Глава 2. Приглашение, которое нельзя было выбросить

Эллиот понял, что день будет плохим, ещё до того, как открыл глаза.

Просто по тишине.

Такая тишина бывает только перед тем, как всё начинает раздражать одновременно.

Обычно.

Слишком обычно.

Он пришёл на станцию раньше остальных, потому что не хотел ни с кем разговаривать.

Но это не спасло.

Потому что телевизор уже был включён.

И там снова был он.

Винсент Грейвен.

На этот раз в рекламном ролике: идеально освещённый, идеально причёсанный, идеально раздражающий.

— Новый благотворительный проект направлен на поддержку городских служб...

— Выключите это, — сказал Эллиот.

Никто не выключил.

- — ...спортсмены объединяются ради помощи пострадавшим...

Я сейчас сломаю этот телевизор.

— Ты уже ломал, — спокойно напомнил коллега.

Значит сломаю ещё раз качественнее.

Станция жила своей жизнью: кто-то спорил о еде, кто-то чистил оборудование, кто-то спал на стуле так, будто это его законное право.

А Эллиот просто пытался не думать о человеке с экрана.

Не получалось.

Потому что этот человек раздражал даже в тишине.

К обеду пришёл конверт.

Официальный.

Толстый.

С печатями.

– Что это? спросил Эллиот.

Коллега протянул ему бумаги.

— Инструкция по мероприятию.

— Я не читаю инструкции.

— Придётся.

Эллиот открыл первую страницу.

И закрыл её.

Слишком быстро.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Hoa.

— Там его имя написано слишком крупно.

— Это просто программа.

— Это оскорбление.

Коллега вздохнул.

— Ты просто проведёшь день на площадке. Ничего страшного.

Эллиот медленно поднял взгляд.

— Ничего страшного начинается с этой фразы.

Никто не ответил.

И это было хуже любого спора.

Просто потому, что отказать нельзя.

— Ты уже получил комплект формы? — спросил коллега.

— Я не участвую в этом цирке.

— Участвуешь.

— Нет.

— Тебя уже записали.

Эллиот остановился.

— Повтори.

— Тебя записали.

— Кто.

— Начальник.

Пауза.

— Я его сожгу.

— Пожалуйста, не при всех.

В углу кто-то засмеялся.

Слишком громко.

Слишком вовремя.

Как будто вся станция заранее знала, что он сейчас взорвётся.

В этот момент дверь открылась.

Начальник вошёл с папкой ещё каких-то документов.

Без лишних слов положил её на стол.

— Завтра выезжаем в городскую зону мероприятий. Подготовка к благотворительному дню.

Эллиот смотрел на него так, будто пытался прожечь дыру взглядом.

— Я отказываюсь.

— Нет.

— Это добровольно.

— Уже нет.

Смешки стали громче.

Эллиот сжал кулак.

— Вы хотя бы понимаете, кто там будет?

— Спортсмены, спонсоры, администрация.

— Он там будет.

Начальник кивнул.

— Винсент Грейвен.

Имя прозвучало спокойно.

Слишком спокойно.

Как будто это не было проблемой.

Как будто это не было личным оскорблением.

Эллиот медленно выдохнул.

— Вы издеваетесь.

— Это работа.

— Это пытка.

— Это мероприятие.

— Одно и то же, просто разными словами.

Коллеги начали переглядываться.

Для них это было просто событие.

Для него — нет.

Потому что у Эллиота было странное чувство к этому человеку.

Не интерес.

Не восхищение.

А раздражение, которое не имело логики.

Он не знал Винсента.

Но уже был уверен, что ненавидит всё, что с ним связано.

Позже вечером, когда станция опустела, Эллиот остался один в комнате отдыха.

Телевизор снова работал сам по себе.

Конечно.

На экране Винсент снова улыбался.

И в этот раз Эллиот не стал спорить с ним вслух.

Он просто смотрел.

Долго.

Пока не почувствовал, что это начинает бесить его ещё сильнее, чем обычно.

— Лицемерный ублюдок, — тихо сказал он.

И выключил экран.

Но ощущение, что это ещё не конец, не исчезло.

Оно только закрепилось.

Где-то в городе Винсент Грейвен жил своей жизнью, не подозревая, что для одного пожарного он уже стал проблемой, которая не собирается исчезать.

И что их столкновение – а не выбора. вопрос времени.