Правда Айлы и Кола

Вечер выдалась странной. В доме Сальваторе царил тот особый хаос. Горел камин, пустые бутылки из-под бурбона стояли в ряд на столике, а на диванах и креслах расположились Кэролайн,Бонни, Мэтт и Елена.

Елена грела руки о кружку с чаем. Кэролайн, думала о ночи приколов которую устроил Клаус. Бонни листала старую книгу заклинаний. Мэтт занял место у окна, Мэтт — человек/квотербек, привыкший к тому, что его друзья обсуждают бессмертие и первородных как погоду. Дэймон, как обычно, развалился в кресле, попивая бурбон. Стефан стоял у камина, прислонившись плечом к полке.

Не хватало только Айлы.

— Она сказала, что точно придёт как никак это тоже её дом, — бросил Дэймон до сих пор не понимая слова сказанные гибридом, заметив взгляд брата. — Не беспокойся, Стефан. У неё дела поважнее, чем твоя опека.

— У неё всегда дела, она что не могла их сделать за 70 лет в бегах.— тихо и задумчиво ответил Стефан. — Но после разговора с Никлаусом,она какая-то...встревоженная и потерянная.

— Айла? Потерянная? — фыркнула Кэролайн с энтузиазмом. — Ваша сестра может одной левой скрутить оборотня. Она самая собранная из всех, кого я знаю.

— Именно поэтому меня это и тревожит, — сказал Стефан, все еще думая.

Дверь открылась без стука. Айла вошла — с влажными от дождя волосами, и без обычной хищной улыбки. Она окинула комнату взглядом, задержалась на лице каждого, будто видела впервые, и опустилась на кресло у камина.

— Мне нужно вам кое-что рассказать и пояснить что имел в виду Клаус— сказала она. — И, пожалуйста, не перебивайте пока я не дойду до конца.

— Объясняй это будет познавательным рассказом для нас,особенно еще после твоей правде что мы родные не по крови—фыркнул Деймон.

Стефан кивнул.

— Это случилось до того, как вы родились, — начала Айла. — В общем, очень давно. 1481 год. Мистик Фоллз.

— Ты нас пугаешь, что значит замужем за Кола? Ты была замужем?— вставила Кэролайн удивленно, но осеклась под взглядом Айлы.

— Я была молодой, даже по человеческим меркам. И глупой. И безумно влюбленной. Двести тридцать два года вампиризма, и ты думаешь, что видела всё. А потом мы встретились ночью. Он высокий, с карими глазами, темноволосый, с улыбкой которая смогла растопить моё сердце.

Стефан нахмурился.

— Кто он?

— Кол, — тихо сказала Айла. — Кол Майклсон , младший брат Клауса.

Имя повисло в воздухе, как бомба с выдернутой чекой. Дэймон медленно опустил стакан с бурбоном. Елена подалась вперёд. Кэролайн перестала дышать. Бонни закрыла книгу.Все удивились.

— Первородный? — переспросил Мэтт, и в его голосе прозвучало то недоверие, с которым люди обычно говорят о привидениях. — Тот, который...

— Тот самый, которого все считают безумным, — кивнула Айла. — И да, он безумен. Но не так, как вы думаете. Его безумие — это любовь. Это желание жить каждую секунду так, будто она последняя. Мы поженились без прелюдий, на крови и с магией. Без свидетелей. Просто я и он.

— Ты была замужем за Майклсоном? — голос Дэймона звучал ровно, но было понятно он в шоке. — И ты молчала? Елена, Кэролайн и Бонни рассказали конечно, про упоминание некого - Кола в спорт зале, но они не догоняли или не хотели это принимать, что это Майклсон.

— А как бы вы отреагировали, если бы я пришла к вам в 1862-м и объявила, что моя свекровь — первородная ведьма, а братья и сестра мужа — самые опасные первородные вампиры и на тот момент недогибрид с манией величия в мире? — Айла усмехнулась. — Ты бы решил, что я спятила.

— Продолжай, — попросил Стефан.

И она продолжила. Голос её менялся, когда она называла города. Венеция. Рим. Париж. Берлага.

— Новый Орлеан, — произнесла Айла, и в её голосе появилась такая теплота, что Бонни невольно замерла. — До того, как Клаус сделал его своим. Мы жили.

— Это так...странно! Ты с ума сошла, замуж за первородного??— выдохнула Елена, и Кэролайн кивнула, не в силах скрыть шок и злость.

— Денвер, — продолжала Айла. — Дикий Запад. Грязь, ковбои, стрельба. Мы любили сидеть на крыше, смотрели на горы.

Дэймон, вдруг поднялся и налил себе виски — не для вида, а чтобы проглотить ком в горле. Стефан смотрел на сестру с изумлением. Он никогда не видел её такой. В её глазах горел огонь от непонимания, страха, шока, которого не было давно, а так же - Воспоминаний

— Четыре века, — повторила Айла. — Всё это время мы были вместе. Путешествовали. Ссорились. Мирились. Мы спали в одной постели, пили кровь из одних людей и смеялись над тем, как глупы люди, которые считают себя вечными.

— А что случилось потом? — спросила Бонни тихо, пытаясь отойти от шока.

Айла замолчала. Огонь в камине треснул, и в гостиной стало слышно, как тикают старые часы.

— Потом он заколол его.

— Кинжал, — выдохнул Дэймон.

— Кинжал, с пеплом белого дуба — кивнула Айла. — Один удар. Кол возмущался. Но потом просто застыл — покрылся серыми венами.

В гостиной стало очень тихо. Кэролайн удивилась. Елена выглядела так, будто её сообщили трагическую новость. Мэтт, обычно невозмутимый, отвернулся к окну.

— И я поверила, — голос Айлы сорвался в шёпот. — Он внушил мне. Не все — оставил знание, что Кол жив, но бросил меня. Сделал так, чтобы я помнила каждое его прикосновение, но думала, что он ушёл сам. Оставшее время я живу с этим. Просыпаясь по ночам, чувствуя его руки, и ненавидя себя за то, что скучаю по нему, хоть могла быть рядом.

— Но он не предавал, — прошептал Стефан.

— Нет. Он лежал всё это время в гробу. С кинжалом в груди. У Клауса, который недавно говорил что скинул их в океан.

Стефан подошёл к сестре, заглядывая в лицо.

— Как ты узнала?

— Не так давно, — ответила Айла. — И под видом забавной истории рассказал... всё. Как мы были вместе. Как мы путешествовали. Как любили друг друга.

Кэролайн вскочила.

— И ты молчала?! Он издевался над тобой!

— Я не молчала. Я сидела и слушала.

— Почему ты нам сразу не сказала? — спросил Стефан.

— Потому что я боялась, — Айла подняла на него глаза. — Я — Айла Вельзен-Майклсон-Сальваторе, которая пережила множество смертей, убила сотни людей и никогда не боялась ничего. А боялась сказать вам, что моего мужа заперли в гробу на настоящий момент два века, а я некотрое время считала его трусом.

— Но ты узнала, — сказала Бонни, вставая. — И теперь мы знаем.

— И что? — голос Айлы был горьким. — Клаус сильнее всех нас. У него кинжалы. У него армия гибридов.

— Ты ошибаешься, — резко сказала Кэролайн.

Елена кивнула. Мэтт повернулся от окна и сказал:

— Я человек. И я ничего не могу сделать с первородным. Но если вам понадобится тот, кто прикроет спину — я здесь.

Дэймон подошёл к Айле и, не говоря ни слова, протянул ей свой стакан. Она взяла. Он сел рядом на пол, плечом к плечу.

— Значит, так, — сказал он, глядя в огонь. — Мы вернём твоего безумного Кола. Даже если для этого придётся перекопать весь Мистик Фоллз. А потом ты сама решишь, хочешь ли ты его будить, или хочешь оставить его в гробу и забыть, как страшный сон. Но решение будет твоим. Не Клауса.

Айла посмотрела на брата. На Стефана, который всё ещё стоял перед ней. На Бонни, уже листавшую книгу заклинаний в поисках чего-то о кинжалах. На Елену и Кэролайн, которые перешёптывались, строя планы. На Мэтта, который стоит рядом.

— Ты — Сальваторе, — ответил Стефан. — А мы не бросаем своих. Даже если это война с первородными. Даже если это конец.

— Тем более, — добавил Дэймон с кривой улыбкой, — я давно хотел надрать Клаусу его идеальную задницу. Теперь хотя бы есть повод.

Айла улыбнулась. Впервые за много лет — по-настоящему.

— Тогда пойдемте потом перекапывать весь Мистик Фоллз, — сказала она, вставая. — И пусть многие ужаснутся тому, что мы сделаем.

Камин догорал. За окном светало. А впереди была война — за правду, за любовь, за украденные века, которые кто-то должен был вернуть.

___________________________________________________________________________________
Вот такая вышла глава, не знаю когда выйдет следущая, в голову ничего не идёт(