2 мини история

Это пишу ради одного челика из коммента...
***
Работа, работа и опять работа. Новые документы, снова и снова, сказал бы кто-то, что хорошая торговля это горы бумаги. Хоть бы раз Германия поведал бы об этом другу, но теперь ничего не поделать. Россия снова сидит у себя в кабинете и мысленно посылает все эти хорошие отношения со странами, на все три священные буквы. Перебирая договоры от разных стран, конечно там отсутствовали некоторые страны НАТО, но это не значит, что их вовсе нету.

Стресс вновь наполнил хрупкое тело омежки и излучал едкий запах, так что все страны даже боялись заглянуть в кабинет к русскому. Чтобы успокоиться он решил попить чай у окна. На улице был лëгкий дождик, но в середину рабочего дня никого не было видно. Вдруг по стеклу разнëзся странный и очень громкий скрип, за окном что-то очень быстро пронеслось. Этот звук был моментальный и очень быстро исчез, но в ушах оставался неприятной болью. Федерация подошëл ближе к нему и провëл рукой, с обратной стороны красовалась гигантская царапина, а от неë расползлись трещины. Россия был в ступоре какое-то время, но увидев небольшое пëрышко золотого цвета, подорвался с места и вылетел из кабинета.

Страны, что были не далеко, раскрыли рот от удивления, но подойти к убежавшей стране не решились. Но по крайней мере большая часть, ведь Польше, которому нужно было обговорить установление мира между ними, стало жутко интересно. Конечно их неполитические, да и политические отношения больше склонны к вражде, но поляк решил наладить хотя бы для нейтралитета между ними в политике, ведь Федерация брат Украины. А иметь враждебное отношение к брату лучшего друга, он считал неправильным. Как говорил Польская Республика, отец Польши, в их роду было правило — «Nie miej wrogów wśród swoich przyjaciół, ale zdrajcy powinni mieć wrogów» (Не имей врагов родных друзей, а враги должны быть у предателей). И он этому правилу следовал.

Идя по траектории движения русского, он постоянно спрашивал куда тот бежал. Вот один поворот, вот другой он стоит уже возле лифта, конечно это было не странно, из-за того что здание стран было в пять этажей, а кабинет державы на втором. Вызвав лифт, электронная платформа показала, что кабинка на пятом, тут Польша уже удивился. Ведь на пятом этаже был выход на крышу и кабинеты африканских стран + Австралии, но ни с кем из них, у России не то что враждебные отношения были, они даже не разговаривали никогда за пределами собраний. И если он бы захотел начать с кем-то там дружбу, Польша бы уже точно знал бы от Франции или Украины, поэтому сразу исключил вариант проверять кабинеты. Выходит что русские й так быстро мчался на крышу, но вот для чего?! Пока он размышлял, лифт уже подъехал и ждал задумавшуюся страну.

Россия бежит по коридорам, поднимается на лифте и выбегает на крышу. В его голове совершенно разные мысли, но самая главная это вопрос. Ведь он уже давно запретил Речи летать по городу, но вот он опять, он снова… а ведь он уже прилетал сюда. Но что заставило его сюда явиться сюда опять, если в прошлый раз им повезло никого не встретить, то это не значит, что им снова повезло. Да и тот способ привлечь внимание русского, вдруг это произошло не на только его стекле. Федерация открывает дверь ведущую на крышу и видит Речь Посполитую, который с печалью в глазах смотрел на омегу.

— Что успело произойти, раз ты прилетел сюда?! — первым делом спросил Россия, они стояли друг от друга в пяти метрах. Поэтому он шагнул ближе к поляку, но тот отшатнулся на шаг назад. Поняв в чем дело, держава остановился и улыбнулся, очень нежно и ласково. — Не стоит переживать, расскажи, я не буду ругаться.

— Тебя снова пытался найти Пруссия, и другие отправили меня, охранять тебя. — Виновато глянул Посполитой на свою любовь и опечалился не из-за того что он должен его охранять, ему только в радость. Он опечалился из-за того что ему нельзя сейчас, вместе с другими выродившимися, пытать КП, а ведь он его очень бесит. — Сейчас Королевство под их контролем в другом мире.

Выслушав довольно короткое оправдание, России на мгновение стало плохо от мысли вновь попасть под контроль Пруссака. Но увидев грустное лицо Альфы, понял, что тому не разрешили мстить Королевству.

— Я тебя понял, но тебе нельзя в здание со странами. — сказал успокаивающе омега и обнял старшего, конечно же аккуратно подойдя. Его крылья уже намокли хоть дождь был слабый, но это только подчëркивало их золотистый цвет. Сам Амега был тëплым, и в отличии от перьев одежда была почти сухой. Но вот со стороны входа на крышу послышался хлопок двери, двое сразу обернулись на пришедшего и Россия понял, что не зря волновался об этом. Какой части вообще не додумался отправить Посполитого скорее домой или сказать ему стать невидимыми. Перед ними сейчас Польша с офигенный выражением лица, на котором застыл страх, удивление, сомнение и ?восторг¿?!

Если русский постоянно прогуливал историю мира, то младший поляк наоборот очень ей интересовался. И конечно он знает как выглядят его предки. Дед, по рассказам отца, был могущественным и эмоции,кроме гнева и злости, не проявлял кому попало. Но увидев обнимающегося деда который давно умер с братом его друга, все его мысли перемешались в одну кучу.

— J-jak?! (к-как?!) — не веря глазам спросил Польша, но решив что это может он переработал задал другой вопрос. — Rosjo, ty też go widzisz? Może jestem po prostu przepracowany. Rosja, jesteś już wolna? — будто бы пытаясь перейти с темы и не видеть предка, думая что он просто плод воображения.

Старший как только услышал родную речь, сразу отодвинулся от омеги, а в глазах появились огоньки. Он был один, кто до сих пор не знает о своих преемниках. И вот выдался шанс познакомиться, и отпускать его нельзя. А вот Россия наоборот сбавил пыл решимости и пытался понять, что сказал младший поляк. Конечно он привык к русской речи от Посполитого и не мог понять слова Польши, да и голос был резкий для ушей русского. Но как только он понял, что рядом стоящий поляк сможет перевести, то и медлить тот не стал.

— Речь Посполитая, ты сможешь перевести? — Россия посмотрел на старшего, но этим наоборот неосознанно показал пришедшему, что тот ожил. Речь просто кивнул и повторил слова Польши уже на русском.

— Россия, ты тоже его видишь? Может быть, я просто переутомился, Россия, ты теперь свободен? — повторил католик и перевëл взгляд на Омегу — Это мой преемник? Я могу с ним поговорить?

— Конечно — сказал русский и улыбнулся. Но переведя взгляд на Польшу, спросил — Ты понимаешь или разговариваешь на русском хоть?

Польша кивнул, но сказать что-то не мог, ведь увидев предка, он хотел свалить куда-нибудь подальше. Но в итоге он остался тут, с полным желанием упасть прямо тут. Поразмыслив, Федерация решил, что такой разговор безопаснее вести где-то далеко от здания стран. Но хоть когда-то здравый разум не подвëл и это надо было срочно решать.

— Есть проблемы, тут нельзя о таком говорить, то что сюда пришла Польша доказывает не безопасность секрета. — Во время своего маленького монолога тот оглядывал присутствующих. Взгляд выражал беспокойство и раздражение, ему не хотелось бы отчитываться Великобритании, если тот узнает. — Польша, никому не рассказывай, что ты видел, а ты лети домой скажи, что вечером будут гости. За меня не переживай.

Посполитый посмотрел с недоверием, ему не хотелось оставлять любимую Омегу, но и ослушаться он не мог, боялся потерять доверие. В итоге поспешно кивнул, и поцеловав в лоб Россию, улетел восвояси. Федерация покраснел, в отличие от удивлëного младшего поляка, чьи документы уже давно промокли до ниточки, как и одежда. Повезло старшему со способностью, в такие дни он всегда излучает теплотепло, даже русского немного высушил.

— Надеюсь ты некому не расскажешь. Подойди сегодня к Германии, скажи, чтобы он отвëз тебя ко мне домой. Если не поверит, скажи, что я приглашаю и его, не забудь упомянуть деда. — пока это говорил Федерация, его улыбка, которая сияла при старшем, пропала, а лицо не выражало эмоций. Поспешно закивав, Польша развернулся и ушёл, а Россия тяжело выдохнув, тоже поспешил уйти из под дождя.

Идя по коридорам, другие страны странно поглядывали на него. Он был с растерянным лицом, с головы до ног промокший и с испорченными документами. Мало кто выходит на улицу, но чтобы так промокнуть, надо простоять минут 15-20. Заворот, лестница, коридор, опять заворот, лестница и вот он стоит перед кабинетом Германии. Куда он не заходил без причины, страх, да именно страх. Отец часто говорил о немецком роде, как о самых страшных странах, и говорил до того, пока не был разделён. Стучать туда не хотелось, но и стоять просто так не прилично. Собрав последнии силы в кулак, он постучал, тихо и аккуратно, с обратной стороны послышался голос, такой же собранный и спокойный, разрешающий войти. Он говорил на русском языке, несмотря что международный - английский, просто его друг слишком часто его навещает. Польша аккуратно приоткрыл дверь и зашëл внутрь, не забыв также закрыть дверь.

— Что случилось, Польша? — немец знал на каких языках понимает поляк, и лучший вариант был именно русский. — У нас вроде нету встреч сегодня?

— Меня Россия к тебе отправил… — ему было сложно сказать, что-то связанное с произошедшим пару минут назад. А вот Республика наоборот удивился, к нему Росс никого до этого не отправлял.

— Произошло что-то серьёзное? — выпалил Германия, чуть ли не скаковая с места, но быстро вернулся. Он не знает зачем ему отправили Польшу, но нельзя торопиться с выводами, и стоит просто выслушать сказанное гостем слово. — Кх-кх… Так что там?

— На крыше… — поляк запнулся, а вот немец оглядел страну, он не заметил в первый раз растрëпанный вид. — … На крыше… Россия сказал пригласить тебя и меня в гости. — хоть и неправильно, но сформулировал младший католик. От этого приглашëный не сразу понял, о чëм идëт речь, но как только до него дошëл смысл слов, впал в шок. Подбежав к окну, увидел, лежащее на асфальте, золотое перо.

— Я догадываюсь почему… ну чтож, тогда предупрежу тебя. Видимо Россия не хотел проводить для тебя инструктаж, да и он наверное сейчас так взбешён. — республика посмотрела на промокшую страну, который внимательно его слушал, и продолжил свой монолог. — Тебе надо будет подготовится морально и не проявлять агрессию в доме России. После работы я заберу тебя, и мы поедем на моей машине. Понял?

Польша быстро закивал, и оглядевшись, на всякий случай, попрощался. Германия тоже сел на свой место, но работа уже шла медленнее, а правильно ли понял он слова Польши?! Если нет, то тому придëтся познакомиться впервые. Тут ему на телефон пришло смс:

Россия: К тебе по дошëл Польша?

Вы: Да

Россия: Тогда сегодня у меня дома в 18:00. Я отпросился у Велика и сейчас еду туда.

Вы: Хорошо

Посмотрев на время было шестнадцать-тридцать, надо будет поспешить.

Спустя один час

Германия уже подходил к кабинету поляка, на лице у него улыбка. Конечно, ведь он давно не был в гостях у России, а значит давно не видел своих родственников. Только сейчас Республика понимает, что до этого ему этот мир разукрашивал только Россия.

Подойдя ближе, дверь открылась внутрь, и оттуда вышел Польша. Они обменялись кивками и направились вместе к выходу. Заходя в лифт, там стоял Украина, ищя что-то в телефоне. Германия, как лучший друг России, был осведомлён о всех знающих секрета. Но вот брату, русский не рассказал об этом.

— Здравствуй, Украина, поедешь с нами к России в гости? — начал немец, ведь если ехать, то лучше больше живых стран, особенно дружащих с Польшей. Вряд ли поляк устоит на месте, увидев Союза и Рейха. Лифт закрылся, а значит у них есть меньше минуту на индивидуальный разговор.

— Здравствуй, не думаю, что Россия будет рад вашему визиту. — он волновался, и даже очень поэтому заприметив своего лучшего друга, перевëл, ну или пытался перевести, тему. — Привет, Польша. Как дела?

— Хорошо… — было хоть и не многословно, но поляку было неприятно говорить при абоненте его страха.

— Украина, мы, ну или по крайней мере я, знаю о том секрете. — надо было получить доверие, и он его получил.

— Тогда я только за! — он наконец-то опять увидит отца, а ведь после того случая, тот приходил к брату всего раз.

Дверь лифта открылась и были видны другие страны, поэтому Республика кивнул в сторону двери, предлагая молча идти.

Вот они уже едут в гости, оставалось где-то пять минут, а они опять блуждают в этих заворотах. Завернув ещё раза три, они наконец увидел домик посреди леса, на крыше сидел старший католик и будто только их и ждал. Ведь заприметив машину слетел с крыши и зашёл в дом, видимо предупредить о гостях. Потому что через минуту, на улицу выбежал Россия, с очень довольной мордашкой.

— Братик, ты тоже приехал? Это очень хорошо. — тот радовался как ребëнок, на что двое стран не капельки не удивились. Но ведь стран приехало три, верно, Польша знатно офигел от такого России. — Пошлите в дом! Мы там стол накрыли, думаю вы понимаете кто готовил! — он посмотрел на появившиеся улыбки у Германии и Украины, и посмеялся.

Польша шëл и постоянно оглядывался, да ему сказали морально подготовиться, но пока что всë идëт своим чередом. Зайдя в дом, за столом сидел только Речь Посполитая, но стульев было на восьмерых. Всё сели, конечно же посадив младшего поляка возле его деда, они даже разговорились на своём языке. О чëм они говорили, понимал только Украина, не зря же он дружит с поляком. Их разговор длился не то что долго, ведь за ним они даже не заметили ухода двух стран наверх. В итоге в комнате находились двое родственников и хозяин дома. И так было бы и дальше, до стука в проёме коридора. Оказывается они ходили подготавливать других «мёртвых» для встречи, ведь двое из них, довольно спитифические личности, для Польши.

— Всё готово? — как бы не взначай, спросил Россия, на что получил кивок он брата. Повернувшись к сидящему младшему католику, тот, пару раз хлопнув глазами, сказал с улыбкой. — Теперь пора знакомится!

Чуство страха вернулось, а руки похолодели, но тот быстро взял контроль над собой обратно, и помохав головой из стороны в сторону, повернул взгляд на Федерацию. Они были почти ровесники, и тот даже жил у них дома после смерти отца, но страх к русскому поколению был не так силён, как страх к немецкому. Если бы перед ним поставили выбор о присоединении територии к одной из этих поколений, то он бы точно выбрал Россию. И вот он сидит возле давно погибшего деда о смотрит в поход, от куда вышли две страны, по росту они были на две головы выше, а по лицам храбрее. А самое страшное, что это были, также давно почившие , Империи. Да не абы какие, а русского и немецкого поколения, они стояли грациозно, а их подборотки смотрели прямо, хоть одеты они были по современному, от них весело элегантностью и величием. Если бы Польша не знал историю, то не знал бы, что один из них главный враг его деда, что пугало ещё больше. Повернуыюв голову, тот увидел лишь спокойное лицо предка, это удивляло, но и успокаивало.

Российская Империя поклонился, и начал говорить первый, всё же тот знал русский как носитель, а не иностранец.

— Приветствую тебя, Польша. Я Российская империя, думаю нам будет о чём поговорить после ужина. — В ответ империя получила нервный кивок, и перевела взгляд на стоящего возле него немца. — Моего друга зовут, Германская империя.

— Приветствую... — хоть и не многословно, но хоть как-то поприветствовал поляка ГИ. Это было в его репертуаре держать перед незнакомцами лицо, ведь сейчас у него есть прекрасная омега, которой он покажет все свои имоции в самом жаре.

— Рад вас ви-видеть — реакция была в полне адекватная, но как тот отреагирует на следующих гостей, никто пока что не знает. Империи так же уселись за стол, а вместе с ними и Украина, но вот Германия до сих пор был где-то наверху.

Через минут пятнадцать, непрерывных разговоров, у входа снова раздался стук. Только в этот раз, младший поляк свалился со стула, толи от удивления, толи от страха, ведь там показались враги второй мировой войны. Те кто убили отца Польши, и те кто разорвали договор подписанный на его крови. К одному из них тот имел доверие, но всё равно страх оставался глубоко внутри. Он не смог вымолвить и слова, но на стул его всё же усалили. Все не сказали ни слова на этот повод, а трое пришедших сели за общий стол. Кто мог, тот ел, а кто-то пытался не смотреть на других. В голове младшего среди всех  была неразбериха, и мысли перемешивались, перекрывали или заменяли другие.

— Думаю стоит прояснить ситуацию... — сказал Россия, за эту оплошность утром он довёл Польшу чуть ли не до обморока, поэтому и расскажет он сам. Видимо завтра в здание стран приедут четыре до ужаса вымотанные страны. Ведь, зная характер поляка, объяснять надо будет долго. В итоге из всех присутствующих за столом страг, рад больше всего Посполитый, теперь он тоже знаком с потомком, живущем в двадцать первом веке.