- Линхэ Ци, как ты смеешь умирать?!

— Линхэ Ци[1], как ты смеешь умирать?!

[1] -  凌河奇 [línghé qí] - мирная душа вместе (ровная). Вероятно, имелось ввиду, что в тело вселилась мирная душа, а не злой дух.

Последовал удар, опустившийся прямо на ребра и Линхэ издал сдавленный вздох, после начиная дышать более ровно, ингода хватая воздух.

— Я тебе запрещаю, понял? Если учитель узнает, что ты скопытился раньше срока, он с меня шкуру спустит, — парень опустил брезгливый взгляд на распластанного на полу ученика.

Стараясь куда-нибудь выместить злость он ударил землю рядом с Линхэ Ци и топая, удалился, напоследок махнув рукой и крикнул:

— Живой, значит сам разберешься, неудачник!

После его ухода Линхэ Ци протяжно застонал:

«Яньван хочет свести меня в могилу во второй раз!»

Переведя дух, захваченный болью он поднял руку, чтобы прикрыть ноющую грудь. Кажись, этот пацан ему все кости переломал. С трудом поднявшись, для начала перевернувшись на один бок, он оперся на стену и загнанно поднял взгляд.

Во-первых, он был ниже своего прошлого тела. Во-вторых это был какой-то старый сарай с затхлым воздухом, а единственный выход был закрыт с наружной стороны. Яньван, ты должно быть шутил когда сказал, что переселишь в неплохое тело?

Линхэ Ци заковылял до двери, желая узнать насколько хороший там замок и сможет ли он выбраться. Должно быть тот ученик закрыл его, чтобы никто другой не обнаружил его бедственного состояния и не позвал учителя.

Учителя? Он переселился в мир с сельскими школами что ли.

Заинтересованный, он присел возле двери, чтобы перевести дух и попытаться вспомнить хоть что-нибудь от владельца тела. Но вместо того, чтобы прояснялись воспоминания, он почувствовал как по телу бежит тонкая струйка теплой энергии.

Какого чёрта! [2]

[2] - 下老子一跳 xià lǎozi yī tiào - китайское ругательство, обозначающее степень испуга.
Пп: хотелось заменить на «обалдеть», но тогда немного меняется суть.

Широко раскрыв глаза от удивления он замедлил дыхание, едва ли не переставая дышать совсем, боясь, что энергия пропадет. Но она продолжала циркулировать мягким потоком, постепенно заживляя раны. Линхэ Ци молча наблюдал за тем как царапины перестают кровоточить, а боль в груди успокаивается.

Просидев так еще какое-то время он вдруг услышал, как отодвигается засов и в двери оказывается тот парень, который избивал его.

— Эй, нормально все? — подозрительно спросил он, когда почувствовал, что этот недоносок слишком долго на него смотрит, — я тебе память что ли отшиб?

Линхэ Ци покачал головой и спросил:

-— Шисюн[3], как тебя зовут?

[3] - обращение к старшему ученику в рамках класса или школы.

Парень испугался и на мгновение застыл — точно отшиб!

— Какой я тебе шисюн?! Я Чжао Бэй[4] - твой уважаемый младший брат по школе, запомни!

[4] - 赵贝 [zhàobèi] - дословно обозначает «быстро ходящий/прыгающий моллюск», но другое значение может подразумевать под собой «быстро передвигаться по северу».

Придя к выводу, что это не какая-то сельская школа Линхэ Ци спросил:

—  Какой школе, уважаемый младший брат?

— Эй, не называй меня младшим!

Линхэ Ци был в замешательстве: как же его называть?

— Ты, паразит, чудом попал в великую школу заклинателей, а теперь и названия ее вспомнить не можешь!

Словно не сумев вынести глупости этого человека Чжао Бэй хлопнул хлипкой дверью и удалился, крича по пути:

— Если так интересно, то добеги до главных ворот и посмотри!

В эффектных уходах этому человеку не занимать.

Линхэ Ци снова остался один и решил последовать совету Чжао Бэй.

В тот день Чжао Бэй подумал, что паршивец Линхэ Ци окончательно потерял рассудок. Но Линхэ Ци наоборот приобрел небывалую ясность ума.

Школа носила название Хуланцзи[5]. По пути до главных ворот, которые были видны практически с каждой точки школы, Линхэ Ци увидел много людей одетых в форменную одежду, некоторые из которых странно оглядывались в его сторону. У него что-то на лице?

[5] - 虎狼之地 [hǔláng zhī dì] — Земля тигра и волка. Название от китайской пословицы «Только отошел от логова волка, как попал в пасть тигру», обозначающее содружество (в свою пользу) .

Через школу проходила река, а от нее шли ручьи. Прежде чем вернуться назад, Линхэ Ци спустился к воде и взглянул.

За черным слоем грязи он ничего не разглядел. После того, как он его смыл, вода стала черной, прошлась рябью и успокоилась. Теперь Линхэ Ци видел размытое изображение взлохмаченных волос, тонких черных бровей и глаз.

Решив, что стоит привести себя в порядок, прежде чем возвращаться назад, он взялся за расчесывание волос.

Когда он уже решил вернуться, понемногу спускались сумерки и многие ученики завершили свои тренировки.

Он присел на камень, не зная куда ему следует идти: есть ли здесь общежитие как в университетах или может каждому предоставляется отдельный домик?
Вдруг он всем нутром почувствовал леденящий холодок по спине.

— Линхэ Ци, по какой причине ты сегодня пропустил занятия?

Линхэ Ци вскочил с камня и обернулся — разумеется, теперь его звали так и все дела тоже его. Перед ним стоял человек, задавший этот вопрос. Он был в простых темных одеждах школы и, видимо, даже не собирался как-либо выделяться среди учеников. На вид он был одного возраста с ним… из прошлой жизни. Сейчас, разница в их статусе и возрасте была совсем не маленькая. Позади него поспешно встал на колени Чжао Бэй, все дорогу преследующий мужчину.

— Учитель! — воскликнул он задыхаясь.

Мужчина кинул на него взгляд через плечо и ничего не ответил.
Линхэ Ци тоже посмотрел на Чжао Бэя. Выражение его лица напоминало отчаяние. Сложив руки, Линхэ Ци склонился и сказал.

— Этот ученик просит прощения, больше такого не повторится, — подобную речь Хэ Шицзиань задвигал преподавателям в университете, пусть и пропускал редко.
Учитель покачал головой.

— Я спросил о другом.

Линхэ Ци не стал разгибаться и вежливо ответил:

— Да, но я не…
— Учитель! — еще раз воскликнул Чжао Бэй, перебивая, — по моей вине старший брат потерял…
—  Потерял поясной жетон в реке, поэтому искал его.

Вымокший внешний вид и грязь под ногтями делала эту ложь более правдоподобной. Чжао Бэй удивленно посмотрел на него, а потом активно закачал головой, словно болванчик.

В таком случае их ждало не столь серьезное наказание, какое бы получил в другом случае Чжао Бэй за причинение вреда соученику.

Учитель удовлетворенно хмыкнул и спросил нашел ли Линхэ Ци жетон.

На это Линхэ Ци было нечего сказать и он понуро опустил голову.

— В таком случае Чжао Бэя ожидает наказание за причинение слабого вреда своему шисюну, а Линхэ Ци понесет ответственность за утерю жетона.

С этими словами учитель удалился. Потеряв его из виду Чжао Бэй сделал резкий выдох, будто все это время держал воздух в себе.

— Линхэ Ци! — взревел он, бросаясь на него, внезапно обретя смелость — Ты… Он в жизни не поверит этому!

От собственного отчаяния, он даже не нашел сил ударить Линхэ.
Махнув рукой, он сказал, что собирается спать, ведь завтра придется принять наказание, пусть оно и было куда меньше, чем должно быть изначально.

Достав из кармана какую-то подвеску он потер ее в руках в раздумиях и в конце концов небрежно кинул в руки Линхэ Ци.

— Твой жетон. Скажешь, что нашел.

На жетоне было выгравировано имя, школа и имя учителя, к которому был прикреплён ученик.