1. Начало, которого не заметили

Четвёртый урок. Преподаватель отлучилась «на минуту», и класс мгновенно ожил. Кто-то шепотом спорил о новой песне любимой группы, кто-то хвастался вчерашними майнкрафт-достижениями, а я уткнулась в окно. Спать хотелось так, что даже веки гудели.

Мысли прервала подруга — она вплотную подошла ко мне, упёрла руки в боки, и по нахмуренным бровям было ясно: что-то её взбесило.

— Пойдём в столовую, — прошептала она, будто предлагала ограбить банк.

Я бросила взгляд на часы над дверью. Стрелка ползла к концу урока с издевательской медлительностью.

— А вдруг классная вернётся?, — прикрыла тетрадь, хотя там всё равно были лишь каракули.

— Тогда влетит всему классу, а мы с тобой... ну, были в туалете, — она дёрнула меня за рукав.

Мы дружили с первого класса. Наши «стычки» иногда доходили до драк (я до сих пор помню её царапину на щеке от линейки), но сейчас её настойчивость казалась почти милой.

Коридор был пуст, тишину нарушал только скрим наших подошв по линолеуму. Две «отличницы», сбежавшие с алгебры ради буфета — классика.

В столовой подруга сразу схватила поднос с пиццей, а я опустилась на стул, чувствуя, как кружится голова. Сегодня завтракать не было времени — из-за ремонта дорог первый автобус встал в пробке, и пришлось бежать на второй.

— Опять ничего не ешь?, — она с хрустом откусила кусок, и запах томатного соуса ударил в нос.

— Не хочу, — соврала я, глотая слюну.

Она закатила глаза и начала рассказ: оказывается, вчера она тайком съездила в соседний город к парню, с которым познакомилась в сети. Вместо романтики он устроил «тусовку» с друзьями и представил её как просто «подругу».

Я кивала, но её слова тонули в потоке моих мыслей — этом вечном водовороте, где крутилось всё: от незаконченного домашнего задания до осознания, что юбка сегодня как-то странно топорщится на бёдрах.

Я кивала, но внезапно кашель прервал её монолог.

За соседним столом парень — высокий, в белой рубашке и чёрных классических брюках. Его тёмные короткие волосы взъерошились, а карие глаза слезились от кашля. Только теперь я осознала: пока подруга говорила, я бессознательно уставилась прямо на него, даже не заметив этого. Он отхлебнул воды, но глаза всё ещё слезились от смеха — будто поймал меня на чём-то нелепом.

Я резко отвела взгляд, но было поздно: щёки уже горели.

— Тебе смешно? — подруга наклонилась, пытаясь поймать мой взгляд.

— А? Извини, просто задумалась...— я скрестила руки, будто защищаясь.

— На кого ты так смотришь?— она резко обернулась. Парень сделал вид, что роняет салфетку, но было очевидно: он наблюдал. — Ого. Да он... симпатичный.

— Говорю же, просто задумалась, — я нарочно зевнула, изображая скуку.

— Конечно-конечно, — она допила колу, прищурившись. — Может, уже на урок? А то вдруг ты тут... отвлечёшься.

Я встала, краем глаза отметив, как он наклонился к другу и что-то быстро зашептал. Его движения были странно грациозными для такого высокого — под столом колени явно упирались в столешницу. Свет из окна падал на скулу, подчёркивая резкую линию бровей и тень от ресниц...

«Да, симпатичный», — мелькнуло в голове, но я тут же прогнала мысль.

 Мы вернулись в класс. Перемена была в самом разгаре, и большинство одноклассников уже разбежались — кто на улицу, кто в буфет. Только наша скромная компания — Наэль,  Алин и я — осталась в почти пустом кабинете. Жара заставляла воздух дрожать над раскаленными подоконниками, а пылинки медленно кружились в косых лучах солнца.

Я подошла к ним, когда они тихо обсуждали вчерашний эпизод из сериала. Наши тени странно вытянулись по полу, смешиваясь с тенями от стульев.

— Куда пропала? — Алин отодвинула учебник, оставив на странице влажный след от локтя.

— С Мией в столовую сбежали, — ответила я, садясь на теплую поверхность парты. Дерево было настолько горячим, что чувствовалось даже сквозь юбку. Потом, после паузы, добавила: — Там один парень... такой странный. Красивый.

Наэль прикрыла тетрадь, и я заметила, как чернила на последней странице слегка расплылись от пота. Она посмотрела на меня с лёгким любопытством:

— Странный и красивый? Как это?

— Ну... высокий, волосы тёмные, глаза карие. Но не просто так, а..., – я замялась, не зная, как объяснить. — Он подавился пиццей, а потом улыбнулся.

Алин фыркнула:

— Значит, ещё и неуклюжий.

— Нет, просто..., – я махнула рукой. — Ладно, забейте.

Я перевела разговор на контрольную по биологии, и мы ещё немного посидели, обсуждая, кто как готовился. Наэль призналась, что прочитала только половину параграфа, Алин честно сказала, что вообще не открывала учебник, а я просто кивала, потому что мои мысли снова уплывали туда, в столовую, к тому столу...

Пятый урок. Алгебра.

Я смотрела в окно, где солнце медленно двигалось по небу, и думала о том, как он, наверное, сейчас сидит в другом классе. Запах мела смешивался с ароматом нагретого дерева парт, а где-то за стеной капала вода — то ли из крана, то ли с потолка после вчерашнего дождя.

— К доске, — голос классной руководительницы вырвал меня из раздумий.

Я встала, чувствуя, как стул скрипнул подо мной. Мел скрипел по доске, оставляя кривые, нерешительные цифры. Где-то за спиной кто-то тихо кашлянул, и этот звук почему-то заставил меня вспомнить, как он подавился в столовой.

— Ты сегодня не в форме, — вздохнула учительница, когда я с третьей попытки всё же решила уравнение. Капли пота скатились по моей спине, оставляя холодные дорожки.

Я промолчала, стирая ладонью белые разводы с пальцев.

После уроков.

Мы вышли из школы вместе, но на остановке наши пути разошлись. Наэль поехала на автобусе в сторону центра, Алин — на маршрутке в соседний район. А мне, как всегда, предстояло идти пешком до нужного мне транспорта.

Я шла медленно, не торопясь. Дорога домой занимала минут сорок — сначала по оживлённой улице, где асфальт так нагрелся, что подошвы кроссовок слегка прилипали к нему. Потом через тихие дворы, где старушки сидели на лавочках, шелушившие семечки, а их пальцы были коричневыми от шелухи. В одном дворе пахло свежескошенной травой, в другом — жареным луком из открытых окон.

Я перешла пустынную улицу, где тень от многоэтажки легла ровной полосой, как линейка. Здесь было прохладнее. Мои шаги гулко отдавались в безлюдном переулке, а где-то высоко звенели провода.

На последнем участке пути я всегда проходила мимо старого гаража, покрашенного в синий цвет. Сегодня на его ржавой двери кто-то нарисовал мелком солнце с улыбающимся лицом. Я улыбнулась в ответ и только потом поняла, как это глупо.

Дома я долго стояла под душем, смывая с себя липкий день, а в голове всё ещё звучал тот самый кашель из столовой. Вода стекала по телу, оставляя ощущение чистоты и легкой грусти одновременно.