Глава 3
Телефон Тейлор завибрировал.
Она глянула на экран. Сообщение от Саши. Одно слово. Заглавными буквами.
«ЧРЕЗВЫЧАЙНОЕ ПРОИСШЕСТВИЕ!!»
Тейлор не спросила «кто?», не уточнила «что случилось?». Она знала протокол.
Пиклз, дремавшая у неё на коленях, подняла голову, когда Тейлор резко встала.
- Прости, - сказала она таксе. - ЧП.
Пиклз, похоже, поняла. Вздохнула и переползла на тёплое место дивана.
Тейлор прошла на кухню. Открыла морозилку. Достала три пачки мороженого - ванильное, клубничное и шоколадное, потому что никто никогда не знал, какое именно Джулия захочет сегодня. Потом залезла в шкаф и вытащила большую плитку молочного шоколада с орехами. Любимый Джулс.
Феликс, сидевший за столом с ноутбуком, поднял бровь.
- ЧП? - спросил он.
- ЧП, - подтвердила Тейлор.
Он не стал спрашивать подробностей. Знал, что если нужно, сама расскажет. Или нет. Он просто кивнул:
- Передай Джулии привет.
- Передам.
Тейлор натянула кроссовки, сунула мороженое в пакет с холодом и вышла на улицу. До дома Джулии было пятнадцать минут пешком. Она шла быстро, обходя трещины в асфальте (только необходимые, только те, что вели к цели), и через десять минут уже стояла у знакомой калитки.
Саша была там. Сидела на крыльце, поджав под себя ноги, и листала ленту в телефоне. Увидела Тейлор, кивнула на дверь:
- Она в спальне. Рыдает уже полчаса. Говорит, что на этот раз окончательно и бесповоротно.
- В прошлый раз тоже говорила, - напомнила Тейлор.
- В прошлый раз она не называла его «пустым местом без чувства юмора и вкуса в музыке».
- А в этот?
- В этот она сказала, что он даже не заметил её новую стрижку.
Тейлор присвистнула. - Это серьёзно.
Они вошли в дом. Мама Джулии, синьора де Санта Мария, сидела на кухне с чашкой кофе и с таким видом, будто ЧП случались в этом доме раз в неделю (что, в общем-то, было правдой). Она махнула рукой в сторону лестницы:
- Она наверху. Мороженое взяли?
- Взяли.
- Хорошие девочки.
Тейлор и Саша поднялись в комнату Джулии.
Джулия лежала на кровати лицом в подушку. Её чёрные волосы разметались по одеялу, винно-красные конверсы валялись у двери. Из динамика телефона играла грустная песня - та, которую Джулия включала только в такие дни.
- Чрезвычайное происшествие, - объявила Тейлор, выкладывая мороженое на тумбочку. - У нас ванильное, клубничное, шоколадное и твой любимый шоколад.
Джулия не подняла головы. Просто протянула руку и наугад схватила клубничное.
- Он козёл, - сказала она в подушку.
- Не сомневаемся, - кивнула Саша, усаживаясь на пол и открывая ванильное. - Рассказывай.
И Джулия рассказала. Про то, как он забыл про их месячную годовщину. Про то, как она купила билеты в кино, а он сказал, что устал. Про то, как она подстриглась, а он даже не заметил.
- Это всё? - спросила Тейлор, когда Джулия закончила.
- А этого мало?
- Достаточно, чтобы считать его козлом, - согласилась Тейлор. - Но недостаточно, чтобы плакать в подушку.
Джулия села. Её глаза были красными, но в них уже появился знакомый боевой огонь.
- Ты права. Он козёл.
- Я не говорила, что он козёл, - поправила Тейлор. - Я сказала, что этого достаточно, чтобы считать его козлом. Это твоё право - считать его козлом или нет.
Джулия моргнула. Потом рассмеялась - сквозь слёзы, хрипло, но искренне.
- Боже, Тей, ты иногда говоришь как робот.
- Спасибо.
- Это был не комплимент.
- Я знаю. Я приняла это как комплимент.
Саша закатила глаза, но улыбнулась. Она протянула Джулии вторую ложку:
- Давай. Мороженое тает.
Они сидели втроём на кровати Джулии, ели мороженое, слушали грустные песни и через полчаса уже обсуждали, как они отомстят этому козлу, а через час - смеялись над тем, какое у него было глупое лицо, когда он пытался казаться умным.
Тейлор смотрела на подруг и думала: вот что значит «чрезвычайное происшествие». Это не когда кто-то умирает. Это когда кто-то плачет, а ты можешь это остановить.
Она улыбнулась и открыла шоколадное мороженое. Ее любимое, со вкусом ванили.