Глава 2. Ветер перемен

Розовые тапочки, облачка пара от дыхания, аккуратные записи в тетради. Образы, которые не уловить. Дразня, они то появлялись, то исчезали сквозь тьму сна, я пытался дотянуться туда, где ничего не было. Запах яблок, свежей выпечки с корицей, карамели и такой звонкий смех. Он сводил с ума, а сердце замирало каждый раз, слыша мою луну. Мою истинную. В лабиринте собственного сознания я пытался звать, волк внутри бесновался от разлуки. Лабиринты, лабиринты, лабиринты. Светлые образы сменялись, принося ощущение беды. Искать. Мне нужно ее найти, мысль пожаром опаляла сознание. Разлетевшееся в дребезги стекло, лес, холод. Ледяной ветер был такой силы, что руками я попытался себя согреть. Кровавыми руками. Кровь была не моя.

– Черт! – много случалось за эти годы, но чтобы такое видеть. Определенно, мое сознание перестало выдерживать. Всё как и говорила Зоя. Даже у меня есть предел. Зелья перестают помогать. Поднявшись с кровати, я прошел в ванную. Ледяная вода и душ помогли прийти в себя. Сегодня не тот день, когда я могу позволить себе слабость. Праздник? Нет, скорее день памяти, кровавое пятно в нашей истории. Предупреждение о том, какая ответственность лежит на моих плечах и на всем совете.

В гостиной уже ожидал Вест. Моя правая рука, второй по силе альфа клана. Человек, которому я бы доверил свою жизнь без раздумий. Высокий кудрявый парень не внушал страха, скорее напротив, казался беспечным. Неряшливость в одежде и волосах вовсе не означала беспорядок в мыслях.

– Выглядишь помято, – без обиняков бросил мне друг, – Нас уже ждут у площади, через час начнется церемония. После совет старост и вечером пир, – это и без него знал. День белой лилии, день перемирия, день единения территорий кланов. Сколько мне наскучила вся работа, но деваться некуда. Альфа ответственен не только за своих волков, но и за территории прилагающиеся к ним. Схватив со столешницы на кухне яблоко вышел из дома, где на подъездной дорожке нас уже ожидал тонированный внедорожник. Едва я опустился на мягкое сиденье, мне передали кипу документов на рассмотрение. Сметы, жалобы, новые указы и прошения старост. Каждый документ изучался мной лично, с предельной дотошностью. Хоть раз ошибешься – потом проблем не оберешься.

– Что это? – похоже Вест впервые видел этот конверт. Белый, без подписей или знаков, просто так попасть в мои руки он не мог. Лишь избранные имели доступ к моим документам, а после получения их тщательно отбирал Вест. Я раскрыл отправление и ничего. Белый лист. С запахом лилий.

– Какого дракона тут происходит! – взбешенный взгляд друга бегал от моего лица к посылке и обратно. Лилиями скрывали запах трупов во времена багрового столетия. Запах – это информация. Какой оборотень был убит, кем, когда. Запах скрывал это всё, путая как своих, так и чужих. Лилия – символ смерти, возмездия и войны. Не сложно догадаться с каким посылом это отправлялось. Жди беды.

После войны каждый клан установил на своей территории стелы, в знак памяти тем оборотням, которые отдали свои жизни в сражении за мир, который мы ныне имеем. Сотни видов оборотней было истреблено, десятки тысяч оборотней были убиты, миллионы лилий увядали по всему миру на телах погибших в те времена. Выйдя из машины, я вошел в дом городского совета. Здание из серого камня с большими окнами и арками по фасаду было старше, чем существовало большинство кланов. Поприветствовав старост, прибывших из городов со всей территории клана Арбор, городской совет и главу городской стражи, который сегодня отвечал за безопасность на празднике, мы двинулись к двустворчатым дубовым дверям. Больше 200 лет я открываю День Белой Лилии, но каждый раз это тяжело так же, как и в первый. Невозможно найти слова, чтобы выразить всю скорбь за прошлое.

Пройдя насквозь по темному коридору, мы вышли через двери на главную площадь Нойласа, столицы клана Арбор. Тысячи оборотней, относившихся к нашему клану, стояли в ожидании речи. Колонной мы поднялись на воздвигнутый деревянный помост перед белой стелой, возвышавшейся в самом центре площади. На ней были высечены имена оборотней, приложивших усилия для окончания войны и как жители, так и гости сегодня оставляли у ее основания белые лилии в знак памяти.

– 894 года прошло с тех пор, как окончилась самая страшная и кровопролитная в нашей истории война. Багровое столетие истребило сотни видов оборотней, тысячи кланов и отобрало сотни тысяч жизней. Мы, живущие сегодня, должны помнить то, какой ценой достался нам наш мир, и то, чьими именами он был достигнут. Они навсегда останутся в наших сердцах. День Белой Лилии – частичка истории каждого клана и каждой семьи. Пускай никогда землю не будут покрывать поля белых лилий, а аромат этих прекрасных цветов радовать нас останется только сегодня. И да благословит Луна свои звезды.

Церемония плавно перетекла в заседание совета старост. Сметы и налоги. Споры и новые предложения.  Все требовало полного участия главы клана. То есть моего. Будь я волен, закрылся бы в деревне и никогда не выезжал оттуда, но это лишь мечты. Тщательно выслушивая о новых каналах торговли, помечал то, что может дать плоды на дальнюю перспективу. Дома мы с Вестом все подробно обсудим и тогда выделим стратегию развития клана на ближайшее время. Не обошлось, конечно же, и без неприятностей. В черте города поймали шпиона. Окажись он на территории деревни, его убили бы на месте, а в городе был шанс узнать подробности. Следуя из доклада главы стражи, чужеземец принадлежал к одиночкам. Наняли. Осталось понять кто. Поймав на себе хмурый взгляд Орана, я понял, что разговора не избежать. Без свидетелей, конечно. Этот оборотень был сколь стар, столь и мудр. Застав еще багровое столетие, он мог видеть саму суть вещей. За его жизнь сменилось уже с десяток альф. Одна половина пыталась его убить, другая боялась. Я же прислушиваюсь.

Всего за пару часов длинный стол из крепкого дерева, вмещавший с десяток оборотней, полностью был скрыт за разного рода бумагами. Единственное съеденное яблоко за день давало о себе знать. У нас был примерно час до начала званого ужина, за который необходимо было разузнать про шпиона. Вест встал вместе со мной, и мы поспешили к машине. Теперь за руль сел лично я.

– Твои предположения – мы летели на другой конец города, объезжая неспешные телеги или беспечных пешеходов. Светлый город слился в единое пятно скорости.

– Игнис или Амнис. Только им это выгодно. Сделка прошла, ты выполнил условия, но они не рассчитывали на то, что это не сработает. Они точно не отступят. Вот и ищут на что надавить, – грубо выругавшись на чуть не сбитого бету, я обдумывал слова друга. Он прав, но что-то не сходилось. Наш клан для них крепость. Лезть сюда – это провоцировать конфликт и даже войну. Тем более в День Белой Лилии. Старейшины были и будут против. И либо они действуют в одиночку, неимоверно рискуя, либо это кто-то другой. Кто-то, кто очень хочет меня убить, – Как они могли отправить шпиона в День Лилии? Они нарушили мирное соглашение! – резко повернув, мы мчали по пустующей окраине города. Приехали.

Рукопожатие, скрипучая дверь ведущая в неприметный домишко, лестница в подвал, привязанный к стулу крысеныш. Светлые волосы, худощавый, в каких-то обносках. Дельта. Что ж это будет проще, чем я думал.

– Далин, что думаешь? Он из одиночек. Говорить отказывается. Всё, что узнали, так это что последний город, в котором он останавливался, был в Мелдене, – будь зеленым мальчишкой, я бы может и поверил, но слабовата версия. Медведи никогда не суются в политику. Серый регион. Чуть отпустив феромон, я надавил на щенка, тот заскулил. Шпионы редко бывали дельтами. Слишком быстро ломались.

– Я ничего не скажу! – взглянув на наручные часы понял, что мы так опоздаем. Не люблю заставлять ждать. Пора кончать с этим. Крис вышел из помещения. Сильный альфа, но даже он не мог выдержать ауру главы клана. Мальчишку пригибало к земле, он умолял. Сбивчиво, подавляя рыдания, он читал молитву. Взяв его за глотку, волком смотрел в саму душу. Царапая себе руки, все еще держался. Это похвально. Полностью отпустив феромон, я понял, что перегнул.

– Принц лебедь. Камни-камни-камни. Ха-ха-ха. Он идет. Он придет. Ха-ха-ха. Белую лилию сорвет. Смрад смерти принесет. Ха-ха-ха! Лебедь... – обернувшись волком, Вест закончил страдания бедолаги. Чем дальше, тем веселее. Шпионы, теперь и принцы лебеди. Достаточно с меня на сегодня. Появимся на ужине и в клан.

Оран, этот старый оборотень, сразу понял, что я не задержусь, но определенно имел другие планы. Час. Мы целый час слушали тосты каждого старосты. Как хорошо, что до новолуния далеко или бы я разнес этот зал. Да, дом принадлежал мне, но к этому холодному каменному строению я не испытывал ничего, кроме отвращения и скуки. Здесь я жил как альфа клана Арбор. Только политика, только интерес. Мой дом в другом месте. Я умел держать лицо, каждый получал свое внимание, которого добивался. Я был доволен только тем, что удалось поесть. Волк стих, насытившись.

Стены украшали гобелены и изящные картины, на специальных подставках выставлены скульптуры, золото и серебро. Роскошь дома альфы показывала сколь клан влиятелен. Лениво водя взглядом по помещению, я понимаю, что никогда не видел даже эти предметы. Всем занимались слуги. Ломившийся от всевозможных яств стол поражал воображение. Лучшие шеф-повара мира готовили их сегодня для элиты, собравшейся в Нойласе. Оран действительно постарался сегодня. Уверен, это его рук дело. Постепенно все вопросы были обсуждены, тосты сказаны, еда съедена, а вечер завершен.

Смеркалось. Солнце медленно уступало место луне, деревья шелестели от весеннего ветра. Было так тепло, что, положив на ступеньки пиджак я сидел только в рубашке. Тихие шаги, и староста сел рядом. Протянул мне бокал крепкого бурбона. Мы седели и слушали. Музыка ветра была особенной. Она предсказывала, приносила и успокоение, и тревогу.

– Это не твоя вина, – даже спрашивать не буду, откуда он узнал о сделке, – Ты выполнил условия и сделал это ради клана. Ты не можешь себя винить, – старик отхлебнул янтарную жидкость и продолжил сверлить меня взглядом.

– Я не чувствую вины, – вранье, но я бы хотел в него верить.

– Мне больше тысячи лет, и я вижу, когда альфа врет сам себе, – он недовольно покачал головой. На меня снова накатило тихо скребущееся в душе чувство вины. Ветер, словно почувствовав, рывком окутал меня холодом.

– Я предал ее. Не важно ради чего или кого. Волк мне этого не простит, – алкоголь обжог горло. Я смотрел вглубь леса, начинающегося за моим поместьем, и думал о том, насколько дорогой ошибкой это было.

– Ты триста лет ждал ее. Она убивает твой разум и волка, но ты в серьез думаешь, что предал того, кого никогда и не встречал? – Оран был мне отцом, он научил меня быть волком, и он помог мне стать настоящим альфой. Только благодаря нему существует Арбор, но он всегда считал эту связь порочной. Только в этом мы никогда не сходились во взглядах.

– Я встречал и встречаю ее каждую ночь. Образами, звуками, ощущениями. Она моя луна. Оран, я никогда не прощу себе то, что сделал. Я предал эту связь. Даже если никогда ее не встречу, волк предавший луну – мусор, – ощущение холода ступенек, звезд над головой, порывов ветра. Все это было столь же реально, сколь и она в моих снах.

– Что-то изменилось. Ветер несет песню перемен. Я лишь надеюсь, мне не придется снова чувствовать запах лилий. Я слишком стар для этого, – он опустил руку на мое плечо. Даря поддержку и новые поводы беспокойства.

– Ты знаешь. Я никогда не пойду войной. Только если меня вынудят, – запах табака отравлял обоняние. Цыкнув, он недовольно зыркнул в мою сторону. Я обернулся волком. Мы не прощаемся со стариком. Он еще заставит меня выслушать свои нотации про кланы и их бесчестие. А сейчас мне нужно домой. Тревога, зародившаяся в самой душе, не давала покоя. Кровь, шпионы, напряженные отношения с альфами, сделка. Все оставалось за чертой леса. Сейчас я мчал по влажной земле, зная дорогу наизусть. Обычно мы доезжали на внедорожниках до перевалочного пункта, а дальше волками добирались до деревни. Сегодня я не хотел ждать. Дорога займет по меньшей мере всю ночь, но тьма сама расступалась, ведя меня по своим тропам. Вест приедет позже, а сейчас мне нужно подумать, в одиночестве. И будь я полностью честен, я не хотел засыпать. Мне пришлось бы снова видеть ее.

Морт кружил в небе, следуя за мной. Сокол всегда охранял на рассвете, наблюдая и выискивая, нет ли чужаков на земле клана. Я издал вой, подтверждая, что глава клана вернулся. Петляя меж деревьев, я уловил доносящийся шум горной реки. Уже близко. Перепрыгнув через ущелье и приземлившись лапами на землю, пронесся вперед. Волки, что вышли на охоту, присоединились, и мы летели по освещенному утренним солнцем лесу, ощущая запах хвои и только пробуждающейся после зимы природы. Связь, паутина клана, ощущалась высшим сокровищем. Я дома.

Меня разбудили ближе к вечеру. Жестоко и беспардонно. Волк от изнуряющей ночи и неглубокого сна готов был разорвать наглеца, только вот им оказался Вест. Этот наглец мне еще нужен.

– Какого дракона тебе надо? – меня, как сжатую до предела пружину, волк доводил еще больше. Не знаю почему он не унимался. До новолуния еще далеко. Настолько устав в дороге, я выпил дома зелье и уснул без сновидений.  Беспокойным, поверхностным, нервным сном.

– Совет требует твоих объяснений, – похоже он только приехал и его успели перехватить. Всем было очень интересно что я собираюсь делать. Мне тоже было это очень интересно. Встав с кровати, я пошел в душ, если удосужились меня поднять, подождут пока я спущусь.

В кабинете уже стояло четыре недовольных альфы. Вест был недоволен, что его после дороги заставили присутствовать на совете, трое оборотней были недовольны мной и моими решениями, хоть и старались не показывать этого. Я был уставшим.

– Совет старейшин через три недели. Арбор выполнили условия сделки с кланом Амнис. Я участвовал в обряде, но он не сработал. Более они не имеют прав угрожать нам, – предвещая возражения начал я, а волку словно на месте не сиделось. Держать его в узде было очень тяжело. Это вызывало гораздо больше настороженности, чем ситуация с кланами.

Голова гудела от нескончаемого трепа заботливых старейшин. Один твердил, что нельзя пускать все на самотек, другой уверял, что стоит попытаться еще, третий же предлагал бросить вызов Менкару за оскорбление клана. Буквы расплывались перед глазами, и я перевел взгляд вглубь слабо освещенного кабинета, туда, где стоял Вест. Худощавый блондин, облокотившись на стенку дубового шкафа, доверху заставленного книгами, свитками и документами, стоял, скрестив руки. Мое лицо не выражало ничего, ведь выхода нет и каждый, кто здесь находился это понимал. Как бы мне не хотелось сохранить то, что мы отстояли, тот шаткий мир, но ничего не выходит. Каждый старейшина по-своему прав, но прошло всего две недели и у нас есть время придумать как поступить. Смысл этой встречи ни я, ни Вест не понимали. Но как альфа я должен сидеть и слушать, и даже моментами отвечать на вопросы. «Советник Гейр, мы отправили Маки с решением, оно не подлежит обсуждению, через три недели совет, на нем мы обсудим детали сделки». Оборотню, что стоял напротив, не дашь и шести сотен лет, но это обманчиво. Неприметная одежда из простых черных штанов да льняной рубахи скрывала множество шрамов со времен багрового столетия, а также сильные завязи мышц. Стоявший рядом мужчина был моложе, но не менее хитрым и опытным. Третий же альфа был моложе их всех, но выступал почти всегда за нейтралитет.

– У альфы должна быть луна! – не унимался Гейр. Никому из клана не давало покоя, то, что альфа может чувствовать связь с истинной без встречи. Одни не верили, другие сочувствовали.

– Это мое дело, Гейр, знай свое место! – глубокое рычание вырвалось из глотки. Волк защищал свое всегда. Даже если защищать приходилось от своих.

– Что ты предлагаешь? Он не может заключить брак с гаммой, будучи связанным! Три сотни лет. Что вы предлагаете? Сейчас он выйдет и под елкой свою пару найдет?! – все это превращалось в балаган. Вест орал на советников, советники орали на Веста. Я выпустил феромон. Громко, ударив по столу, волки отступились от грызни. Держать уже разъяренного внутреннего зверя стоило мне титанических усилий. На то я и глава клана. К сожалению, это не было редкостью.

– На сегодня мы закончили! – я встал из-за стола и решил проверить как поживает молодняк. Омеги плохо себя контролируют, но уверен, их учитель не позволит распуститься. Мысль об этом заставила вспомнить, что я наконец дома. В своей стае, на своей земле. Если бы не совет и ощущение беды, это утро могло быть лучше.

Выйдя из кабинета, в котором проводилось почти все время, мы двинулись по коридору, плитка тихо стучала под тяжелой подошвой берцев, лучи уходящего солнца пробивались сквозь туман и плотную зелень близлежащих лесов. Коттедж был уединенным и стоял чуть поодаль от всей деревни. Сюда заглядывали лишь сильнейшие альфы, да советники с шаманкой Зоей. Мы спустились по ступеням и повернули. Через лес было бы быстрее. Мы замерли, не сделав и шага вперед. Девушка, черные волосы, странная кофта, штаны. Все в крови. И глаза. Ее синие глаза посмотрели на меня и стало понятно – это она. Как иронично. Мой новогодний подарок действительно был найден под елкой во дворе. Чувствовался едкий запах страха. Мой волк бесновался так, словно в него вселили стаю чертей самого дракона. Она попятилась назад и упала. Пульс участился в тысячу крат. По связи я отдал приказ никому не двигаться. Я разорву любого за нее. Не знаю кто это с ней сделал. Не знаю почему страх впитался в ее одежду. Но теперь ей нечего и некого боятся. Я нашел луну.

– Не надо. Пожалуйста. Я вас умоляю, – она не поднимала головы, обхватив колени руками. Хрупкая фигурка раскачивалась, пытаясь успокоится и перестать рыдать. Я медленно словно любое мое движение могло развеять этот мираж приблизился. Я слышал, как стучит кровь в висках, как желтым горят зрачки из последних сил сдерживая обращение.

– Тебя никто не тронет, – страх сковал мое сердце, ярость душу. Я аккуратно, как самый дорогой хрусталь, поднял ее с земли. В лицах волков я не видел ничего, кроме недоумения. Чужак на территории клана мгновенно должен был быть убит. Вест сразу все понял. Я занес спящую девушку в дом. Ветер действительно нес перемены.