Встреча спустя время

Поместье Сальваторе встретило её тишиной — той самой, которая бывает только в домах, где слишком много тайн. Айла шагнула  в прихожую, и запах прошлого ударил в нос: кровь,старые книги и ложь. Ложь, которая въелась в стены.

— Дэймон! Стефан! — крикнула она. — Выходите. Я не кусаюсь. Сегодня.

Из гостиной донёсся шум — кто-то вскочил, кто-то выронил стакан. Первым появился Дэймон, и его лицо стоило увидеть: смесь шока, злости и того самого болезненного облегчения, которое он никогда не признает.

— Айла, — выдохнул он, и это прозвучало как то оживлённо. — Ты жива.

— А ты всё так же хорошо встречаешь гостей, — она прошла мимо него в гостиную. — Бурбон. И без вопросов.

За её спиной Стефан замер на пороге, и она услышала, как дрогнуло его сердце — человеческое, несмотря на всё бессмертие.

— Ты не представляешь, — начал он, — мы искали тебя...

— Представляю. — она резко развернулась. — Я пряталась. Успешно, как видите. А вы, судя по этому напряжению, ввязались во что-то серьёзное.

На диване сидели пятеро друзей. Айла окинула их взглядом и сразу расставила по местам: новообращённая, оборотень, человек, ведьма. И она.

— Кэтрин, на одни и те же грабли, Стефан!?— имя сорвалось с губ, и комната будто замерла, от недогования.

— Елена, — поправил Стефан. — Елена Гилберт. Двойник.

— Двойник? — Айла склонила голову, разглядывая девушку. — Интересно.

— Ладно, — Айла скрестила руки на груди, переставая рассматривать Елену. — А где настоящая Кэтрин?

— Там же, где и всегда, — горько усмехнулся Дэймон. — Плетёт интриги и портит нам жизнь. Сначала пыталась убить Джона Гилберта.

— Джона? — Айла нахмурилась. — Это который брат?

— Мой отец, — тихо сказала Елена. — Биологический. Она хотела его убить. И чуть не сделала это.

Айла поджала губы. Кэтрин не меняется.

— Это ещё не всё, — продолжил Стефан. — Потом появился Элайджа.

Айла замерла. Её сердце — то, что осталось от него, — пропустило удар.

— Элайджа? — переспросила она. — Всмысле  Элайджа?

— Первородный вампир. Брат Клауса, — объяснил Дэймон. — Очень старый, очень вежливый и очень опасный. Он искал способ снять проклятие.

— Проклятие?

— Солнца и луны, — вступила в разговор Кэролайн. — Джулс, оборотень, рассказала нам. Что проклятие держит оборотней в человеческом облике, а вампиров не пускает на солнце.

— И Клаус снял его, — закончил Стефан, и его голос дрогнул. — Он принёс в жертву Дженну.

— Тётю Елены, — добавил Мэтт. — Она была человеком. Невиновной.

Айла медленно опустилась в кресло. Внутри неё всё кипело — не от гнева, а от страха, который она не чувствовала уже века. Клаус. Элайджа. Они здесь. В Мистик Фоллз. А она ничего не знала.

— Элайджа, — повторила она, глядя в огонь. — Он... он вас не тронул, ничего не сделал?

— Нет, — удивлённо ответил Стефан. — Он помогал нам. Некоторое время. Пока не понял, что Клаус его обманул.

— Конечно, помогал, — пробормотала Айла себе под нос. — Элайджа всегда помогает. Это его проклятие.

— Ты его знаешь? — спросил Дэймон, и в его голосе прозвучали опасные нотки удивления и непонимания.

Айла подняла голову. Встретилась с глазами брата — того, который всегда чуял ложь быстрее других.

— Я много кого знаю, Дэймон. Я старая.

— Насколько старая? — спросила Бонни. Ведьма смотрела на неё с подозрением, и Айла узнала этот взгляд. Эмили смотрела точно так же.

Наступила тишина. Камин потрескивал будто в него токо добавили дров. Дождь стучал в окна. Елена, Кэролайн, Тайлер, Мэтт — все замерли в ожидании.

— Я не Сальваторе по крови, — сказала Айла. Слова давались тяжело, но она знала, что этот момент настанет рано или поздно. — Я не ваша сестра. Не настоящая.

— Что? — выдохнул Стефан удивленно, будто что то перклинуло.

— Я обратилась в 13 веке. В Англии. В Мистик Фоллз. Я была уже взрослой, когда ваши предки ещё даже не задумывались о детях. — Айла посмотрела на братьев. — Я пришла в семью Сальваторе в 19 веке. Представилась потерянной родственницей. Ваши предки поверили. А я осталась. Потому что мне нужен был дом. Семья. Кровь, которая не предаст.

— Ты всё это время нам со Стефаном врала? — голос Дэймона звучал глухо и зло.

— Я притворялась, — поправила Айла. — Но врала ли? Я любила вас. Я люблю вас до сих пор. Вы для меня — семья. Не по крови, но по всему остальному.

Стефан закрыл лицо руками. Дэймон сжимал подлокотник кресла так, что дерево трещало.

— И ты ничего нам не рассказала, как обычно— прошептал Стефан пытаясь принять  и переварить информацию.

— А что бы это изменило? — Айла встала и подошла к окну. — Вы бы приняли меня? Или прогнали? Я боялась. Боялась потерять единственное место, где меня не ненавидели. Я была эгоисткой. Я знаю.

— Зачем ты вернулась? — спросила Кэролайн.

Айла повернулась к ней. В её глазах блестели слёзы — те, которые она не проливала уже много веков.

— Потому что я устала бегать. Потому что это единственный дом, который у меня был. И потому что, когда я услышала, что в Мистик Фоллз появились первородные, — она перевела взгляд на братьев, — я поняла: вы в опасности. А я не могу бросить семью во второй раз.

— Во второй раз? — переспросил Дэймон.

Айла промолчала. Она не рассказала им о браке с Колом. О том, как любила его. О том, как Клаус заколол её мужа, а она думала, что тот бросил её. О том, как ненавидела Майклсонов все эти века.

— В другой раз, — уклончиво ответила она. — Не сейчас.

Элайджа. Он помнил её. Конечно, помнил. Они встречались несколько раз за столетия — холодно, вежливо, с невысказанным «прости» на губах с обеих сторон. Элайджа знал о её браке с его братом. И если он расскажет...это будет новость что перевернет мир братьев и их друзей.

— Айла? — голос Стефана вернул её в реальность. — Ты побледнела.

— Я всегда бледная. Я вампир, забыл? — она попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Всё в порядке. Просто... новости. Много новостей.

Она не рассказала им главного. Что Клаус Майклсон — не просто первородный вампир. Что он — её злейший враг. Что если он узнает, что она здесь, он придёт за ней. И что Элайджа, возможно, единственный, кто способен её защитить — если захочет.

— Мне нужно подумать, — сказала Айла. — Всё это... неожиданно.

— Неожиданно? — Дэймон усмехнулся злой улыбкой. — Ты врываешься в наш дом после семидесяти лет молчания, говоришь, что не наша сестра, а потом говоришь, что тебе нужно подумать?

— Дэймон, — предостерегающе произнёс Стефан.

— Нет, пусть говорит, — Айла повернулась к старшему брату. — Ты злишься.Но поверь, я вернулась не для того, чтобы причинить вам боль. Я вернулась, потому что вы нужны мне. А я, возможно, нужна вам. Потому что Клаус и Элайджа — это не просто вампиры. Это нечто большее. И вы понятия не имеете, с чем столкнулись.

— Так расскажи, — сказала Елена. — Если знаешь.

Айла посмотрела на неё долгим взглядом.

— Когда-нибудь, — пообещала она. — Но не сегодня. Сегодня я хочу просто побыть с семьёй. Хотя бы одну ночь.

Она села в кресло у камина, взяла бокал с бурбоном и уставилась в огонь. В её голове крутились тысячи мыслей, но главная была одна: Элайджа в Мистик Фоллз. Клаус ушёл, но мог вернуться. И её тайна, которую она прятала семь столетий, могла раскрыться в любой момент.

— Добро пожаловать домой, Айла, — прошептала она себе под нос. — Надеюсь, ты не пожалеешь об этом.

А за окном всё шёл дождь. Где-то в темноте кто-то смотрел на горящие окна поместья. Кто-то, кто помнил её лицо и её имя.

Кто-то, кто знал правду о её прошлом.