2 Глава. Ты теперь пацан

Снег падал крупными хлопьями, когда дверь подъезда открылась. Андрей вошёл, и я сразу поняла - что-то не так. Он стоял в прихожей, не снимая куртки, и смотрел в пол. Шапка была сбита набок, на костяшках правой руки - ссадины, а на губе запеклась кровь.

- Тонь, - сказал он тихо, - мама рядом?

Я покачала головой.

- Она у себя. Андрей, что случилось? Тебя избили?? - Я явно нервничала не скрывая этого. В голове было много вариантов,что случилось.

Он поднял на меня глаза. В них была усталость и что-то ещё - то, что я никогда не видела раньше.

- Всё нормально, - сказал он, но голос дрогнул. - Я теперь с пацанами, Тонь. За меня можно не бояться.

- Не бояться? - я выдохнула, чувствуя, как внутри закипает злость. - Ты сейчас серьёзно? Ты о мнении семьи подумал вообще? А что ты маме скажешь? А мне что делать с тобой?

- Ты понимаешь, что мама узнает? - я старалась говорить шёпотом, чтобы ее не разбудить. - Она не слепая, она видит тебя. Она же каждый день смотрит на тебя, Андрей! Она за завтраком говорила про группировки, а ты... ты просто взял и пошёл туда. Зачем?

Он молчал. И это молчание раздражало меня ещё больше. Я хотела, чтобы он оправдывался, чтобы сказал, что я не права, что это просто случайность. Но он молчал. И я знала почему. Потому что он не мог врать.

- Тонь, - сказал брат тихо, и голос его сел, - я не знаю, как тебе объяснить. Но это выбор. Понимаешь? Ты либо с пацанами, либо ты чушпан. Я хочу с пацанами.

Я молчала. Смотрела, как он трогает разбитые костяшки, и внутри меня разрывалось от боли. Не за себя - за него. За маму. За то, что этот мир ворвался в нашу жизнь и изменил всё.

- Андрей, - сказала я, и голос мой дрогнул, - пожалуйста... будь осторожен. Ты мне нужен. Маме нужен. Всем нужен. Ты единственный брат у меня.

- Все хорошо будет, - спокойным тоном ответил Андрей. - я тут тебе сказать хотел, так как ты моя сестра,то ты тоже с универсамом ходишь.

Я застыла. Слова повисли в воздухе, и я не могла поверить своим ушам. Он что, серьёзно?

- Что? - переспросила я, чувствуя, как голос становится чужим. - Ты сейчас что сказал?

- Ты моя сестра, - повторил Андрей, глядя на меня в упор. - А это значит, что ты тоже с универсамом ходишь. Так принято, Тонь. Своих не бросают, но и чужих к себе не пускают. Ты теперь под защитой. Хочешь ты этого или нет.

Я так хотела сказать ему, что не хочу, чтобы меня защищали, что я просто хочу жить, ходить на тренировки, не бояться идти по улице. Но я поняла, что это уже не имеет значения.
Потому что с этого момента я стала частью универсама. Просто потому, что у меня есть брат. И это было страшнее всего.

***

Мне было трудно принять факт того, что я буду хоть как-то касаться группировок. Эта мысль была со мной целый день - на тренировке, в школе и дома. Она въелась в голову, как заноза, которую невозможно вытащить. Я пыталась отвлечься, сосредоточиться на прыжках, на музыке, на учебе, но в самый неожиданный момент внутри что-то щипало, напоминая: ты теперь не просто Тоня. Ты - сестра Васильева. И это значит, что к тебе привязан ярлык, о котором ты не просила. На следующий день после того разговора всё шло как обычно, но я чувствовала себя иначе. Что-то в воздухе изменилось. Когда я выходила из дома, мне казалось, что на меня смотрят - не просто прохожие, а кто-то, кто знает, кто я такая. В школе я пыталась выбросить эти мысли из головы, но они возвращались снова и снова. Я смотрела на себя в зеркало и не узнавала, где та Тоня? Наверное, это был первый день, когда я в полной мере осознала, что моя жизнь разделилась на «до» и «после». И назад дороги уже не было.

***

После школы я шла домой, натянув шапку пониже и спрятав руки в карманы. День был морозный, снег громко скрипел под ногами, и я пыталась ни о чём не думать, но мысли всё равно возвращались к вчерашнему разговору с братом. Я так углубилась в себя, что не заметила, как кто-то догнал меня и хлопнул по плечу. Сердце ухнуло в пятки. В голове пронеслось: всё, конец, сейчас со мной расправятся. Я резко обернулась, готовая бежать, но увидела знакомое лицо. Марат. Тот самый парнишка, что сидел на нашей кухне с Андреем и учил английский - или делал вид, что учит. Он ухмылялся, руки в карманах куртки, кепка повернута набок, дым от сигареты медленно поднимался в морозный воздух.

- Опачки, ты же Тоня, да? - сказал он, чуть наклонив голову. - Мы с тобой нормально не поговорили. Вышла блин голая, так ещё и убежала потом.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. - Я не голая была, - ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Я в полотенце была.

- полотенце, халат, пижама, какая разница, - он усмехнулся, и в глазах блеснуло что-то озорное. - Главное, что ты быстро сбежала. Я даже сказать ничего не успел.

- А что ты хотел сказать? - спросила я, стараясь не смотреть на него, но краем глаза видела, как он смотрит на меня - словно я экспонат какой-то!

Он докурил и щёлкнул сигаретой в снег. - Да так, ничего особенного. Просто хотел сказать, что брат у тебя нормальный. Это редкость сейчас.

Я не знала, что ответить. Сказать спасибо? Или что-то ещё?
- Он мой брат, - сказала я тихо. - Я знаю.

И я тебя тоже заметил. Вчера, когда ты вышла из душа, - он чуть усмехнулся, но без сильной наглости, - так быстро убежала, что я даже не разглядел тебя. А теперь вот разглядываю.

Я почувствовала, что мне одновременно неловко и приятно. - Ты всегда так знакомишься? - спросила я, стараясь шутить, но голос дрогнул.

- Неа, ты единственная)), - он пожал плечами, пряча руки обратно в карманы. - Ну, я пошёл. Андрею привет передавай.

И он развернулся и пошёл в другую сторону, оставив меня стоять на месте. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое, несмотря на холод. И я поняла - он не просто так подошёл. Зачем ему это?

Я не успела переварить ни его слова, ни его взгляд, ни то, как он улыбнулся. Всё это вертелось в голове, когда я подошла к подъезду. Я открыла дверь, зашла в темноту лестничной клетки, где пахло сыростью, и прислонилась спиной к стене. Сердце колотилось, как после бега. Я перевела дух, поднялась на второй этаж, достала ключи, открыла дверь. В квартире было тихо и пахло курицей. Мама была на кухне, звякала посудой. Я скинула ботинки, повесила куртку на крючок и пошла в комнату, стараясь, чтобы шаги были бесшумными. Я не хотела разговаривать. Я хотела просто лечь, закрыть глаза и перестать думать. Но думать не получалось.

Я закрыла дверь комнаты, скинула школьную форму и рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку. День был странным - слишком насыщенным для одного дня, слишком непонятным.

Через несколько минут дверь тихо скрипнула. Я услышала шаги, и кровать прогнулась - кто-то лёг рядом со мной. Я даже не обернулась. Догадаться кто это было не трудно

Андрей.

Он просто лежал и молчал, как мы часто делали в детстве, когда кому-то из нас было грустно или страшно. Тогда мы лежали на кровати, смотрели в потолок и молчали. И это помогало. Никаких вопросов, никаких советов - просто присутствие рядом.

- Ты чего? - спросил он тихо, глядя в потолок.

- День странный, - ответила я, не поворачивая головы. - Устала просто.

Андрей хмыкнул и помолчал пару секунд. Потом сказал:

- Марат сегодня ко мне подходил. Сказал, что ты ему показалась... ну, смешной. Когда из душа вышла

- Я не смешная была! - возмутилась я, поворачиваясь к нему. - Я просто не ожидала, что у нас кто-то будет.

- Я знаю, - Андрей улыбнулся, и я увидела ту самую тёплую искру, которая была у нас в детстве. - Но он сказал это без злобы. Так, по-дружески

- Он вообще странный, - буркнула я и снова уткнулась в подушку. - Тебе он кстати привет передал,я его сегодня тоже встретила

Андрей засмеялся и легонько толкнул меня в плечо:

- Тонька, ты просто ещё не привыкла к таким. Он, конечно, придурок, но он не враг же!

- Ладно. Только не лежи тут слишком долго, а то я засну, устала сегодня ужас просто!

- А я и не против, - ответил он, устраиваясь поудобнее. - Помнишь, как мы в детстве вместе спали, когда гроза была? И ты говорила, что боишься? — хихикнул Андрей

- Я не боялась! - возмутилась я. - Просто тебе было страшно, и я тебя успокаивала.

- Конечно, - усмехнулся он. - Конечно, ты успокаивала

Спустя время мы оба уснули, за окном была очередная метель,холод.

***

Я проснулась и первым делом протянула руку туда, где лежал Андрей. Пусто. Я села и посмотрела на дверь, будто он мог войти. Но его не было. На кухне пахло блинами, мама напевала что-то старенькое. Я не стала спрашивать про Андрея - я знала, что он уже ушёл.

В школе меня ждала Оля. Я переоделась, завязала волосы и вышла. Всю дорогу я прокручивала в голове слова, которые скажу ей. Как объяснить, что я теперь часть того мира, о котором мы раньше только слышали и боялись?

Оля нашла меня сама. Она выбежала из школы, когда увидела меня у ворот:

- Тоня! Ты чего не заходишь?

Я посмотрела на неё и, не зная, как начать, сказала:

- Мне нужно кое-что тебе рассказать.

Мы отошли к забору, туда, где нас никто не слышал. Я начала говорить, и слова полились сами собой - про маму, про Андрея, про вчерашнего парня у дома, про то, что теперь я автоматически «с универсамом». Про то, что мне страшно, но я не могу просто смотреть в сторону.

Оля слушала, не перебивая. Но когда я рассказала, как Марат перехватил меня после школы, она вдруг нахмурилась:

- Стой... Так он же с универсамом ходит. А ты теперь тоже... Выходит, вы теперь в одной группировке?

- Выходит, что так, - вздохнула я. - лицо мое было не самым радостным,но не переживать из-за этого всю жизнь же!

Оля замолчала, и я заметила, что она вдруг стала бледной как мел. Прямо на глазах.

- Оль, ты чего,все нормально? - спросила я.

Она посмотрела на меня, и в глазах её мелькнул страх, руки не начинали трястис. Все было по-настоящему, не притворно.

- Тонь, я тебе тоже должна кое-что сказать, - начала она тихо, оглядываясь по сторонам. - Вчера, когда я шла домой, ко мне подошёл какой-то парень. Из Хади Такташ в чёрной куртке, шапка низко. Я его раньше не видела...