Глава 2. Изнанка памяти

​Мы с Гарри продвигались по родным улицам Архип-Лэйк. Мы шли мимо знакомых площадок, на которых провели почти всё детство, но теперь всё было иначе. Те места, где мы когда-то смеялись, были разрушены и затянуты ржавой решеткой. Проходы между улицами сжались, превратившись в узкие, душные коридоры, похожие на лабиринт без выхода.
​В поисках безопасного места я постоянно оглядывался. Между переулками мелькали люди в странной форме. Их одежда напоминала тяжелые водолазные костюмы, а на поясах висели огнеметы. Они двигались медленно и методично, выжигая всё, что не вписывалось в их мертвый порядок. Для меня они были воплощением того самого гнева, который я видел дома: когда крик превращается в разрушительный огонь, от которого не спрятаться.
​- Сюда, быстрее! - Гарри толкнул меня в сторону, но мы уперлись в тупик.
​Красный луч визора одного из солдатов уже полз по кирпичной стене. В этот момент страх стал таким невыносимым, что реальность дала трещину. Я прикоснулся к стене, и она рассыпалась на серые пиксели. Мы прыгнули в черную бездну.
​На мгновение я оказался за пределами сознания. Там было так тихо и спокойно... В этой пустоте летали кем-то давно забытые и потерянные вещи: сломанный самокат, старые фотографии, обрывки фраз. В этом пространстве царил вечный мрак, но это был мирный мрак. Я был один. Гарри исчез.
​Вдруг впереди забрезжил свет. Меня затянуло в дыру, и я оказался внутри огромного здания. ​
...Я стоял посреди бесконечного коридора. Тишина здесь была такой густой, что её можно было коснуться пальцами. Я подошел к первой двери. Она была без ручки - просто гладкий лист холодного металла.
​Первая дверь: Комната Отражений
Когда я прислонился к ней, стена стала прозрачной. Я увидел зал, полный людей. Они стояли ко мне спинами, и их голоса сливались в неразборчивый гул, похожий на шум сломанного радио. Я хотел войти, но стоило мне сделать шаг, как тысячи глаз - холодных, как линзы объективов - одновременно повернулись ко мне. В этой комнате не было воздуха. Каждый их взгляд ощущался как физический толчок. Я почувствовал, как моя кожа покрывается мурашккми, как я распадаюсь, становясь невидимым. Это было моё убежище и моя тюрьма: мир, где тебя не видят, потому что ты сам стер себя из кадра, чтобы не быть осужденным.
​Я отпрянул от двери. Сердце колотилось в горле.
​Вторая дверь: Комната Грозового Эха
Следующая дверь была старой, деревянной, из-под её щели вытекал тусклый, дрожащий свет. Стоило мне коснуться её, как я услышал не голос, а звук. Это был звук бьющегося стекла, который повторялся снова и снова, зацикленный, как испорченная пластинка. Грохот чего-то тяжелого, падающего на пол, и гулкое, захватывающие рычание, в котором угадывались очертания слов.
​В этой комнате всегда шел «черный дождь» - липкая жидкость, пахнущая перегаром и старым железом. Она разъедала мебель и обои. Я увидел маленькую фигурку в углу - ребенка, который пытался закрыть собой другую фигуру, поменьше. И рядом с ними всегда был Гарри.
​В этом воспоминании Гарри не был просто человеком. Он был ярким белым пятном, щитом, который впитывал в себя этот черный дождь. Он не давал стенам окончательно рухнуть на нас. В реальности снов он был моей волей не сойти с ума, когда в доме начинался «шторм». Если бы не этот свет, который Гарри приносил в мой мир, я бы давно растворился в этом черном дожде.
​- уходи отсюда - прошептал мальчик-двойник, появившийся за моей спиной. - Это место питается твоим вниманием. *ОНИ" Уже близко.
​Я обернулся. В начале коридора из-под дверей уже вырывался оранжевый свет огнеметов. Они выжигали всё: и черную комнату, и зал с глазами.
​- Беги - крикнул двойник.
​- Ты не можешь вечно прятаться за дверью - раздался тихий голос.
​В конце коридора стоял мальчик - моя копия, но его лицо мерцало цифровыми помехами. Мне показалась странным что он повторяет свои слова но я не предал этому значения.
- Гарри - это твоя сила, но здесь он тебе не поможет. Пока ты не откроешь свои двери, ты будешь бродить здесь вечно.
​Я бросился вперед. Я бежал прочь от огня, прочь от криков, которые эхом отдавались за закрытыми дверями. В конце коридора наконец виднелась огромная железная дверь.
​Жар за спиной стал невыносимым, я чувствовал, как части моей одежды начинают плавиться. Один рывок. Я коснулся ледяного металла, рванул дверь на себя и в ту же секунду за моей спиной раздался грохот, и всё исчезло. Я так и не понял: это я захлопнул дверь перед самым огнем, или огонь захлопнул её вместе со мной.