ОБРАТНО К ТЕБЕ
Плита тихо шипит.
Запах еды начинает подгорать.
Но Юнги это вообще не волнует.
Он всё ещё держит Чимина за талию, не отпуская ни на сантиметр.
Смотрит.
Долго.
Слишком внимательно.
— Юнги… — тихо говорит Чимин, — завтрак—
— Плевать.
Спокойно.
Низко.
И прежде чем Чимин успевает что-то сказать—
Юнги резко разворачивает его к себе.
И целует.
Глубже, чем раньше.
Сильнее.
Будто сдерживался всё это время.
Чимин замирает всего на секунду—
а потом отвечает.
Так же.
Руки сами тянутся к его плечам, цепляются, притягивают ближе.
🔥 Тепло снова поднимается под кожей Чимина
🔥 Воздух между ними будто нагревается
Юнги чувствует это.
Но только сильнее сжимает его.
— Ты… — выдыхает он в его губы, — не должен был уходить…
— Я же сказал, что вернусь…
— Мало.
Тихо.
И в этом слове — всё.
Он подхватывает Чимина за бёдра и буквально утягивает его с кухни.
— Юнги—
— Молчи.
Но не грубо.
Скорее… отчаянно.
Они почти спотыкаются, смеются коротко, дыхание сбивается—
но не отрываются друг от друга.
Комната.
Кровать.
Юнги почти падает вместе с ним, утягивая за собой.
Чимин оказывается сверху, смотрит на него—
глаза горят мягким золотом.
— Ты сумасшедший…
Шёпотом.
Юнги улыбается.
Редко.
Опасно.
— Из-за тебя.
Он снова тянет его вниз.
И целует.
Долго.
Глубоко.
Не отпуская.
Руки скользят по спине Чимина, удерживают, будто он — единственное, что имеет значение.
Чимин отвечает так же —
без сдержанности.
Без страха.
Его пальцы в волосах Юнги, дыхание сбивается, огонь внутри него вспыхивает сильнее.
🔥 Лёгкое тепло разливается по комнате
🔥 Простыни чуть нагреваются, но не горят
Они растворяются друг в друге.
В прикосновениях.
В дыхании.
В этом странном, почти болезненном желании быть ближе.
Ещё ближе.
— Мой… — тихо выдыхает Чимин.
Юнги прижимает его к себе сильнее:
— Только мой.
Пауза между поцелуями.
Короткая.
Но тяжёлая.
— Я не отпущу тебя, — шепчет Юнги.
Чимин смотрит на него.
И впервые отвечает без колебаний:
— И не надо.
Юнги закрывает глаза на секунду…
будто запоминает этот момент.
А потом снова притягивает его к себе.
И мир снова исчезает.
Остаются только они.
Тепло.
И чувство, от которого уже невозможно отказаться.