Часть 3.

Подготовка к выходу у Алуныэля всегда напоминала ритуал. В этом не было спешки - лишь холодное, самовлюбленное смакование собственной привлекательности.
Лира молча подавала детали гардероба. Затянутый кожаный корсет-портупея привычно сдавил ребра, заставляя держать идеальную осанку. На бедра опустились обтягивающие короткие шорты, а чулки на подвязках зафиксировались у самых колен. Завершающим штрихом стал тяжелый, матовый чокер.
Для Ала ошейник и цепь были не просто символом контроля, а фундаментом всей его философии. Каждый его «питомец» носил жесткий стальной или кожаный ошейник, от которого вела тяжелая цепь прямо к руке эльфа. Никаких поводков из шелка - только холодный, тяжелый металл, въедающийся в кожу и напоминающий, кому принадлежит жизнь на другом конце.
-Не забудь тяжелую цепь с двойным замком, Лира, - Алуныэль поправил пышные оборки блузы, смотря на свое отражение в зеркале. Его абсолютно черные глаза блестели от предвкушения. -Мой прошлый мальчик был слишком хилым, но сегодня я настроен взять кого-то более... крупного.
-Все готово, господин. Водитель ждет, - ответила помощница, набрасывая на его плечи длинную мантию.
Аукционный дом располагался в старинном, полузаглубленном особняке, куда стекалась вся элита верхнего города и самые опасные теневые дельцы нижнего. Здесь пахло дорогой кожей, парфюмом с нотами мускуса и заморскими пряностями. На первом этаже звенели бокалы, и шли ленивые беседы, а в закрытых приватных ложах уже заключались сделки на миллионы долларов.
Алуныэль вошел вальяжной, отточенной поступью. Звук его высоких шпилек мгновенно приковал к себе десятки взглядов. Кто-то смотрел с откровенной похотью, кто-то - с глухой ненавистью, ведь эльф, который ведет себя столь дерзко и держит в страхе полгорода своей «Искрой», выводил местных альф из себя.
Ал лишь шире улыбнулся, пригубив бокал вишневого ликера, который ему тут же преподнес подносчик. Он зашел в свою приватную ложу на втором ярусе, откуда открывался отличный обзор на главную сцену и на зал.
Эльф потратил добрых полчаса, просто наблюдая. Он оценивал обстановку с привычным прагматизмом: вот слева сидит главарь мелкой группировки, нервно оглядывающийся по сторонам - явно пришел за дозой. Вот справа - старый аристократ, выторговывающий очередную молоденькую служанку. Всё было привычно, скучно и предсказуемо. Торги шли лениво: продавали дешевых слуг, редкие травяные эликсиры и украденные драгоценности.
Алуныэль уже начал потягиваться, раздумывая, не зря ли он приехал, когда ведущий - упитанный мужчина в парчовом камзоле,вышел на середину сцены и с силой ударил молотком.
-А теперь, господа... лот с особым статусом! - голос ведущего поднялся на октаву выше. - Вы все знаете, что альфы редкие гости на помосте в качестве товара. Но перед нами исключительный случай.
По залу прошел удивленный, неодобрительный гул. Альфа на аукционе - это почти нонсенс, если речь не идет о военнопленных.
Тяжелая решетка в глубине сцены с грохотом поднялась, и на свет вывели мужчину.
Алуныэль слегка прищурился, оперевшись локтями о бархатный барьер ложи. Ремешки на его груди натянулись.
Это не был забитый, перепуганный раб, какими обычно выставляли лоты. Высокий, с широким размахом плеч и плотным, крепким телосложением, мужчина шел спокойно, даже с некоторой вальяжностью, несмотря на тяжелые кандалы, сковывавшие его руки и ноги. Короткая аккуратная стрижка с пробором, два острых темных рога, растущих из головы, и густые татуировки, спускавшиеся по шее прямо под резинку свободных штанов.
Но главное - его поведение. Когда один из надзирателей попытался грубо ткнуть его в спину копьем, чтобы тот встал ровно по центру, мужчина лишь слегка повернул голову, взглянул на охранника сверху вниз и что-то тихо, вскользь бросил ему. По залу донесся смешок с первых рядов: пленник явно шутил или откровенно издевался над стражей. Никакого страха.
-Лот номер шестьдесят семь! - продолжал вещать ведущий. - Бывший исполнитель из распавшегося клана. Оставшись без гроша и покровительства, он сам подписал контракт на долговую отработку. Никаких прав, полная подчиненность покупателю. Вынослив, силен, обучен обращению с оружием.
Мужчина на сцене поднял голову, оглядывая зал. Его глаза заставили Алуныэля чуть податься вперед: они были абсолютно черными, но с яркой, белоснежной радужкой в центре. Контраст выглядел дико и притягивающе.
Мужчина - а это был Вексар,на секунду встретился взглядом с Алом, сидящим в ложе. Вексар не стал отводить глаза и не опустил голову. На его лице промелькнула легкая, почти циничная ухмылка человека, который прекрасно понимает, в каком дерьме оказался, но не собирается устраивать из этого драму. Он выглядел так, будто просто зашел в паршивый трактир, а не стоял на невольничьем рынке.
Алуныэль оценил его за пару секунд. Эльф мыслил чисто практически:
Широкая шея - значит, стандартный ошейник придется перетянуть на последнюю дырку или взять стальной зажим. Крепкое тело - выдержит нормальные дозы «Искры» и не сдохнет от первой же плети, как Энди. А эта его уверенная, спесивая мина альфы... о, сломать её и заставить таскать тяжелую цепь за ним на четвереньках будет отдельным удовольствием.
-Начальная цена - пятьдесят тысяч долларов! - объявляет ведущий.
-Сто - небрежно проговорил Алуныэль, даже не вставая с дивана и подав знак из своей ложи. Голос эльфа звонко разнесся по залу, заставив многих оборачиваться.
Вексар на сцене снова поднял взгляд на ложу, откуда донесся этот голос, и с легким прищуром рассматривал своего потенциального хозяина.
-Сто пятьдесят! - тут же подал голос тучный торговец из первого ряда, жирно блестя лысиной под люстрами. Ему явно приглянулись широкие плечи лота: такой бык пригодился бы и в качестве вышибалы, и для подпольных боев.
-Двести - не меняя расслабленной позы, протянул Алуныэль. Он вальяжно покрутил в пальцах ножку бокала, наблюдая, как вишневый ликер омывает стеклянные стенки.
Вексар на сцене слегка повернул голову на звук голоса, рассматривая эльфа с легким, нескрываемым любопытством. Образ его покупателя был, мягко говоря, специфическим: кожаный корсет, короткие шорты, шпильки и цепочки. Демон лишь едва заметно усмехнулся углом губ, словно оценивая оригинальность местного сервиса.
-Двести пятьдесят! - злобно выкрикнул из противоположной ложи представитель одного из городских синдикатов. Бандитам тоже не помешал бы бывший исполнитель клана, знающий изнанку теневого мира.
-Триста - спокойно отрезал Алуныэль.
-Триста пятьдесят! - взвился торговец с первого ряда, вытирая пот со лба платочком.
Зал оживился. Цена для «рабочего товара», пусть и бывшего альфы-боевика, стремительно ползла вверх. Торговцы и бароны перешептывались, поражаясь расточительности эльфа. Но для Ала, зарабатывавшего на «Искре» целые состояния, эти цифры были лишь пылью.
-Пятьсот - с улыбкой произнес Алуныэль, опершись подбородком о ладонь.
По залу прошелся ах. За пятьсот можно было купить особняк в верхнем городе вместе с прислугой.
Торговец снизу досадливо крякнул и махнул рукой, усаживаясь на место. Бандит из противоположной ложи лишь сплюнул на пол и одарил Ала тяжелым, обещающим расправу взглядом. Эльф в ответ послал ему воздушный поцелуй.
-Пятьсот золотых... Раз! Пятьсот... Два!....Три!Продано господину Алуныэлю! - и с грохотом опустился деревянный молоток ведущего.