Твои бёдра - его слабость (_Исаги Йоичи_)
То, что его, не принадлежит больше никому
Когда вы только начали встречаться, ты даже не догадывалась, как сильно Йоичи пристрастится к твоим ногам, а именно бёдрам. В самом начале всё казалось невинным: он часто находил повод оказаться рядом, и ты замечала, как его рука случайно задевает твою ногу, когда он что-то рассказывает - лёгкие, как пёрышко, касания, от которых по коже пробегали мурашки.
А его взгляды...
Они были настолько красноречивыми, что ты не могла не обратить на них внимания. Мимолётные, но такие выразительные, они следовали за каждым твоим движением, цепляясь за слишком привлекательные, особенно для него, изгибы. Йоичи почти не скрывал, что восхищается этой частью тебя, в открытую заявляя о своей слабости. В его взгляде и жестах читалось искреннее восхищение, которое он не считал нужным прятать.
Даже сейчас, пока ты лежала, вытянувшись на мягком диванчике в гостиной в одной футболке и шортах, окутанная запахом лаванды от геля для стирки, задержавшимся на подушках, он был тут как тут, полный желания почувствовать тебя ближе, уже вторгаясь в твоё личное пространство.
Его вселенная сузилась до тепла между твоими бёдрами. Щека утопала в бархатистой мягкости внутренней стороны бедра, каждый вдох - густой, сладкий, с ароматом твоей кожи и чего-то особенного, принадлежащего только тебе. Мир за пределами этого - лишь размытый фон, навязчивый шум. Здесь - тишина, пульсация крови под кожей и абсолютное право собственности.
Йоичи прижимался губами к нежной коже, ощущая, как она отзывается мурашками, как твои пальцы нежно, почти неосознанно, вплетаются в его волосы.
- И снова ты тут, - бормочешь ласковым голосом, опуская на него свой взгляд, - Тебе ещё не надоело?
Он не отвечал, лишь глубже прижимался, проводя кончиком носа по чувствительной коже, ощущая, как под ней пробегает лёгкая дрожь. Вторая рука Йоичи лежала на другом бедре, большой палец медленно выписывал круги чуть выше колена, ощущая подушечкой мельчайшие мурашки.
Это была его медитация, его способ заземлиться. Он чувствовал, как твоё тело постепенно расслабляется под его весом, как напряжение покидает мышцы, и они обмякают, принимая его ещё полнее.
- Разве такое может надоесть? Это всё равно всё моё, - ответ был приглушён твоей кожей, его губы не отрывались от её мягкости.
Спустя время его рука скользнула по твоему животу под тонкую ткань футболки, почувствовав, как он вздымается от вдоха, а затем он опустил её, в очередной раз обвивая мягкое бедро, замкнув круг. Он был между твоих ног не в погоне за мимолетной страстью - он был в объятиях, в крепости, которую так любил.
Каждый мягкий изгиб, каждый плавный переход от талии к бёдрам - всё это завораживало его. Он был готов вечно изучать эти линии, прикасаться к ним и запоминать, пока не выучит наизусть, как новые приёмы на футбольном поле.
Твои пальцы запутались в его мягких волосах, случайно дёрнув, из-за чего несколько прядей натянулись и слегка скрипели. Йоичи отозвался на это движение коротким мычанием, в котором смешались лёгкое недовольство и удовольствие. Его глаза на мгновение прикрылись, а затем он в отместку легонько укусил тебя за мягкую плоть, оставляя влажный след на коже.
Ты сразу почувствовала мимолётную боль, вздрогнув от неожиданности. Йоичи лукаво улыбнулся, увидев твою реакцию.
- И давно ты стал таким наглым, хм? - пробормотала ты с весельем в тоне.
- Давно, разве это не заметно? - Йоичи лёг повыше, укладывая голову тебе на живот с глубоким вздохом, обнимая. Намёк был понятен, поэтому ты продолжила поглаживать его голову, - С тех самых пор, как мы начали встречаться.
По мере того как ты продолжала играть с его волосами, лаская и дёргая за пряди, Йоичи всё больше становился обмякшим - его тело постепенно расслаблялось, мышцы утрачивали напряжение, а дыхание становилось более ровным и медленным. Йоичи прижался к тебе немного плотнее, сонливо выдохнув. Комфорт твоего присутствия слишком сильно убаюкивал его, погружая в мирную дремоту.
Ты не двигалась с места, оставляя всё как есть, давая ему время отдохнуть и набраться утраченной энергии, а пока в твоём распоряжении были его волосы, пульт от телевизора и ещё два часа до позднего вечера.