Эпизод 3. Гнев Лорда

СЦЕНА 1. ОСОБНЯК ОХОТНИКОВ. РАССВЕТ.

Далия не спала. Она сидела на подоконнике в комнате, которую ей выделили, и смотрела, как серый рассвет медленно заливает сад за окном. За дверью слышались приглушённые голоса — охотники совещались, обсуждали её. Она слышала обрывки: «...нельзя отпускать», «...Батори уже знают», «...мы должны действовать».

Она чувствовала себя вещью, которую передают из рук в руки.

Дверь приоткрылась, и в проёме показалась голова Кары.

— Ты не спишь? — спросила она, заходя в комнату. На ней была та же полосатая кофта, которая висела на её худых плечах. — Я тоже. В этом доме вообще невозможно спать, когда все ходят как призраки.

Она села на край кровати и уставилась на Далию.

— Моя тётя велела мне не задавать вопросов. Но я вижу, что ты тут не просто так. Выглядишь так, будто видела что-то, чего не должна была видеть.

Далия открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Стоило ли говорить? Вдруг Кара не поверит?

— Я видела, как человек превратился в волка, — сказала она тихо.

Кара замерла.

— Что, прости?

— В лесу. Тот парень, Нейтан, его друг... он превратился в огромного волка. Прямо передо мной. Я видела клыки, слышала, как хрустят кости. Я не сошла с ума.

Кара долго молчала. Потом усмехнулась, но в усмешке не было радости. Скорее растерянность.

— Знаешь, я выросла в этом доме. Мне рассказывали истории про охотников. Но я думала, это просто семейные легенды. Байки, чтобы казаться важными. Никто никогда не показывал мне ничего реального.

Она подняла глаза на Далию.

— А ты хочешь сказать, что всё это правда?

— Я это видела, — настаивала Далия. — И те люди, которые привели меня сюда, — они охотники. Они охотятся на вампиров и на оборотней.

Кара покачала головой.

— Это звучит как бред. Ты выглядишь испуганной и я не могу просто взять и поверить в это.

Она встала, подошла к окну.

— Хотя, видимо, ты нужна моей родне так-как вероятно, увидела их в процессе браконьерства. Не знаю что всучили тебе в голову, но моя догадка вроде звучит логично. Впрочем, мне пора, не могу слушать эту чушь

Она вышла, оставив Далию одну.

---

СЦЕНА 2.ИСТОРИЧЕСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ. ТРЕВОЖНЫЕ НЕЗНАКОМЦЫ

После обеда Далия попросила разрешения сходить в университетскую библиотеку. Охотники нехотя согласились, но отправили за ней слежку.

В библиотеке было тихо, пахло старыми книгами и пылью. Далия бродила между стеллажами, пока её взгляд не упал на толстый фолиант. Что-то манило ее разум, тянуло к нему. Она вытащила его, села за дальний стол и открыла.

Это была книга по истории Валахии. На одной из страниц красовалась гравюра — портрет мужчины с тёмными глазами, длинными волосами и тонкими губами. Под портретом было написано: *«Влад III Цепеш, господарь Валахии, 1431–1476»*.

Далия задержала дыхание. Она смотрела в лицо своего предка.

Она начала читать.

---

*Влад III Цепеш, известный как Дракула, был правителем Валахии — небольшого княжества между Османской империей и христианской Европой. Его отец, Влад II, был членом Ордена Дракона, рыцарского братства, созданного для защиты христианства. Оттуда и пошло прозвище «Дракула» — сын Дракона.*

*В детстве Влад был заложником у турок вместе со своим братом Раду. Он провёл годы в плену, наблюдая, как османы уничтожают его родину. Это сломало его или сделало тем, кем он стал — жестоким, безжалостным, но преданным своей земле.*

*В 1456 году он взошёл на трон Валахии. Его правление было кровавым. Он сажал на кол тысячи врагов — турок, предателей, даже собственных бояр, если они казались ему нелояльными. Но его жестокость имела цель: он хотел защитить свой народ от османского ига.*

*В 1476 году война настигла его. Османская армия вторглась в Валахию. Влад сражался до последнего. По официальной версии, он погиб в битве под Бухарестом, и его голову отрезали и отправили в Константинополь.*

*Но те, кто знал правду, рассказывали иное.*

*Смертельно раненный, окружённый врагами, Влад вспомнил всё. Он вспомнил, как вступил в Орден Дракона, поклявшись защищать веру. Он вспомнил, как предавали его братья. Такие же как и он, дьявольские отродья. Видел, как союзники продавали его туркам. Он понял, что мир, который он пытался защитить, отвернулся от него.*

*Отряд из его напарников, четверых мужчин, которых он обратил в подобное себе, заявили пока он лежал при смерти: «—Ты обрек нас на вечную жизнь, которую вечность нам придется прожить дьяволами. Ты покинь же его сейчас, и окажись на своем месте. В аду. Мы же, бессмертны, никогда не познаем его огня». И бросили они его умирать.*

*И тогда он проклял всех, кто, как он, жаждал бессмертия. Вампиров. Тех, кто причинил ему боль, сильнее, той, которую причинил ему весь его народ.*

*— «Пусть каждый из вас, кто пьёт кровь, будет вечно голоден. Пусть солнце будет вам мукой. Пусть каждый шаг будет слышен в тишине. И только кровь моего рода, возродившись в 35 душе, пролитая добровольно, сможет смыть это проклятие»*.

*Смерть не была для него концом. Она была началом.*

---

Далия захлопнула книгу. Дыхание сбилось. Всё, что она прочитала, звучало нелогичной путаницей.

—Почему я чувствую что-то тяжелое давление внутри, будто что то разрастается в моем в моем теле?—Подумала она.

Столько неразберихи и вопросов, от обилия мыслей у девушки загудело в голове, она поспешила выйти на воздух.
Далия закрыла книгу, положила её на место и покинула библиотеку.
Она облокотилась на входную дверь, тяжело дышала, держась за сердце, жадно глотая воздух, которого стало катастрофически не хватать в легких.

В этот момент через дорогу, в машине за ней наблюдали двое мужчин, бледные, с охотничьим блеском в глазах, но явно не являющиеся охотниками.

–Что с этой–пренебрежительным тоном спросил мужчина за рулем с более серьезным выражением лица чем его напарник на пассажирском, который ответил:

–Малышку кто-то напугал, поможем? –ехидно улыбнувшись напарник выскочил из машины и побежал к Далии.

Он выдавил обеспокоенное выражение лица и начал успокаивать девушку.

–Мисс, вы в порядке? Сделайте вдох поглубже, не резкий. Медленно выдохните, вот так, садитесь сюда.

Далия сразу почувствовала неладное, тот мужчина выглядел настораживающим. Его переживание отдавало притворством. А второй мужчина стоявший напротив, добавлял еще больше тревоги.

–Все...все нормально. –Сделав между словами вдох сказала Далия и сразу же встала чтобы уйти, но мужчина сидевший с ней грубо схватил ее за руку и усадил обратно.

–Я же вижу, солнце, что не нормально.

Мужчина сделал несколько пугающих, утвердительных пауз между словами убедительным голосом, играя заботу. При этом пристально, с угрозой смотрел Далии прямо в глаза.

Тут она насторожилась еще сильнее, что начала чувствовать подступающую тревогу. Она сказала:

–Со мной вправду все нормально, чуть стало жарко, мне нужно идти.

Она снова привстала, надеясь на этот раз уйти, но мужчина снова остановил ее, и продолжая держать ее руку неожиданно спросил:

–Что ты узнала?

У девушки забегали глаза

–Я? А...ничего

Она поняла. Эти двое знают ее, и она им нужна, еще неизвестно для чего, но у них определено есть своя неблагополучная цель. Не теряя ни секунды Далия резко вырвала руку из хватки мужчины и попыталась убежать.
Он с нечеловеческой скоростью, в долю секунды догнал ее и потащил силой в машину.
Далия отчаянно вырывалась, наивно надеясь на собственные силы. Но мужчина очевидно был в десятки раз сильнее.

И уже почти когда они усадили ее внутрь, вдруг из ниоткуда появилась внушительная мужская фигура, резко заполнившая собой пространство.
Это был Конрад–ее спасение, или еще более страшная беда.

Он постоял несколько секунд, будто наблюдал за забавным представлением, и только потом отозвал мужчин.
Подручные его семьи, явно.

–Хорошо парни, хорошо – вытянув перед ними ладони, финишировал шоу Конрад. –Поработали и хватит, езжайте, дальше я сам.

–Слушаемся. –Последний раз взглянув на Далию, послушно ответил один из мужчин. Оба сели в машину и уехали, предоставив девушку Конраду.

Далия держалась за плечо, и смотрела на парня исподлобья, но не злобно а как измученный котенок со слезными глазами, блестящими как алмазы.

Конрад жалобно вывернул брови и спросил с издевкой, указав на ее руку:

–Ай ай ай, больно, да?

Девушка гневно сжала губы, всем видом показывая возмущение и злость, глаза еще больше залились слезами.

–Ты...Урод! –вскрикнула Далия сделав болезненную паузу. –Это были твои люди? Зачем я тебе?

Она всхлипывала и долго смотрела на него с гневом и обидой, пока тот ухмыляясь просто молчал. Затем она снова схватилась за руку, сдавленно застонав от боли, которую причинил один из его людей несколько минут назад.

Он бросил взгляд на ее руку, уже виднелся будущий синяк. Она горько сжала губы и вытерла запястьем слезы с щеки растирая болящую область.
Эта картина заставила его почувствовать что-то похожее на искреннюю жалость, глубоко внутри его холодного сердца. Взгляд переменился. Конрад стал смотреть мягче, уже даже с ноткой сочувствия.

Он не сказал в ответ ничего нового и повторил, уже с серьезной, но спокойной интонацией:

–Тебе больно? Я вижу следы от ногтей, нужно обработать. Ты очень испугалась. Успокойся.

Далия попятилась, когда Конрад начал двигаться в ее сторону. Еще не отошедши от тревоги, дрожащим голосом предупредила:

–Я закричу, отстань от меня, не трогай!

Но парень не стал церемониться. Не сказав ни слова, он подхватил ее одной рукой, и потянул за собой к машине, когда она вновь попыталась вырваться, Конрад схватил ее уже обеими руками и сильно прижал к себе, сжимая ее тело до хруста.

–Чшш. –Зашипел парень. –Не хочешь чтоб было больно, слушайся и садись в машину.–Убедительно приказал Конрад.

Далия обмякла в его руках, и послушно опустив голову, приняла безвыходность ситуации. Наконец, расслабившись она позволила парню посадить ее в автомобиль.

Держа руку за дверцу, Конрад наклонился к девушке, и сказал:

–Мы поедем ко мне домой, там тебе обработают руку. Ты согласна?

Далия сидела смиренно и не выражала никаких эмоций, она выглядела вымотавшейся и пока остатки слез стекали с глаз, выражающих болезненное безразличие. Конрад терпеливо ждал от нее ответа. Будто ее согласие его интересовало.

Так и не услышав ни звука, он выдохнул и захлопнул дверь. Сел за руль, и машина тронулась. Их ждал путь к Особняку Батори.

---

СЦЕНА 3. ДОМ КЛАНА СИЛЬВА.

В старом доме на окраине Бостона, где жили ведьмы клана Сильва, горел камин. Энери сидела за столом с отцом — мужчиной с седеющими волосами и усталыми глазами. Рядом сидела её бабушка, старая ведьма, которой было 185 лет

— Ты уверена, что она — тот потомок Дракулы о котором все говорят? — спросила бабушка. Её голос был сухим, но сильным.

— Одна из Кроатор почувствовала что-то, — ответила Энери. –Говорят, только они могут ощутить оттенок Влада.

— Мало ли что они там могут. –Раздраженно фыркнул отец.
–Мы можем больше. Сможем скоро. – С надеждой в голосе сказал мужчина.

Бабушка тяжело взглянула на сына, ее взгляд был полон боли и принятия того, что отец Энери принимать не собирался, отчаянно веря в возвращение магических сил, которые весь клан Сильва утратил после трагичного происшествия полгода назад.

6 месяцев назад. Совет общества ведьм.

Зал находился глубоко под землёй, в старом особняке, который никто из людей не замечал уже двести лет. Стены были сложены из тёмного камня, с выбитыми на них древними рунами, которые слабо светились в полумраке. По периметру зала стояли каменные скамьи, на которых сидели представители всех ведьминских кланов Восточного побережья. Всего их было около тридцати — старейшины и главы семей, каждый со своим знаком на груди или запястье.

В центре зала, перед большим каменным алтарём, стояла Элеонора Сильва — мать Энери. Её руки были скованы заколдованными цепями, которые не давали ей использовать силу. Ей было сорок пять лет, но выглядела она моложе — ведьмы старели медленнее обычных людей. Волосы её, обычно аккуратно собранные, сейчас были растрёпаны, на лице застыло выражение усталой гордости.

Рядом с алтарём стояли трое старейшин Совета. Главный из них — Адриан Кроатор — мужчина лет шестидесяти на вид, но с глазами, которые видели больше ста лет. Он держал в руках свиток с печатью Совета.

— Элеонора Сильва, — его голос разнёсся по залу, отдаваясь эхом от каменных стен. — Ты обвиняешься в нарушении главного закона нашего общества. Ты использовала магию, чтобы убить человека.

По залу прошёлся шёпот. Несколько ведьм переглянулись, кто-то покачал головой.

Элеонора подняла голову. Её голос был твёрдым, почти вызывающим.

— Я сделала то, что должна была. Этот человек был охотником. Он убил двоих моих сестёр из клана за месяц до этого. Он знал о нас. Он охотился на нас, и если бы я не остановила его, он бы продолжил.

— Ты не имела права, — холодно сказал Адриан. — Кодекс ведьм запрещает использовать магию для убийства людей. Независимо от их действий. Мы не судьи. Мы хранители баланса.

— Баланс? — Элеонора усмехнулась, но в усмешке не было радости. — Этот баланс убивает нас. Мы прячемся, мы боимся, мы позволяем охотникам уничтожать наши семьи. А когда кто-то из нас защищает себя, нас судят, как преступников.

— Ты не защищала себя, — сказал Адриан. — Ты выследила его. Ты пришла к нему ночью. Ты использовала тёмную магию, чтобы пытать его перед смертью. Это не была самооборона. Это была месть. И ты привлекла к этому двух других членов твоего клана.

Элеонора молчала. Её взгляд на мгновение дрогнул, но она снова взяла себя в руки.

— Они не виноваты. Они делали то, что я им сказала. Они подчинялись приказу старшей ведьмы.

— Это не оправдание, — сказал Адриан. — Ты использовала свою власть, чтобы вовлечь их в преступление. И за это ты понесёшь наказание.

Он развернул свиток.

— По решению Совета общества ведьм и ведьмаков, Элеонора Сильва, дочь старейшины клана Сильва, приговаривается к изгнанию из общества навечно. Вся её магическая сила будет изъята и возвращена природе. И, согласно закону, весь клан Сильва будет лишён своих сил — как соучастники преступления, так как они не предотвратили его и не донесли Совету.

Элеонора подняла голову.

— Нет! — её голос сорвался. — Не наказывайте мой клан! Они ни в чём не виноваты! Это была моя ошибка, только моя!

— Ты не имеешь права голоса, — холодно сказал Адриан. — Ты потеряла его, когда нарушила кодекс.

Он поднял руку. Другие старейшины сделали то же самое. По залу разлилось низкое гудение — сила собиралась в воздухе, сгущалась вокруг алтаря.

— Силой природы, которая дала нам жизнь, — начал Адриан, и его голос стал глубже, словно в нём звучали голоса множества других людей, — мы забираем то, что было дано. Мы возвращаем магию земле, от которой она пришла. Пусть клан Сильва познает, что значит быть смертным.

Элеонора закричала. Её тело затряслось, из её груди вырвался поток белого света, который поднялся к потолку и рассыпался на тысячи искр. Свет погас. Она упала на колени, тяжело дыша, и в её глазах больше не было магического свечения. Она стала обычным человеком.

В тот же момент по всему Бостону, в домах, где жили ведьмы клана Сильва, люди почувствовали резкую слабость. Кто-то упал, кто-то схватился за сердце. Силы ушли. Все они стали обычными людьми.

Все кончилось, и Элеонора поднялась на ноги. Её лицо было бледным, руки дрожали.

— Я прошу только об одном, — сказала она, глядя на Совет. — Позвольте мне вернуться домой. К моей дочери. К мужу. Позвольте мне объяснить им.

Адриан смотрел на неё безжалостно.

— Ты можешь вернуться к своей семье. Как обычный человек. Без сил. И ты никогда больше не будешь частью нашего общества. Ступай.

Элеонора медленно пошла к выходу из зала. Её шаги эхом отдавались от каменного пола. Никто не смотрел на неё. Никто не сказал ни слова.

Наше время. Тот же вечер в семье Сильва.

— Элеонора была не виновата. Она защищала нас. Она хотела защитить клан.

— Она убила человека, — сказала бабушка. — Это было доказано. Совет не ошибся.

— Совет всегда ошибался! — Томас ударил кулаком по подоконнику. — Они просто ждали повода, чтобы ослабить нас. Кроатор всегда ненавидели наш клан.

Энери посмотрела на отца, и в её глазах была печаль.

— Пап, мама признала свою вину. Она сказала, что сделала это. Она не отрицала.

— Она была вынуждена, — сказал Томас, но голос его дрогнул. — Они заставили её.

— Никто не заставлял её, — мягко сказала бабушка. — Она сделала выбор. И мы платим за этот выбор.

Томас замолчал. Он смотрел в окно на тёмный сад, и на его лице была борьба — между верой и реальностью, между любовью и правдой.

— Я верю, что силы вернутся, — сказал он наконец. — Я должен в это верить. Иначе... что у нас останется?

Он вышел из комнаты, оставив бабушку и Энери в тишине.

Энери опустила голову.

— Я знаю, что мама сделала это, — сказала она тихо. — Но я всё равно хочу верить, что она не была плохим человеком.

Бабушка подошла к ней и положила руку на плечо.

— Она не была плохим человеком, — сказала она. — Она была отчаявшимся человеком. Это не одно и то же. Но она совершила ошибку, за которую мы все платим. И теперь мы должны жить с этим.

Энери кивнула, сдерживая слёзы. Она знала, что бабушка права. Но это не делало боль меньше.

За окном начиналась ночь. В доме клана Сильва было тихо, как в могиле.

---

СЦЕНА 4. ЗАГОРОДНЫЙ ДОМ БАТОРИ. ВЕЧЕР.

Машина подъезжала к небольшому двухэтажному коттеджу, стоявшему на обширной холмистой местности, вокруг были одни деревья. Далия сидела на заднем сиденье, прижимая больную руку к груди, и смотрела в окно на проплывающие мимо деревья. Она не знала, куда они едут. Она не знала, что будет дальше. Но она знала, что бороться бесполезно, Конрад был сильнее, а её силы почти иссякли.

Она заметила, как он несколько раз посмотрел на неё в зеркало заднего вида. Его взгляд был тяжёлым, изучающим, но в нём не было той угрозы, что у тех двоих. Он выглядел... задумчивым.

Конрад нажал на тормоз и заглушил двигатель.

— Приехали, узница. —Нарушив долгую тишину сказал парень.

Далия все также сидела неподвижно и молчала, слезы уже давно высохли, оставив после себя горькое безразличие.

Конрад вышел из машины, открыл дверь и протянул ей руку.

— Выходи.

Она не взяла его руку. Она выбралась сама, но её ноги дрожали, и она чуть не упала. Конрад подхватил её за талию, удержал, затем отпустил, когда она встала на ноги.

— Осторожнее, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Ты уже достаточно сегодня настрадалась.

— От твоих людей, — прошептала она, но голос прозвучал слабо.

Он не ответил. Он повёл её к дому, открыл дверь ключом и пропустил внутрь.

Дом выглядел старым, но ухоженным — тёмное дерево стен, большие окна, крыльцо с резными перилами. Вокруг было тихо, только ветер шевелил ветви сосен.

Внутри было чисто и просторно. Гостиная была обставлена в старомодном стиле — тёмная деревянная мебель, камин, мягкие кресла с высокими спинками, покрытые тканью цвета бордового вина. На стенах висели картины, на полках стояли книги.

— Садись, — сказал Конрад, указывая большой бежевый диван.

Далия села, не сказав ни слова. Она чувствовала себя опустошённой. Конрад ушёл в другую комнату и вернулся с аптечкой. Он сел напротив, поставил аптечку на столик и протянул руку:

— Дай руку.

Она помедлила, но потом протянула руку. Он взял её осторожно, почти невесомо, и начал обрабатывать ссадины — те самые следы от ногтей, которые оставили его люди. Его прикосновения были аккуратными и даже бережными.

Далия внезапно заговорила:

— Ты мог бы просто сказать им не трогать меня.

— Я и сказал. Но они слишком усердны, когда получают приказ.–ответил Конрад

— Чей приказ?

Он поднял взгляд. Его глаза встретились с её, и в них мелькнуло что-то взбудораживающее. Он убрал руку, и продолжил заматывать её плечо.

— Моей семьи, — сказал он. — Они хотят тебя заполучить.

— Зачем? — она смотрела на него, чувствуя, как холод пробегает по спине. — Зачем я им?

Конрад закончил перевязывать руку, убрал бинты в аптечку и откинулся на спинку стула. Он смотрел на неё долго, решая, стоит ли говорить.

— Ты читала книгу в библиотеке, — сказал он наконец. — Про Влада Цепеша. Про Дракулу.

Она замерла.

— Откуда ты знаешь?

— Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, — сказал он, и его голос стал серьёзнее, — Ты его 35-ый потомок. Твоя кровь — это остатки его крови, вернее, она возродилась в тебе. И она нужна моей семье, чтобы снять проклятие, которое он наложил на всех вампиров.

Далия смотрела на него, чувствуя, как внутри всё леденеет. Она читала об этом. Но не знала, что это могло напрямую касаться ее. Теперь она начала догадываться почему ей стало плохо в библиотеке, но что заставило ее испытать ту тревогу она пока не понимала.

— И твоя семья... они хотят моей крови, чтобы снять проклятие?

— Да. Жертвоприношение-единственный способ. –Коротко ответил парень.

— Значит, моя смерть? — прошептала она. — Вы хотите меня убить?

— Они хотят, — поправил он, давая понять он он в ее смерти не заинтересован— Но мы же с тобой этого не позволим, да, солнце?

После последних слов, его хищной улыбки, перед глазами Далии промелькнули недавние воспоминания о тех мужчинах, которые пытались похитить ее накануне, Конрад в этот момент звучал в точности как один из них. Скверный, пугающий тон, мелкая издевка. На девушку снова резко напала едва отошедшая тревога, слова парня, о том что ее смерти желает семья вампиров, еще сильнее подписали эту тревогу.
В глазах начало темнеть. Она встала. Колени подкашивали, она почувствовала новую волну страха. Инстинкт самосохранения шептал ей: «–Беги». И она побежала.

Резко оторвавшись с места, Далия со всей скорости побежала к двери. Но она еще не знала. Никакие инстинкты не дадут ей такую скорость, хоть немного приближенную к нечеловеческой скорости вампира.

Конрад оказался у двери до того, как она успела до нее добраться.

—Как?! –Отшатнувшись назад, пораженным взглядом Далия посмотрела на вампира.

—Даже не пытайся, девочка. Я быстрее, сильнее, умнее и еще много много всего, чего тебе вовек не заиметь. —Горделиво сказал Конрад и указал на диван, —Теперь вернись на место, и не заставляй меня напрягаться.

Далия оглянулась по сторонам и заметила висящий на стене старинный меч, никак не решаясь подойти к мечу и воспользоваться им для защиты, она заметно колебалась.
Конрад увидел это. Он усмехнулся, подходя к оружию, демонстративно взял его и вонзил себе в живот, после вынул его и откинув в сторону, стал медленно приближаться к перепуганной девушке.

Ошеломленная увиденным, Далия попятилась назад и упала. Теперь она поняла, что против него нет оружия. Она сидела, уперевшись локтями об пол, и смотрела на истекающего кровью парня, тот в свою очередь не повел и бровью. Напротив, он стал бодрее чем раньше. С каждым приближающимся шагом вампира девушка отодвигалась дальше и дальше, пока медленно не легла спиной на пол.

Конрад навис над Далией, стоя на коленях, расставил ноги по бокам ее туловища и опустился к ней лицом, зафиксировав ее руки с двух сторон напротив ее головы своими руками. Его зрачки приняли темно красный оттенок, в хищной улыбке показались сверкающие клыки. Он начал подступать к ее лицу. Девушка, дрожавши, пыталась вдавить голову ближе к полу, но дальше уже было некуда. Поэтому она закрыла и сильно сжала глаза, ожидая конечного исхода.

Но это оказался еще не конец.
Парень остановился, отпустил ее и встал. Он равнодушно поправил свою одежду, будто ничего и не было.

—Поигрались и хватит. –Цинично бросил Конрад, завершая таким образом «игры»

Далия в ошеломлении все еще лежала, до боли прижавши к полу тело. Она держала кулачки, прижимая их к груди и все еще не могла двигаться, она продолжала смотреть на вампира круглыми от шока глазами.

—Какой же я подонок, да? —Самодовольно отметил парень. —Ладно, выдохни, я не сделал бы ничего плохого, дурачусь.

Поняв, что она не может отойти и встать, Конрад решил помочь. Он медленно оторвал ее тело от пола и поставил на ноги. Не устоявши самостоятельно на ногах, Далия тут же ослабла и стала падать вниз без сознания. Парень сразу ее подхватил и понес на диван.

—Вот так, девочка, аккуратно.— Укладывая ее проговаривал шепотом парень. Эй, ты в норме? —Конрад попытался ее разбудить но она никак не могла очнуться. Парень казался уже немного обеспокоенным, он на долю секунды почувствовал вину, но сразу запечатал это чувство поглубже и пошел искать нашатырный спирт, оставив ее лежать на диване.

Принято. Вот переработанные сцены с учётом всех твоих правок.

---

**СЦЕНА 5. ЛЕС. ХИЖИНА. ПОИСКИ.**

Нейтан стоял у окна, вглядываясь в тёмную полосу леса. За его спиной Киллиан, Айзек и Дэн сидели за столом, ожидая информации о предстоящих действиях.

— Она не вернулась в особняк охотников, — сказал Киллиан. Что сказал твой друг, Айзек?

–Парень из стаи Акатаки сказал что видел как у 7-го авеню возле библиотеки какие-то типы приставали к девушке, которую он видел с тобой, я сразу понял, что это может быть Далия. Потом приехал бледнолицый и увез на машине.–Закончил речь Айзек.

–Сучий пёс.–Сердито бросил Нейтан.–Она не у охотников и не у Батори, значит он увез ее в другое место.

—Что на счет Кроатор? Они тоже действуют с Батори, может он увез ее к ним?–Предположил Айзек.

—На вряд ли , зачем ему увозить Далию к Кроаторам? —Возразил Киллиан.

—Да черт их знает этих уродов. —Резко ответил Айзек.

Нейтан вышел из задумчивого состояния и додумавшись сказал:
—Я знаю. Она у него в загородном доме, у него личные планы на Далию, я уверен. Едем туда.

Парни бодро оторвались с мест и вышли с хижины. Они сели в большой, старый пикап, и скоро двинулись в путь.

Проезжая городские дома, стая вышла на трассу.

—Ты знаешь где этот дом? Откуда?— спросил Айзек.

—Я охотился тем один раз с отцом, мы забрели в чащу и вышли на этот дом, в тот день в нем был отец Конрада и мать. Они пригрозили нам тогда, из-за того что мы просто находились рядом, ублюдки.

Через десять минут они вышли на опушку. Впереди виднелся небольшой двухэтажный коттедж. В окнах горел свет.

— Она там, — сказал Нейтан. — Я чувствую её.

— И он тоже, — сказал Киллиан, принюхиваясь. — Конрад. Он внутри.

— Я убью его, — прорычал Нейтан.

— Не торопись, — сказал Киллиан, кладя руку ему на плечо. — Мы должны сначала вытащить её.

Они подошли к дому. Дверь была не заперта. Нейтан вошёл первым.

В гостиной горел камин. На диване лежала Далия — без сознания, с перевязанной рукой. Рядом с ней стоял Конрад с флаконом нашатырного спирта.

— Что ты с ней сделал? — прорычал Нейтан, бросаясь к нему.

Конрад отступил на шаг, поднимая руки.

— Что вы здесь делаете? Успокойся. Она упала в обморок от страха. Я не трогал её.

— Ты врёшь! — Нейтан схватил его за горло. — Твои люди пытались похитить её! Ты привёз её сюда!

— Чтобы защитить её от своих же! — смахивая руку оборотня вытянул Конрад. — Если бы я не вмешался, мои люди могли бы случайно убить её. Я спас её. Посмотри на неё — она жива. Ты видишь хоть одну рану, кроме той, что оставили мои люди?

Нейтан посмотрел на Далию. Она дышала ровно. На её теле не было других следов насилия.

— Уведите её, — сказал Киллиан. — Быстро.

Дэн и Айзек подхватили Далию и вынесли из дома. Нейтан отпустил Конрада, но не отступил.

— Если ты приблизишься к ней ещё раз, я убью тебя, — сказал он тихо.

— Попробуй, — усмехнулся Конрад. — Но запомни: я единственный, кто не хочет её смерти.

Нейтан вышел. Через мгновение они уже неслись обратно к машине.

Конрад остался один. Он подошёл к окну и смотрел на удаляющиеся тени, потом перевёл взгляд на свои руки. Он думал о том, что только что сделал. И не знал, что это значит.

---

СЦЕНА 6. ОСОБНЯК БАТОРИ. ТОТ ЖЕ ВЕЧЕР.

В большом кабинете, стены которого были увешаны портретами предков, стояли двое мужчин — те самые, которые пытались похитить Далию. Они стояли опустив головы, как провинившиеся школьники. Напротив них сидел Вальтер Батори. Рядом с ним стояли Лилиана, Милена и Виктор.

— Я отправил вас за девушкой, — сказал Вальтер, и голос его был холоден, как лёд. — А вместо этого вы приехали с пустыми руками. Вы позволили моему сыну забрать её у вас.

— Мы не могли перечить ему, господин, — сказал один из мужчин. — Он приказал нам уехать.

— И вы послушались? — Вальтер поднялся с кресла. — Вы подчиняетесь мне, а не моему непокорному сыну.

— Мы знаем, господин. Но мы не знали, куда он её повёз.

Вальтер сжал кулаки.

— Вы бесполезны. Убирайтесь.

Мужчины поспешно покинули кабинет.

— Отец, — сказала Милена. — Конрад явно решил защищать её. Он не подчиняется твоим приказам.

— Я это знаю, — ответил Вальтер. — Он всегда был слишком мягок. Это проклятие его характера.

— Но мы не можем позволить ему сорвать наш план, — сказал Виктор. — Если он будет прятать её, мы не сможем получить её кровь.

— Ты прав, сын, — сказал Вальтер. — Поэтому я отправил людей на поиски. Они найдут её. А Конрад... он ответит за своё неповиновение.

Лилиана подошла к мужу.

— Ты не можешь наказать его за то, что он защищает невиновную.

— Это не защита, — отрезал Вальтер. — Это предательство. Он ставит какую-то девчонку выше своего рода.

Милена и Виктор переглянулись. Они знали, что их отец не шутит.

---

СЦЕНА 7. ДОРОГА. МАШИНА ОБОРОТНЕЙ.

Далия сидела на переднем сиденье. Она уже пришла в сознание, но всё ещё была бледной и взбудораженной. Рука пульсировала болью, но не такой сильной, как страх, который всё ещё сжимал грудь.

— Куда вы меня везёте? — спросила она, голос её дрожал.

— В нашу хижину, — ответил Нейтан, не оборачиваясь. — Там ты будешь в безопасности.

— Безопасности? — она горько усмехнулась. — Я была в безопасности у охотников. Потом меня похитили люди Батори. Потом Конрад привёз меня в свой дом. Теперь вы. Я устала быть вещью, которую передают из рук в руки.

Нейтан посмотрел на неё на секунду.

— Я понимаю, что ты устала. Но мы хотим защитить тебя, а не использовать.

— Все так говорят, — сказала она измотанно. — Но все хотят от меня одного — моей крови. Или моей смерти.

— Не все, — сказал Нейтан мягко. — Я не хочу ни того, ни другого.

Далия закрыла глаза. Ей хотелось верить ему. Но она уже устала верить.

Машина выехала на трассу, и вдруг сзади показались яркие фары. Автомобиль быстро приближался.

— Что это? — спросил Киллиан, оборачиваясь.

— Похоже, охотники, — сказал Дэн. — У них спецномера.

Машина поравнялась с ними и заблокировала путь. Из неё вышли четверо мужчин в тёмной одежде. Один из них направил на машину какой-то прибор.

— Выходите! — крикнул он. — Руки вверх!

Нейтан вылез первым.

— Что вам нужно? Мы просто везём её в безопасное место.

— Её место в нашем особняке, — сказал охотник. — Вы не имеете права её забирать.

— Она сама имеет право выбирать, где ей быть, — сказал Нейтан.

— Она не в состоянии выбирать, — ответил охотник. — Она не знает, что делает.

Далия вышла из машины, держась за руку.

— Я хочу остаться с ними, — сказала она, но голос её звучал слабо.

Охотник покачал головой.

— Мы не можем позволить этого. Вы переходите в наши руки.

Киллиан шагнул вперёд.

— Вы уже потеряли её один раз, когда она была у вас. Мы не допустим этого снова.

— Тогда придётся применить силу, — сказал охотник.

В тот же миг из его рукава вылетели дротики. Айзек и Дэн рухнули на землю, не успев среагировать. Нейтан попытался броситься вперёд, но ещё один дротик попал ему в шею, и он медленно осел на колени. Киллиан стоял мирно сзади подняв руки. –Довольно, —сказал он. —Мы не будем вам мешать. Но. Вы больше не не потеряете. —Твердо вымолвил Киллиан. —Иначе мы больше не будет такими мягкими.

Охотник многозначительно посмотрел на парня и оставил его. Мужчина двинулся в сторону девушки.

— Нет! — закричала Далия.

Охотники подхватили её и усадили в свою машину.

— Прости, — сказал один из них, — но так будет лучше для всех.

Далия смотрела, как в зеркало заднего вида уменьшаются тела оборотней, и слёзы текли по её лицу.

СЦЕНА 8. ОСОБНЯК ОХОТНИКОВ. НОЧЬ.

Далию привели в знакомый холл с камином. На этот раз охотники не церемонились. Грегор Рейнольдс стоял перед ней, сложив руки на груди.

— Ты понимаешь, какую опасность навлекла на себя? — спросил он.

— Я просто хотела учиться, — сказала она, и голос её дрожал от гнева и отчаяния. — Я не просила быть потомком какого-то мифического вампира, в существование которого я раньше с трудом бы поверила. Я не просила, чтобы меня похищали, спасали, снова похищали. Я просто хочу, чтобы всё это закончилось! —С тяжелым отчаянием высказалась девушка.

Грегор смягчился.

— Мы хотим, чтобы это закончилось. Но пока Батори охотятся на тебя, ты не сможешь жить нормальной жизнью. Поэтому мы не выпустим тебя, пока не устраним угрозу.

— Устраним? Как? Убив их всех?

— Если потребуется, — сказал он. — Мы защитим тебя.

— Вы просто держите меня в клетке! — закричала она.

Элизабет шагнула к ней и положила руку на плечо.

— Далия, я понимаю, что ты чувствуешь. Но это временно. Мы найдём способ решить проблему, не причиняя тебе вреда. Но для этого нам нужно, чтобы ты была в безопасности.

Далия вырвалась и села на пол, прислонившись к стене. Она закрыла лицо руками и разрыдалась. Её тело сотрясали беззвучные рыдания, долго сдерживаемые, наконец, прорвавшиеся наружу.

Элизабет опустилась рядом с ней.

— Всё будет хорошо, — сказала она мягко. — Я знаю, что сейчас тебе кажется, что всё рушится. Но ты справишься. Ты сильнее, чем думаешь.

Элизабет увела девушку из комнаты, по пути им встретилась Кара, она не остановилась перед Далией и молча проводила ее жестким взглядом.

Кара вошла в комнату, и наклонив голову набок, закатила глаза, посмотрев на отца.

—Что вы снова делаете, папа? —Строго спросила Кара. —Когда ее не оказалось здесь утром я уже обрадовалась что вы оставили ее в покое, я вот она снова тут.

—Дочь, не сейчас, иди в свою комнату.— Уставшим голосом приказал отец.

Кара дерзко возразила:
—Нет. Не пойду. Пора бы уже рассказать и мне какого черта творится в этом доме.

СЦЕНА 7. Жажда правды. Кара и Грегор. НОЧЬ.

Грегор Рейнольдс молча вышел из гостиной и пригласил за собой дочь в его кабинет.

Отец откинулся на спинку стула. И заговорил:

— Ты не должна вмешиваться в дела, которые тебя не касаются.

— Я вижу, что она напугана, что вы делаете? Я вижу, что она не хочет быть здесь. Я вижу, что вы все говорите ей что-то, что я не слышу. Я хочу знать, зачем она здесь. —Перечисляющим тоном проговорила Кара.

Грегор помедлил. Он смотрел на дочь с грустью, но его лицо оставалось непроницаемым.

— Я не могу сказать тебе всего, — сказал он. — Но могу сказать одно: она находится под нашей защитой. Мы охраняем её от опасности.

— Какой опасности?

— От людей, которые хотят причинить ей вред, — сказал он. — Она не виновата в том, что с ней происходит. Но она в центре событий, которые страшнее, чем ты можешь себе представить.

— Это не ответ, — сказала Кара.

— Это единственный ответ, который я могу тебе дать, — сказал он. — Ты должна доверять мне. Я знаю, что делаю.

Кара смотрела на него несколько мгновений, потом развернулась и вышла. Она чувствовала, что он скрывает что-то важное. И это разрывало её изнутри.

СЦЕНА 8. ОСОБНЯК ОХОТНИКОВ. НОЧЬ. ОБЪЯВЛЕНИЕ.

На следующее утро Грегор вошёл в комнату Далии вместе с Элизабет. Далия сидела на кровати, бледная и измученная.

— Мы приняли решение, — сказал Грегор. — Ты не покинешь этот дом, пока мы не устраним угрозу.

— Вы не можете держать меня здесь вечно, — сказала Далия.

— Мы можем, — сказал Грегор. — И мы будем. Пока Батори не перестанут охотиться на тебя, ты останешься здесь.

— Вы собираетесь убить их?

— Если потребуется, — сказал он. — Мы защищаем тебя.

— Вы просто запираете меня, — сказала Далия, и голос её задрожал. — Вы не даёте мне выбора.

Элизабет шагнула вперёд.

— Далия, мы делаем это ради твоей же безопасности. Ты не понимаешь, что если Батори получат твою кровь, они снимут проклятие и станут непобедимыми. Они уничтожат всё.

— А если я умру? — спросила Далия. — Это тоже решит проблему?

Грегор и Элизабет переглянулись. Никто не ответил.

Далия закрыла глаза и отвернулась к стене. Она чувствовала, как внутри неё разрастается холодная пустота. Её больше не волновало, что будет завтра. Она просто хотела, чтобы это закончилось.

Элизабет вышла, оставив Далию одну.

---

**СЦЕНА 9. НОЧЬ. УЛИЦА ПЕРЕД ОСОБНЯКОМ ОХОТНИКОВ.**

Двое мужчин в чёрных костюмах стояли в тени старого дуба, глядя на освещённые окна особняка. Это были Доминик и Себастьян Морриган.

— Она там, — сказал Доминик. — Охотники Рейнольдс снова забрали её.

— Как они её нашли?

— Поставили датчик в обувь. Банально, но эффективно.

— Они все такие примитивные, — усмехнулся Себастьян. — Вампиры хотят её крови. Оборотни хотят её защиты. Охотники хотят её контроля. Они не видят картины целиком.

— Мы подождём, — сказал Доминик. — Когда наступит момент, мы заберём её. И тогда вся эта шайка все будут танцевать под нашу дудку.

Себастьян улыбнулся, и в его улыбке было что-то холодное.

— Будет интересно посмотреть, как они все побегут за ней, не зная, что бегут в ловушку.

Они развернулись и ушли в ночь, оставив после себя только тени и тишину.

---

*Конец третьего эпизода.*

---