3. Время быстротечно, но наша встреча еще не скоро

За всю свою жизнь он не испытывал такой боли. 

Хотя болевой порог этого тела был достаточно высок, тем не менее, удары, что приходились прямиком на голую кожу, распарывая её практически на несколько слоев, доходя до кровавого месива, были, мягко говоря, неприятными. Хэ Шицзиань— законопослушный гражданин Китая — впервые был так сильно избит за то, чего не делал. 

Эта боль показалась сладкой после происшествия. Тот, кто ныне Линхэ Ци чувствовал себя героем, который смог вынести то, что не вынес бы другой человек, особенно из его мира. Ко всему прочему, он имел мужество плотно сжать зубы, до скрипа и играющих на висках желвак и не издать ни звука. В понимании некогда современного жителя это была поистине великолепная выдержка, достойная рукоплескания стоя!

Жетон он так и не показал, посчитав, что Чжао Бэю будет одиноко нести наказание одному. Такая наивная причина совсем не подвергалась критике внутреннего голоса, даже наоборот, выпятив метафорическую грудь, доказывал, что это очень полезный опыт. Теперь же они оба стояли с кровоточащими спинами в дисциплинарном зале, по сути являющимся проветриваемой беседкой в одной из сторон главного здания школы.

Учитель спокойно и с достоинством, присущим исключительно взрослым людям высокого положения, очищал бамбуковые палки, проходя мимо подростков.

Чжао Бэй в свою очередь кидал непонятливые взгляды на Линхэ Ци. 

«Что этот чудак творит, разве я не отдал ему жетон? Он решил покичиться тем, что несмотря на потерянную память может быть приличным братом? Ха, я ему задам!»

Линхэ Ци повернул голову, заметив на себе пристальный взгляд, и слабо улыбнулся Чжао Бэю, что злило того еще больше. Когда солнце село, скрыв последние лучи, а цикады начали петь, им было дозволено встать и направиться в свои комнаты.
 
С затекшими телами они оба поднялись, почти в унисон и поплелись в общежитие. Теперь же придется отрабатывать пропущенный день занятий! 

 
За будущие годы своего обучения в школе Линхэ Ци усвоил три очень важные вещи: 

Не ври. Не ври, иначе будет наказание от учителя. В тот самый первый раз, когда он с Чжао Бэй соврал учителю, шиди был прав — Янь Цзиньтао ни за что не поверил бы в такую чушь! Через несколько дней их ждало наказание за ложь. Хотя учитель Янь так и не смог узнать в чем именно они ему соврали, поскольку их объяснения были крайне заковыристыми, что и не придраться, чтобы не запутаться, тем не менее он по всем правилам осуществил наказание с учетом прошлых травм. 

Второй вещью было то, чтобы называть шиди — самым лучшим человеком в школе. После нужно было вернуться к первому пункту и исправить его на «не ври при учителе». Под влиянием Линхэ Ци Чжао Бэй стал меньше его колотить по пустякам и стал более добродушным человеком, что не могло не сказаться на общем фоне их отношений.

Третьим пунктом была учеба, учеба и еще раз учеба! Важные вещи должны повторяться трижды![1] Учись и совершенствуйся днем и ночью, чтобы достичь результатов и снискать уважение. 

[1] здесь я была удивлена и попробовала найти истоки выражения, но кроме нескольких новелл и фанфиков не нашла ничего. Видимо, оно пошло все-таки от другой новеллы. 

Ни с одним из пунктов у Линхэ Ци не было проблем. Он был достаточно ловок, чтобы избегать стычек с учителем, достаточно умен, чтобы похвала не переходила границы лести, и он всегда оставался снисходительным старшим братом и достаточно трудолюбивым, чтобы не лениться отдавать силы. 
За несколько лет отношения с Чжао Бэем превратились в дружеские и порой Линхэ Ци мог сказать плохое слово в сторону шиди, который тщательно принимал его и исправлялся.

Его жизнь и впрямь стала налаживаться!

Так пролетело несколько лет, но ничего не изменилось, кроме того, что слива в саду учителя перестала цвести. Он очень любил её, как узнал однажды Линхэ Ци — учитель порой пребывал в настолько меланхоличном настроении, что не шёл на лекции; потому ученикам приходилось самим искать своего наставника и частенько заставить его под деревом сливы, спящим или медитирующим.

Линхэ Ци был прилежным учеником, поэтому к тому моменту он уже достиг положения старшего ученика, заменив адепта, который отправился путешествовать по миру и применять свои знания во благо. 
 
Иногда его посещали мысли вроде тех, что может ли  учитель быть другом из прошлой жизни? Тогда точно нет никаких шансов!  Что мне теперь за каждым встречным гоняться? -  так думал Линхэ Ци каждый раз поглядывая на своего учителя.   

«Нет  мой Лин был добрым и веселым, а не эта… бестия с бамбуковой палкой.» — к такому выводу он приходил последние пару лет.
 
Однако, несмотря на это, Линхэ Ци с достоинством продолжал учиться. 
Все старшие адепты после достижения определенного возраста -  шестнадцати лет - и имеющие что немаловажно должного уровня знаний должны были отправиться в путешествие по миру заклинателей, длящееся минимум один год. Сначала юных птенчиков выпускают в пришкольные земли, как если бы новый выводок приучали к улице. Только после того, как они успешно справлялись с мелким заданием в городе, которых всегда было предостаточно, тогда их с почестями и учительским благословением отправляли в большой мир вершить подвиги или просто обучаться другим истинам, которые школа не могла дать каждому индивидуально и по интересам.  
  
Поскольку Линхэ Ци и Чжао Бэй были одногодками с разницей лишь в пару месяцев, то было принято простое решение - один отправится на юг города, а второй на север, дабы не мешать друг другу. Это было похоже на своеобразные квесты, которые должны быть пройдены самостоятельно.  

На юге орудовал призрак неупокоеннной души. Очевидцы рассказывали, как она пугает их до смерти по ночам забираясь в их окна, и переворачивая весь дом за мановение будто в поисках чего-то. Людей она трогала редко, однако сам факт, что она мешает жить -  был весомым поводом ее изгнать. Такое задание вполне подходило для старшего адепта, чтобы он справился в одиночку и изгнал дух.

На севере города жители жаловались на вой по ночам. Нет, это были не собаки. Вернее собаки, но демонические, возможно, оборотни, которые кидаются на людей, что по неосторожности или глупости решили выйти на улицу ночью, невзирая на строгое табу.  
 
С полными безразличия глазами учитель Янь долго решал кого куда отправить.  
 
Чжао Бэй подавал надежды свирепого воина, который без страха и сомнения расправился бы и со стаей волков и со злобным призраком лишь на одной силе воли. 
Линхэ Ци же был более уравновешенным и определенно отдал бы предпочтение тактике, нежели столкновению лоб в лоб.  
Призрак взбешенной дамы мог быть изворотливым и от того еще более опасным, а волки согласно инстинктам и движениями которые они испытали при смерти будут слепо кидаться на атакующего.  
 
Учитель  Янь поднял сложенный веер над их головами и торжественно, как только мог, изрёк:

— Ты, — он указал на Чжао — пойдешь на север. 
— А ты —  указал на Линхэ — на юг. 
  
На том и порешив он развернулся чтобы уйти — эти ученики были одного с ни роста, стоять к ним впритирку слишком унизительно для пятидесятилетнего культиватора.  

— Учитель! — воскликнул вдруг Чжао Бэй. 
—Что еще? — раздраженно кинул тот через плечо. 
— Вы забыли нас благословить на дорогу. 
— … — Янь Цзиньтао развернулся резко, — а сейчас я только что, что по-твоему сделал, идиот? 
 
Опешив, ученик извинился и поклонился, разворачиваясь сторону главных ворот, что-то нечленораздельно бурча под нос.  
Линхэ Ци благодарно поклонился учителю  и тоже последовал туда. 
 
Ученики не знали сути своих заданий. Им предстояло выяснить в чем заключается проблема жителей и безопасно ее решить.

Линхэ Ци не был уверен до конца, издевался ли учитель давая им такие простые задания или беспокоился об их безопасности. Но они с соучеником Чжао уже достаточно взрослые, чтобы самостоятельно справляться с проблемами! Так или иначе, Учитель Янь больше ничего не сказал и махнул рукой, мол идите, у меня ещё много дел без вас.

И так, попрощавшись друг с другом Линхэ и Чжао разошлись по разным улицам, по разным краям города. 

Линхэ порой посещала мысль, почему его друг должен был переродиться в этом мире? Может вся его жизнь в огромном мегаполисе была настолько тяжела, что теперь он заслужил отдых на природе? 

Тогда получается, Линхэ... Нет, тот, кем он был не имел права выходить в мир, ровно до тех пор, пока не привыкнет, не сольётся с обстановкой, чтобы не колебаться и без того хрупкое равновесие мира. 

Он был таким удивительным! Великий Яньван сделал не просто одолжение отправив его сюда не с самого-самого начала, рождения, а уже осмысленным юношей, преподнёс настоящий дар! Ведь он не смог бы оценить в прелесть мира, если бы вырос в нём. 

Идя по заполненным людьми улицами, Линхэ Ци ощущал безмятежность и совсем не волновался о встрече с опасностью, поджидающей его на окраине города.. Несмотря на то, что город был под защитой духовной школы, не каждый призрак или демон считался с заклинателями и поэтому жалобы жителей окраинных домов часто были актуальны. 

Сегодня Линхэ и Чжоу очень повезло, что им достались задания на разных концах. 


Выпускники, старшие адепты с упоением рассказывали как справлялись с монстрами и шёпотом, как бы между делом, рассказывали, что видели своих наставников краем глаза, словно он и не пытались скрыться. 

То есть сейчас Линхэ Ци был полностью уверен, что учитель последовал за Чжао Бэем!  Радость какая, за ним никто не будет вести надзора.

Если, конечно, учитель Янь вообще во что-то ставит своих учеников. Хотя в этом сомневаться не приходилось — иначе бы они ничему не научились за эти года.