Другая я

Я сжимала край бумажного стакана, чувствуя, как картон прогибается под пальцами. Кофе давно остыл, превратившись в горькую, темную жижу, но я не отрывала взгляда от одной точки на столе. В ушах всё еще стоял грохот перевернутого дубового стола. Звон разбитого фарфора. И этот голос Деона — низкий, вибрирующий рык, который до сих пор заставлял мои плечи сжиматься.

— Ты снова в этом состоянии.

Голос Мии вырвал меня из оцепенения. Я вздрогнула и подняла глаза. Подруга выглядела безупречно: идеально выведенные стрелки, уверенный взгляд и вечная привычка накручивать на палец светлую прядь. Она смотрела на меня с беспокойством, которое за секунду сменилось раздражением.

— Он опять?

Я тяжело выдохнула, чувствуя, как в груди разгорается знакомое бессилие.

— Хуже, чем обычно. Он просто... взорвался. Перевернул стол прямо во время завтрака. Кричал, угрожал. Я даже не успела открыть рот, а он уже смотрел на меня так, будто я — самое отвратительное существо в этом городе.

Мия закатила глаза и с силой поставила свой латте на стол.

— Рози, серьезно? Тебе исполнилось восемнадцать. Это твой день! А ты сидишь здесь с лицом побитого щенка из-за этого придурка.

— Он не просто придурок, Мия. Он оборотень, причем полноценный, сильный. А я... я даже не знаю, что я. Я просто чувствую, как он меня ненавидит. Всю жизнь. С тех пор, как наши родители поженились.

— Да какая разница, что он там чувствует!

Мия подалась вперед, ее голос стал заговорщицким.

— Послушай меня внимательно. Деон изводит тебя только потому, что может. Он привык, что ты ищешь его одобрения, что ты терпишь его выходки и смотришь на него снизу вверх. Ты для него — удобная мишень.

Я опустила взгляд на свои руки. Маленькие, бледные, с аккуратными ногтями. На фоне Деона, с его огромными плечами, ростом под два метра и этой пугающей силой, я всегда чувствовала себя насекомым, которое он может раздавить одним движением пальца.

— Что мне делать?

Голос прозвучал почти шепотом.

— Родители опять уехали и будут только вечером, мы остались в доме вдвоем. Я боюсь даже заходить в его комнату.

Мия хитро улыбнулась. В ее глазах заплясали чертики.

— Сделать все назло.

Я нахмурилась, не понимая, к чему она клонит.

— В смысле?

— В самом прямом.

Мия почти пропела это слово.

— Сегодня вечером будет этот званый ужин с «детьми богачей», которых пригласили твои родители. Все будут там. И Деон тоже. Он ждет, что ты выйдешь к ним в своем привычном скромном платьице, будешь стоять в углу и краснеть каждый раз, когда он на тебя гавкнет.

— Ну да.

Я сглотнула.

— Я обычно так и делаю.

— Так вот, забудь об этом!

Мия хлопнула ладонью по столу.

— Ты превратишь этот вечер в его персональный ад. Ты оденешься так, чтобы у всех присутствующих челюсти отвисли. Чтобы каждый мужчина в этой комнате, от самых молодых до старых альф, пускал слюни, глядя на тебя. Ты будешь флиртовать со всеми. Смеяться, танцевать, принимать комплименты.

Сердце забилось быстрее. Идея казалась безумной, почти самоубийственной.

— Он меня убьет.

— Ой, брось! Он не посмеет устроить сцену при гостях, особенно при этих пафосных богачах. Но внутри он будет просто сгорать. Представь его лицо, когда он увидит, что «маленькая, жалкая Рози» превратилась в богиню, которую хочет каждый. Это лучший способ ударить по его эго.

Я задумалась. Всю жизнь я пыталась заслужить его одобрение. Пыталась быть доброй, понимающей, заботливой. И что это дало? Годы оскорблений и ледяного холода.

— Ты думаешь, это сработает?

В моем голосе впервые за долгое время прозвучала нотка вызова.

— Я в этом уверена.

Мия вскочила со стула и схватила меня за руку.

— Вставай! Нам нужно ехать в торговый центр. Прямо сейчас. Мы найдем тебе такое платье, после которого Деон забудет, как дышать.

Мы вышли из кафе, и прохладный воздух города оборотней ударил мне в лицо. Этот город был странным местом — смесь современной архитектуры и диких, необузданных лесов, которые окружали его плотным кольцом. Здесь все подчинялось иерархии силы, и Деон находился на самой вершине этой пирамиды. Я же была где-то на дне, почти незаметная.

В торговом центре было многолюдно. Запах сотен разных оборотней смешивался в один тяжелый коктейль из мускуса, хвои и металла. Мы зашли в элитный бутик, где одежда стоила больше, чем весь мой гардероб.

— Так.

Мия обвела взглядом вешалки с платьями.

— Нам нужно что-то, что подчеркнет твою фигуру, но при этом будет выглядеть вызывающе. Никаких пастельных тонов. Никаких длинных юбок.

Я с опаской смотрела на откровенные наряды. Я привыкла прятать свое тело за мешковатой одеждой, чтобы не привлекать внимания. Но сегодня... сегодня мне хотелось, чтобы меня заметили.

— Вот!

Мия вытянула из ряда ярко-красное платье.

Оно было коротким. Очень коротким. Ткань плотно облегала тело, открывая плечи и глубокое декольте. По всему лифу были рассыпаны крошечные стразы, которые вспыхивали при каждом движении.

— Мия, оно же... оно же почти ничего не закрывает!

Я в ужасе прижала платье к себе.

— Именно!

Торжествующий возглас подруги эхом отозвался в бутике.

— Иди в примерочную. Быстро!

Я зашла в тесную кабинку, где меня окружали огромные зеркала. Сбросив повседневную одежду, я осторожно натянула красную ткань. Платье скользнуло по коже, плотно обхватило талию и опасно приподнялось выше середины бедра.

Я замерла, глядя на свое отражение.

Я всегда знала, что я маленькая , Но в этом платье моя миниатюрность перестала казаться детской. Она стала... соблазнительной. Мои кудрявые волосы, которые я обычно собирала в хвост, теперь рассыпались по плечам тяжелым каскадом, доходя до самой талии. Контраст между ярко-красным шелком и моей бледной кожей был ошеломляющим.

— Рози? Ты там жива?

Голос Мии доносился из-за занавески.

Я глубоко вдохнула и медленно отодвинула штору.

Мия замолчала. Ее рот приоткрылся, а глаза расширились от шока. Она смотрела на меня так, будто увидела привидение или какое-то мифическое существо.

— Боже мой...

Она прошептала это, не в силах отвести взгляд.

— Рози... ты... ты выглядишь просто невероятно.

Я смущенно поправила бретельку, чувствуя, как щеки заливает румянец.

— Правда? Оно не слишком... вызывающее?

— Вызывающее?

Мия наконец пришла в себя и облетела меня вокруг, словно оценивая товар.

— Оно идеальное! Ты изменилась до неузнаваемости. Ты больше не та маленькая девочка, которую можно запугать. Ты выглядишь как чертова искра, которая может сжечь весь этот город дотла.

Она быстро потащила меня к стеллажам с обувью.

— Теперь финальный штрих. Босоножки. Серебряные, блестящие, на высокой шпильке.

Когда я обула туфли, я стала чуть выше, но ощущение хрупкости никуда не исчезло. Напротив, теперь эта хрупкость казалась опасной, как тонкий лед над бездной.

— Посмотри на себя.

Мия развернула меня к зеркалу в полный рост.

— Голубые глаза, эти кудри... и это платье. Рози, клянусь, сегодня вечером Деон будет либо умолять тебя о прощении, либо просто сойдет с ума от ярости. В любом случае, победа будет за тобой.

Я смотрела на свое отражение и впервые за долгое время не чувствовала страха. Вместо него в животе завязался тугой узел предвкушения. Я представляла, как захожу в гостиную, как слышу тишину, наступающую в комнате, как чувствую на себе взгляды всех мужчин.

И, самое главное, я представляла взгляд Деона.

Я хотела увидеть, как его уверенность дает трещину. Хотела увидеть, как его глаза, обычно полные презрения, наполняются чем-то другим. Даже если это будет чистая, неразбавленная злость — это все равно будет признанием того, что я существую. Что я больше не прозрачная тень в его огромном доме.

— Спасибо, Мия.

Я искренне улыбнулась.

— Не благодари. Просто пообещай мне одну вещь: когда ты увидишь, как он бесится, не вздумай извиняться. Смейся ему в лицо. Будь стервой, Рози. Сегодня ты имеешь на это полное право.

Мы вышли из магазина, и я прижимала к себе пакет с покупками, словно в нем лежало секретное оружие.

Возвращаясь домой, я чувствовала, как воздух вокруг меня меняется. Или, может быть, это менялась я сама, но сегодня мой мед станет ядом.

Когда такси остановилось у ворот нашего особняка, я на мгновение замерла. Огромное каменное здание выглядело мрачным под сгущающимися сумерками. В окнах второго этажа горел свет — Деон был дома.

Я вышла из машины, чувствуя, как каблуки звонко стучат по гравию. Каждый шаг отдавался в моем сердце. Я знала, что игра началась. Я не знала, чем она закончится, но одно я понимала точно: возврата к прежней Рози больше не будет.

Я вошла в дом, и тишина холла показалась мне зловещей. Где-то наверху хлопнула дверь, и я услышала тяжелые шаги. Он спускался.

Я зашла в свою комнату и закрыла дверь на замок, прислонившись к ней спиной. Мое дыхание было сбивчивым. Я посмотрела на красное платье, лежащее на кровати, и почувствовала, как по коже пробежал электрический разряд.

«Посмотрим, как ты запоешь теперь, Деон».

Эта мысль принесла мне странное, почти болезненное удовольствие.

Я присела на край кровати, глядя на ткань, которая в полумраке комнаты казалась почти черной. Вчера он прижал меня к стене, впился пальцами в мои волосы и прошептал, что уничтожит меня, если я посмотрю на другого. Его слова были вульгарными, жестокими, но они оставили после себя странный след.

Он считал меня своей. Даже если эта «собственность» была для него лишь способом удовлетворить свое эго или инстинкты волка.

Я вспомнила, как его тело вибрировало от напряжения, когда он стоял так близко. И сейчас, в тишине своей комнаты, я осознала: его гнев — это его слабость. Если он так сильно реагирует на саму мысль о том, что кто-то другой коснется меня, значит, я имею над ним власть.

Власть, о которой я даже не смела мечтать.

Я медленно провела рукой по шелку платья. Это была не просто одежда. Это была моя броня. Мой способ сказать ему, что я больше не буду молчать, не буду прятаться и не буду просить прощения за то, что я существую.

«Будь стервой», — голос Мии звучал в голове, как приказ.

Я закрыла глаза, представляя, как вхожу в зал. Представляла, как шпильки моих туфель будут чеканить ритм по мрамору. Как красная ткань будет облегать мои бедра, приковывая взгляды каждого альфы в комнате. Я видела, как Деон будет стоять в стороне, как его челюсти сжмутся, а глаза вспыхнут золотом от ярости.

Я хотела этого. Хотела увидеть его бессилие перед своим желанием.

Внезапно снизу донесся звук. Тяжелый, уверенный шаг. Он был в холле.

Я замерла, перестав дышать. Сердце заколотилось о ребра, но на этот раз это был не только страх. Это был азарт. Я чувствовала, как внутри меня просыпается что-то новое, что-то, что не имело ничего общего с той доброй девочкой, которой я была все эти годы.

Он спускался по лестнице, и каждый его шаг отдавался вибрацией в полу. Он знал, что я дома. Он чувствовал мой запах.

Я посмотрела на замок двери. Тонкая железная задвижка отделяла меня от него. Для него это была шутка, он мог выбить эту дверь одним ударом плеча. Но сейчас эта дверь была моей границей. Моей крепостью, где я готовилась к выходу на поле боя.

Я встала и подошла к зеркалу. Голубые глаза смотрели на меня с вызовом.

— Ты больше не жертва, Рози.

Я прошептала это себе, и голос прозвучал твердо.

Снова взглянула на красное платье. Оно лежало на кровати, словно сброшенная кожа старой змеи. Я больше не хотела быть прозрачной. Я хотела быть ослепляющей.

Я присела за туалетный столик и начала медленно расчесывать свои кудри. Каждый взмах щетки, каждое движение рук было частью ритуала. Я готовилась к войне.

Вечеринка начнется через несколько часов. Гости прибудут, дом наполнится шумом и фальшивыми улыбками. Мама будет пытаться выдать меня замуж за какого-нибудь «достойного альфу», а отец будет следить за порядком. И всё это время Деон будет наблюдать за мной.

— Посмотрим, кто из нас в итоге окажется добычей, Деон.

.......

Я нанесла ярко-красную помаду, которая идеально совпадала с цветом платья. В этом цвете не было нежности. В нем была агрессия. В нем было требование. И Посмотрев на часы поняла что - Время пришло.

Я медленно натянула платье, чувствуя, как ткань обхватывает мое тело, словно вторая кожа. Обула серебряные шпильки, которые сделали мою походку уверенной и хищной. Распустила волосы, позволяя им свободно падать на обнаженную спину.

Подойдя  к двери, на мгновение замерла, положив руку на задвижку. За дверью был коридор, за коридором — весь дом, а в этом доме был он.
С силой отодвинув замок что звук металла о металл прозвучал как щелчок затвора.

Я открыла дверь и шагнула в темноту коридора, чувствуя, как за спиной закрывается дверь в мою прошлую жизнь. Теперь я не была тенью. Теперь я была огнем.

И я знала, что Деон будет первым, кто сгорит в этом пламени.