной гибели, а она радуется десерту.

Снежка освежила её водой, а брюнетка завершила дело, высушив ветром и аккуратно приведя в порядок.

Я хотела подобрать упавший сапог, но Василиса меня опередила. Она наклонилась, подняла его с лёгкостью, и её голубые, как море, глаза задержались на мне, пока я неловко уставилась в ответ. Обычно они у неё казались чуть синеватыми и холодными, но видимо, из-за солнца они сделались яркими и пронзительными, будто она заглядывала мне прямо в душу.

– Здравствуйте, Василиса Васильевна..

Тихо пробормотала я, почесав затылок и отводя взгляд. Мы сильно опозорились перед ней. И это она просто так точно не оставит. Того же её вердикт до нашего приезда в Мышкин:
– «Евгения, рассчитываю особенно на вас. Не забудьте, что это дополнительные баллы к экзаменам. А они вам точно пригодятся».

«Да уж, пригодятся если она нас сейчас всех не исключит.»

– Здравствуй, эмм.. – Василиса нахмурилась, словно пыталась вспомнить моё имя, и вдруг перевела тему, обращаясь к Коту – Вы же сказали, что никаких магов в городе нет?

– Да разве это маги? Это же ваши ученицы на практике тут. Мы же договаривались, что они...

– У неё амнезия? – прошептала я Маше, которая стояла рядом. – Почему за такой короткий срок куратор забыла об этом?

Маша только плечами пожала, тоже озадаченная. Но я решила не придавать этому особого значения. Может, у неё и правда проблемы с памятью, или она просто прикидывается. Я подошла к девочкам, стараясь держаться как можно непринуждённее.

– Здравствуйте! – бодро поздоровалась голубоглазая, но Василиса и на неё посмотрела с лёгким недоумением.

– Снежка. Вы что, меня не помните?

– Да, Снежка, помню конечно. – кивнула директриса без особого интереса и снова перевела взгляд на нашу сторону.

Кот же, воспользовавшись моментом, с ворчанием обвёл нас взглядом, попутно положив мне руку на плечо.
Я почувствовала, как его когти впились в ткань футболки.

– Вас сюда зачем отправили? – прошипел он, наклоняясь к моему уху. – А вы что вытворяете! Двоечницы.

Он хмыкнул, явно выпендриваясь перед Вась-Вась, и добавил с ехидцей.

– Надо вас обратно отправить на переэкзаменовку!

Мои глаза полезли на лоб.

– Чего!? Да мы...

– Не надо никуда отправлять. – вдруг перебила меня Василиса ровным, спокойным голосом. Она перевела взгляд с меня на Кота и обратно, и в её глазах мелькнуло что-то странное, может быть, одобрение. – Девочки, а вы молодцы, отлично колдуете.

– ЧТО..?

Мы с Котом одновременно уставились на директрису. Я даже рот открыла от удивления, а Кот замер с поднятой лапой. Потом же, словно по волшебству, за секунду переобулся и расплылся в сладчайшей улыбке.

– Ну да, вот что значит моя школа! – затараторил он, прижимая лапы к груди. – Растут помощницы, одна другой краше и талантливее. Ай да молодцы, ай да ученицы!

Я переглянулась с сестрой она выглядела так же ошарашенно, как и я.

– Вот и славно, – кивнула женщина, и её голос не терпел возражений. – назначаю вас помощницами кота.

«Бля, вот это точно удивило меня больше всего».

Моё настроение мгновенно изменилось в лучшую сторону.

– Вот здорово, а Котик? – я перевела насмешливый взгляд на него.

– Нет.. зачем, я и один прекрасно справляюсь! – возмутился он, но возражения не принялись.

∴

Спустя полчаса мы провожали Василису до автобуса. Она шла впереди, как ледокол среди айсбергов, а мы плелись сзади чумазые и уставшие.

– Ну что же, всё в порядке. Всё под контролем, я довольна. – она обернулась к Коту, и в её голосе послышалась редкостная для неё теплота. – Доложу о ваших успехах высшему магическому начальству.

Кот вытянулся по струнке, прижал лапы к груди и заулыбался так, будто ему только что вручили Нобелевскую премию по волшебству.

– О, благодарю, Василиса Васильевна! Мы стараемся, мы...

Тут как раз подкатил старенький жёлтый автобус, с потёртой надписью на боку. Двери с шипением распахнулись, и Василиса шагнула внутрь, даже не оглянувшись.

– Прощайте.

– Прощайте, спасибо, приезжайте ещё!

Хранитель орал ей вслед, размахивая лапами, будто провожал в последний путь родную тёщу. Автобус фыркнул выхлопной трубой и укатил за поворот. Кот проводил его взглядом, глубоко вздохнул, а потом медленно, с чувством полного превосходства, повернулся к нам.

Сладкая улыбка слетела с его морды, как шелуха, и на её месте появилось привычное ворчливое выражение, которое мы знали и любили (исключительно с трудом).

– А вы чего вылупились? – рявкнул он, тыкнув в нас когтистым пальцем. – Хранитель тут только я, сказочный патруль. Даже не мечтайте стать хранителями! Поняли?! Кыш отсюда, чтобы я вас не видел и не слышал!

Он гордо развернулся, вскинул хвост трубой и зашагал прочь, всем своим видом демонстрируя, что мы для него пустое место, а он, мол, великий и ужасный.

– Выпендрёжник, – шепнула я ему вслед, с огромным трудом удерживаясь от того, чтобы не поднимать средний палец.

– Мда, ну и денёк сегодня. Я спать.. – простонала Варя, устало проведя ладонью по лицу.

Я с ней полностью согласна. Но не тут-то было. Шушик, который всё это время сидел на плече Маши, навострил уши и заверещал на весь перекрёсток:

– Между прочим, матч через минуту начинается!

– Матч!? Маша, по-моему, это крайний случай!

– Ну ладно, давай. – неожиданно легко согласилась Маша. Она уже взяла меня за руки. Я в свою очередь Варю и Снежку, и все четверо устремили взгляд на рыжую с нетерпением.

Та устало махнула рукой и нехотя взяла Морозову за ладонь. Всё равно сваливать шансов нет. Варя, довольно улыбнувшись, закрыла глаза и щёлкнула пальцами.

Мир привычно завертелся, смешивая цвета в однородную кашу, и в следующий момент мы уже стояли на стадионе. Яркий свет, гул голосов, запах попкорна и свежескошенной травы, всё это ударило в ноздри и уши одновременно.

Ну и почему, спрашивается, вечно именно нам выпадает честь выступать?

– Девочки, когда мы уже научимся говорить «нет»?