Не двигайся

Дуло не двигалось.

Я почувствовала его холод даже через волосы. Металл, прижатый к основанию черепа, - это не то ощущение, к которому можно привыкнуть. Я лежала лицом в снегу, и снежинки таяли на щеках, смешиваясь с грязью.
— Вставай, - сказал он. — Медленно.

Я поднялась на дрожащих руках. Колени взяли в снегу, пальцы онемели. Когда я выпрямилась дуло переместилось - теперь оно упиралось мне в спину, между лопаток. Он не собирался убирать оружие.

— Иди вперед, - бросил он. — Прямо, не оглядывайся. Если обернёшься - пристрелю.

— Ты серьезно? - я не удержалась. - Я не заражена.

— Зараженные тоже так говорят в первые часы, - ответил он. - Иди.

Мы шли по мёртвому городу. Снег продолжал падать с самого момента, как я покинула школьное здание. В этой белой пелене руины казались декорациями к фильму. Я видела вывеску магазина, занесенную снегом, - буквы облупились, остались только две. Видела перевернутый автобус, из которого кто то вытащил все что можно. Видела темные пятна на снегу, которые я старалась не рассматривать.

Мужчина молчал. Он шел за мной, и я чувствовала его взгляд на своем затылке. Тяжелый, недоверчивый.

— Ты один? - спросила я, чтобы нарушить тишину.

— Нет.

— Сколько вас?

— Это тебя не касается.

— Если вы решите меня убить, то очень даже касается, - огрызнулась я.

Он хмыкнул. Коротко, без веселья.

— Языкастая. За это и умирают.

Я замолчала. Спорить с человеком, у которого автомат, было глупо. Но внутри все кипело. Еще какую то неделю назад вроде бы все было хорошо, а теперь мир рухнул.

Мы свернули в переулок, потом прошли через пролом в стене - бывший двор какого-то здания, теперь заваленный бетонными плитами. Он толкнул меня в спину, и я шагнула в темный проем.

Внутри пахло дымом и сыростью. Это была старая автомастерская - с ямой для ремонта, верстаками и кучей железного хлама. Окна заколочены досками, в углу горел костер в железной бочке. Тепло. Настоящее тепло.

Но я не успела насладиться им.

Из тени у костра появились люди.

Сначала я увидела мужчину. Он отделился от стены слева, и свет от костра упал на его лицо. Высокий, широкоплечий, в серой кожаной куртке. Темные волосы, тяжелый взгляд. Через всю левую щеку тянулся уродливый шрам - свежий, еще не до конца заживший, стянутый грубыми нитками. Он смотрел на меня без единой эмоции, как на пустое место.

— Браун, - голос у него был низкий, скрипучий. - Ты кого притащил?

— Нашел в городе, - ответил Браун, останавливаясь рядом с ним. - Думал зараженная. Оказалось живая.

Мужчина со шрамом медленно перевел взгляд на меня. Изучающе. Я почувствовала себя букашкой под микроскопом.

— Живая, - повторил он. - И ты привел ее сюда? В наш дом. Не подумав, что она может быть опасна?

— Она не опасна, Маркус, - сказал Браун. - Я нашел ее когда она убегала от мертвеца. Она же еще школьница.

— Школьница, - Маркус скривился,  и шрам на его лице дёрнулся. - Просто отлично. Нам только детей здесь не хватало.

Он шагнул ко мне. Я не отступила, хотя колени дрожали. Где-то в глубине души я понимала - я в ловушке, любой из них способен меня убить. Их можно понять, я могла быть для них опасна и они меня не знают. Он был выше меня на голову. От него пахло табаком, порохом и чем то еще - железным, тяжелым. Он остановился в шаге от меня, склонил голову набок, рассматривая мое лицо. 

— Как тебя зовут? - спросил он.

— Дженнифер. Дженнифер Робертс.

— Дженнифер Робертс, - медленно повторил он, как будто пробуя мое имя на вкус. - И как ты выжила, Дженнифер Робертс?

— Я пряталась в подвале своей школы во время взрыва, - ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Я правда не заражена.

— Все так говорят.

Из тени справа послышался шорох. Я повернула голову и увидела еще одного. Молодой парень, лет 22, сидел на деревянном ящике. На нем была военная форма - камуфляж, который знавали лучшие дни. Он чистил нож и лезвие тускло блестело в свете огня. У него были темные волосы и быстрый, цепкий взгляд. Он не смотрел на меня - он смотрел на Брауна.

— Ты уверен, что она еще не успела подхватить вирус? Любая ошибка будет стоить нам жизни. - Спросил он, не прекращая водить точильным камнем по лезвию. - Если она нас всех заразит, я лично пристрелю тебя, Девид. - Девид это имя Брауна.

— Диего, - Девид скрестил руки на груди. - Заткнись.

Диего усмехнулся, но промолчал.

Я перевела взгляд дальше, вглубь помещения. Там у стены, прислонившись плечом к бетонной плите, стояла женщина лет 40, с темными волосами собранными в небрежный хвост. На ней была серая майка и рванные джинсы. На боку висела маленькая аптечка. Она смотрела на меня спокойно, без враждебности, но и без радушия. Скорее с профессиональным интересом. 

— Тесса, - позвал ее Маркус, не оборачиваясь. - Проверь ее.

Девушка отдалилась от стены и подошла ко мне. Двигалась она плавно, уверенно. Остановилась рядом, взяла за руку и повела в отдельную комнату.

— Ну, раздевайся. Осмотрим тебя на наличие ранений и симптомов вируса. - Тесса скрестила руки на груди и принялась ждать, пока я разденусь.
На теле ранений почти не было, были мелкие царапины на лице и руках, сильная царапина на ноге, вируса не было.

— Зрачки нормальные, реакция есть. - Сказала она ровным голосом. - Кожа не серая. Дыхание чистое. Температура занижена, надо тебя согреть. - Она принесла плед, кинула его на стул у костра и указала, чтобы я села. После обратилась к Маркусу.

— На девяносто процентов она не заражена, но симптомы могут проявиться в течение суток, я бы оставила ее под наблюдением.

— Сутки, - кивнул Маркус. - Значит, сутки.

Он снова посмотрел на меня. Теперь в его взгляде было что-то другое. Не презрение. Скорее оценка. Он решал, стою ли я вообще того, чтобы тратить на меня время.

— У нас правила, Дженнифер Робертс, - сказал он. - Каждый из нас работает и приносит пользу, еду и воду надо заслужить, просто так она не раздается. Нужно доказать, что ты стоишь чего то. Ты стрелять умеешь?

— Нет, но... - я не успела закончить, меня перебил Девид.

— Я уже жалею, что привел ее. Слабачка.

Маркус кинул косой взгляд на Брауна и продолжил.

— Драться? Сможешь одержать победу с бою при помощи рук и ног?

— Нет..

— Готовить? Шить? Оказывать первую помощь? Чинить технику?

Я молчала. С каждым вопросом я чувствовала, как сжимаюсь все сильнее. Я не умела ничего из этого. Я была обычной школьницей, которая еще некоторое время назад переживала из-за «двойки» по химии.

Маркус усмехнулся. Горько.

— Я так и думал.

Он отвернулся и пошел к костру. Я стояла, чувствуя, как краска стыда заливает щеки. Я была бесполезна. Слабая. Именно такой, как меня описывает Девид.

И тут из темного угла, куда почти не доставал свет, раздался тихий голос.

— Она может остаться.

Все обернулись.