ливень

ты просыпаешься с перепоя.
если нет в мире тебя, то кто я?
если нет в мире тебя - нет места,
где я хоть кому-то нужна и полезна.
до самой последней капельки крови
мотаться по дикой, холодной воле...
мне лучше в замочке твоих ладоней
стонать от боли.
мой нежный осока. ты долго плакал,
пока отдалялась стремительным шагом
скупая весна, суматошного мая
глухие ветра солнцегревом сменяя.
июньское пекло, как боль головная,
с утра до ночи коптит и плавит,
и вдавят в асфальт молчаливые здания
твои скитания.
я отдаляюсь стремительным шагом
на дикую волю, к гнилым баракам,
стуча каблуками, куря одноразку
со вкусом белой строительной краски,
и бьет, словно молот по наковальне,
взбесившийся ливень в окошко спальни.
осело пылью средь залов читальных
мое страдание.
мой теплый осока. ты встретил лето.
я острых гвоздик нарвала букеты,
пушистых пионов и страстных лилий.
такого тебе еще не дарили.
в твоей коробочке чистая простынь,
на мобиле ртутью сверкают звезды,
но ты безутешен, и твои слезы -
тень моей злости.
любовь расцвела молодым тюльпаном.
она лишь крепчает от каждой раны.
до самой последней капельки крови
ты будешь тонуть в алкогольной коме,
дорожками слез изрезая щеки,
скрывая лиловые кровоподтеки
под драппировками белой тоги.
прости, осока.
я тоже, до самой последней капли,
готова ступать на тяжелые грабли
слепого доверия. тревожного чувства,
что перед тобою я так безоружна.
так остервенело рисую дорожки
губами вдоль по соленой коже,
и бьется стекло серебристой крошкой
тебе на ложку.
июль постучит в перепонки ливнем.
я буду скрываться, пока не погибну,
в тени между серых пятиэтажек.
впитаюсь в кожу дорожкой влажной,
запутаюсь стонами в одеялах,
осяду пылью в читальных залах,
капелькой крови на кромке бокала.
я так устала.

давай сначала.

ты просыпаешься с перепоя,
теребишь рассвет у себя в ладони.
у изголовья двуспальной кровати
два одиночества. общее счастье.
общее горе. теснились бесцельно
среди закоулков измятой постели
грязные мысли, высокие цели...
мы не сумели.
мой бедный осока. ты сильно ранен.
уже не можешь держать желание.
в глазах твоих мечется сизый морок.
ты так мне дорог.
мой милый осока, давай продолжим,
пока горький градус тебя не уложит
щекою к моей холодеющей коже.
ты всех дороже.
дороже сверкающих самоцветов,
роскошных тканей, больших букетов,
духов из амбры, прибавки к зарплате,
кольца на свадьбу.
если нет в мире тебя, то кто я?
июльские ливни меня вспороли.
стираю с ладоней остатки крови
и хмурю брови.

никто мне не нужен. я всех убила.
если нет в мире тебя - нет мира.
в июле за окнами серо и сыро.
прости, осока.
прости мои странности и фетиши.
они нам в ливень не станут крышей.
отчаянно любим, бессмысленно дышим
в кармане у бога.

осталось недолго.

ты слышишь?
вряд ли.

я буду до самой последней капли
поить тебя ливнем.

ты здесь?
едва ли.

ты там, в тумане.

голоден и изранен.