Глава 6. Ритм цепей

Звук приближался. Лязг. Шарканье. Лязг. Из красного марева в тридцати метрах от нас показалась фигура. Она была неестественно высокой и тонкой, облаченная в длинный кожаный фартук, потемневший от времени и застарелых пятен. Лица не было - вместо него голову плотно облегала маска из пожелтевших бинтов, через которые были пропущены медные трубки. В правой руке существо сжимало массивный ржавый крюк, приваренный к длинной цепи, которая с противным скрежетом тянулась за ним по асфальту.
​- В укрытие! - Гарри рванул меня за рукав, затаскивая за перевернутый остов сгоревшей машины. - Тише... не дыши.
​Мы пригнулись. Я чувствовал запах гари и гнилых газет, исходящий от патрульного. Существо остановилось прямо напротив нашего убежища. Оно не оглядывалось. Оно... прислушивалось. Медные трубки на его голове издали тихий, свистящий звук, похожий на стравливание пара.
​- Он ищет не нас, - прошептал я. Мой голос был на удивление ровным, хотя сердце готово было выпрыгнуть из груди. - Он слышит, как колотится твоё сердце, Гарри.
​- Заткнись, - прошипел Гарри, его лоб покрылся крупными каплями пота. Его пальцы так сильно сжимали лом, что кожа на костяшках побелела.
​Патрульный медленно повернул голову в нашу сторону. Из-под бинтов раздался звук, который невозможно было забыть: это был записанный на пленку и пущенный по кругу детский смех, искаженный помехами.
​Ха-ха... ха-ха... ха-ха...
​Существо резко вскинуло руку с крюком. Цепь взметнулась в воздухе, как живая змея. Патрульный сделал шаг к машине. Гарри уже приготовился вскочить для отчаянного удара, но я положил руку ему на плечо. Мои пальцы были ледяными.
​- Стой, - выдохнул я. - Смотри вниз.
​Из-под фартука существа на асфальт капала густая, черная субстанция. Там, где она касалась земли, асфальт начинал пузыриться и плавиться. Это не был патруль для захвата живых. Это был «Санитар-Чистильщик». Его задача - уничтожать всё, что не подлежит переработке.
​В этот момент из окна дома над нами раздался истошный женский крик. Кто-то из жителей не выдержал тишины.
​Патрульный мгновенно переключился. Он развернулся с невероятной для его роста скоростью и, взмахнув цепью, в два прыжка достиг стены дома. Крюк с треском вонзился в кирпичную кладку, и существо начало стремительно карабкаться вверх, издавая этот свой механический, зацикленный смех.
​- Уходим! Сейчас! - Гарри вскочил и потащил меня прочь, в сторону промзоны.
​Мы бежали, а за нашими спинами раздавались звуки ударов, звон разбитого стекла и внезапно оборвавшийся крик. Мы бежали, пока легкие не начало жечь от едкого тумана. Звуки расправы за спиной стихли, сменившись тяжелым, низким гулом, который шел откуда-то из-под земли.
​Промзона встретила нас лесом ржавых конструкций. Огромные трубы фабрики уходили в багровое небо.. Здесь туман был не красным, а серым, тяжелым, с запахом паленой шерсти и антисептиков. Фабрика встретила нас не стерильностью, а запахом старого масла, раскаленного металла и чего-то едкого, от чего слезились глаза. Здесь не было Санитаров - только пустые цеха и тишина, нарушаемая капелью из прорванных труб.
​Мы пробрались в кабинет главного инженера. Стены здесь были заставлены стеллажами с чертежами, а на массивном дубовом столе лежал толстый журнал в кожаном переплете. Я подошёл и сдул слой серой пыли.
​- Смотри, - шепнул я, указывая на первые страницы.
​Даты уходили в прошлое на тридцать лет. Записи были сухими: графики смен, закупки угля, отчеты о давлении в котлах. Но среди фамилий руководителей одна повторялась постоянно.
​«Главный технолог проекта: Э. С. Радлов»
​Я замер. Элиас С. Радлов.
​- Гарри... - я медленно повернул журнал к нему. - Твой дед был сооснователем этого места? Он не просто «работал на заводе», он его строил.
​Гарри побледнел. Он подошёл ближе, его пальцы коснулись пожелтевшей бумаги.
- Я... я не знал. Он всегда говорил, что был простым механиком. Рассказывал про аварию как про несчастный случай.
​Я перелистнул страницу к самой последней дате. Почерк там был уже не сухим, а рваным.
​«Эксперимент с частотами вышел из-под контроля. Котлы не взорвались сами - они срезонировали с тем, что мы пытались достать из глубины. Элиас настаивал на продолжении. Он говорил, что город должен измениться, чтобы выжить.
​- Слышишь? - Гарри резко обернулся к окну, выходящему на внутренний двор цеха.
​Внизу, в огромном пустом резервуаре, что-то двигалось. Это не был монстр. Это был огромный поршень, который медленно поднимался и опускался, хотя электричества в городе не было уже много лет. Он двигался в ритме человеческого дыхания.
​Вжух... вжух...
​- Твой дед знал, что произойдет, - сказал я, чувствуя, как внутри меня что-то окончательно трескается. - Авария не была ошибкой. Это был запуск.
​- Но зачем? - Гарри сорвался на крик, его голос эхом разлетелся по пустому кабинету. - Зачем превращать город в этот ад?
​Я посмотрел на чертеж, приколотый к стене за столом. Это была карта Архип-Лейка, но поверх нее красным карандашом были нанесены линии, сходящиеся в одной точке. И эта точка была не здесь. Она была на холме, где возвышалось белое здание с красным крестом.
​- Чтобы питать Больницу, - прошептал я. - Завод - это сердце, а Больница - это мозг. Мне кажется именно там создают всех этих ужасных монстров
​В этот момент пол под нашими ногами вздрогнул. Ритм поршня ускорился. Где-то в глубине завода ожили конвейерные ленты, и их скрежет зазвучал как тысячи голосов, зовущих нас по именам.