2 Глава

- Ну что, молодёжь, - дядя Боран отодвинул пустой стакан из-под чая, и его глаза хитро блеснули. - Я тут времени зря не терял, пока вы летели. Короче, я договорился: с завтрашнего дня вы втроём - Мия, Кая и Дениз - будете ходить в один университет в Мардине.
Мия от такой новости едва не поперхнулась лепешкой. Она округлила карие глаза и ошарашенно посмотрела на дядю:
- Ай, дядя, ты вообще о чём?! Какой ещё университет?! - Мия ошарашенно округлила карие глаза и едва не выронила стакан с чаем, уставившись на дядю Борана как на сумасшедшего. - Денизу ведь тоже всего шестнадцать лет! И Кае шестнадцать! Они оба ещё подростки, им школу надо по-нормальному заканчивать! А мне восемнадцать! Как ты себе это представляешь?! Как мы вообще можем учиться на одном курсе в высшем заведении с такой разницей?!
- Вот именно, папа! - Дениз возмущённо отложил лепешку и активно закивал головой, переводя взгляд на отца. - Мне шестнадцать! Кае шестнадцать! Мы ещё пацаны, какая нам высшая лига? Я ещё в Мардине-то школу не перерос, а ты меня в универ пихаешь за один стол с восемнадцатилетней Мией! Это же бред!
- Да, дядя Боран, Дениз прав! - Кая тоже подключился к протесту, скрестив руки на груди. - Нам по шестнадцать лет! Ректор с ума сойдёт, когда наши документы увидит. Скажет, что это детский сад, а не первый курс!
- Ай, Мия, Дениз, Кая, не делайте мне голову! - дядя Боран грозно нахмурился, но в его глазах плясали хитрые мардинские искры. Он беззаботно отмахнулся от их протестов. - Всё решит бабло! Запомните: деньги нашего клана Маретти открывают любые двери в этой провинции, ректоры у меня с рук едят и законы физики ради нас перепишут! Вас двоих, шестнадцатилетних оболтусов, зачислим экстерном на первый курс, скажем, что вы вундеркинды. Будете сидеть по бокам от Мии и присматривать за ней, а то в Милане она совсем от рук отбилась с этими Россвелами. Так что с завтрашнего дня - марш грызть гранит науки. Это мой приказ, и он не обсуждается!
Дениз победно хохотнул, пихнув Каю локтем в бок:
- Ну вот, брат, теперь мы официально однокурсники с нашей принцессой. Будем вдвоём отгонять от Мии местных ухажёров, раз уж мы на одном потоке. Нам по шестнадцать, но мардинскую породу все знают!
Чаепитие постепенно подошло к концу, и уставшая после долгого перелёта и потрясений семья начала расходиться по своим комнатам. Старинный величественный особняк погрузился в глубокую ночную тишину.
Кая и Дениз помогли Мие подняться на второй этаж, бережно придерживая её под руки из-за раненой голени, и зашли в её новую просторную комнату с высокими каменными сводами. Сил расходиться по своим спальням ни у кого не было, поэтому парни без лишних слов завалились прямо на её огромную кровать. В итоге они втроём - Мия, Кая и Дениз - улеглись поперёк матраса, уставшие, в домашней одежде Джанан, но чувствовавшие долгожданное облегчение.
- Кая, Дениз, двиньтесь оба, - проворчала Мия, утыкаясь носом в подушку и пытаясь устроиться поудобнее. - Вам обоим по шестнадцать, а раскинулись как огромные амбалы. Подвиньте ноги, тяжело!
- Сама подвинься, - сонно пробормотал Дениз, переворачиваясь на бок. - Мы с Каей вообще-то твои личные телохранители теперь. Нам положено много места. И штаны моего отца на мне сидят хуже, чем на тебе.
- Да, Мия, не ворчи, - подхватил шестнадцатилетний Кая, сильнее укутываясь в одеяло. - Ты заняла вообще всё пространство. Представляю, как мы завтра вдвоём в шестнадцать лет будем сдавать высшую математику... Профессора плакать будут от нашего дуэта.
Они ещё пару минут тихо переговаривались, подкалывая друг друга, как вдруг Мия резко замолчала. Её лицо в полумраке мгновенно побледнело, а к горлу подкатила тяжёлая, удушающая волна. Сказались и литры выпитого алкоголя в миланском клубе прошлым вечером, и бурный прощальный секс с Арасом в отеле, и жуткий стресс от ультиматума, и острая турецкая еда после перелёта. Измученный организм окончательно дал сбой.
- О боже... - Мия судорожно прижала ладонь к губам, её карие глаза испуганно округлились, а на лбу выступил холодный пот. - Парни... меня тошнит... Сейчас вырвет!
- Чёрт, Мия! - Кая мгновенно подорвался с кровати, путаясь в простынях и едва не упав. - Дениз, подъем, держи её, ей плохо!
Дениз пулей подскочил, подхватил кузину под мышки и помог ей быстро добежать до ванной комнаты, пока Кая в панике бегал по коридору, выискивая холодную воду. Мию сильно тошнило, всё тело дрожало от дикой слабости. Она упала перед унитазом на колени, судорожно хватаясь за холодный кафель.
- Мия, дыши! Дыши глубже, - Кая влетел в ванную, протягивая ей бумажные салфетки и дрожащими руками включая холодную воду в раковине. - Господи, её всю трясет. Дениз, подержи ей волосы!
- Держу, держу! - Дениз бережно перехватил длинные темные кудри кузины, убирая их назад, пока Мию сотрясал сильный приступ рвоты. - Мия, джаным, успокойся, мы здесь. Что ты там в своей Италии ела? Или это отцовский перелет так подействовал?
- Это... это не перелет, - тяжело дыша и вытирая салфеткой губы, гнусаво прошептала Мия. Слезы брызнули из её глаз от дикого спазма в желудке. - Меня со вчерашнего вечера мутит. В клубе перебрала, потом в отеле... О боже, опять... Отодвиньтесь!
Парни испуганно отпрянули, и её снова шумно вырвало. Шестнадцатилетние пацаны, напрочь забыв про сон, суетились вокруг неё в полной панике.
- Кая, принеси лед из кухни или хотя бы мокрое полотенце! - скомандовал Дениз, не выпуская её волосы из рук и осторожно поглаживая кузину по спине. - Смотри, у неё лицо совсем бледное, как мрамор в холле. Мия, ты как? Сильно болит?
- Желудок горит... - прохрипела Мия, бессильно откидывая голову назад и опираясь спиной на колени Дениза. - И голова раскалывается. Наверное, эта острая еда дяди Борана после миланского шампанского была плохой идеей.
- Ну конечно! Кто жрет острый менемен после литров алкоголя? Только сумасшедшая Маретти, - ворчал Кая, возвращаясь и прикладывая к её лбу холодное влажное полотенце. - На, глотни воды, только по чуть-чуть, медленно. Если дядя Боран или дедушка Ахмед увидят тебя в таком состоянии утром, они решат, что тебя в Милане Россвелы отравили. Начнется международный скандал!
- Не говори глупостей, Кая, - слабо выдохнула Мия, сделав крошечный глоток и закрывая глаза от изнеможения. - Просто дайте мне умереть на этом полу... Я завтра ни в какой университет не пойду.
- Пойдешь, куда ты денешься, - тихо рассмеялся Дениз, помогая ей подняться и бережно утирая её лицо. - Мы с Каей тебя на руках донесем, если надо. Давай, возвращаемся в кровать. Тебе нужно выспаться до утра, пока последствия твоей бурной миланской жизни окончательно нас не добили.
Парни аккуратно довели Мию обратно до постели, уложили под теплое одеяло и сели рядом, карауля её сон до самого рассвета, пока за окнами особняка медленно загорались первые лучи мардинского солнца.