Пятнадцать минут до выхода

Девушка дрожа шла по коридорам Лабиринта.Каждый шаг давался ей с огромным трудом.Ноги подкашивались.Перед глазами всё плыло.
После падения с обрыва голова всё ещё сильно кружилась, а в ушах временами появлялся неприятный звон.
Она несколько раз пыталась ускорить шаг, но тело больше не слушалось.
— Ещё немного... — еле слышно прошептала она.
— Совсем немного...
Она знала этот участок Лабиринта.
До выхода оставалось около пятнадцати минут.
В обычный день она преодолела бы это расстояние за считаные минуты.
Но сейчас каждая секунда казалась вечностью.
Её дыхание стало тяжёлым.В груди неприятно кололо.Она коснулась рукой холодной стены, пытаясь удержать равновесие.Но ноги всё равно подкосились.
Джессика медленно опустилась на землю.Она подтянула колени к груди и крепко обняла их обеими руками.
По телу пробежала сильная дрожь.
Ей было холодно.Очень холодно.
Ветер, гулявший между каменными стенами, пробирал до костей.
Она дрожала не только от холода.
Адреналин, который всю ночь заставлял её двигаться, постепенно исчезал.
Теперь организм чувствовал каждую рану.
Ладони были полностью содраны.Запёкшаяся кровь покрывала пальцы и запястья.Стоило немного пошевелить руками — и боль становилась почти невыносимой.
На левом плече уже наливался большой синяк после падения.Спина болела так сильно, что даже сидеть было тяжело.
Она медленно подняла взгляд.Несколько длинных волнистых прядей упали ей на лицо.
Когда-то аккуратные волосы теперь были спутаны, покрыты пылью и засохшей тёмной жижей гривера.
Джессика машинально попыталась убрать волосы за ухо.Но лишь размазала по щеке ещё больше грязи.
Она посмотрела на свою футболку.Коричневая ткань была разорвана в нескольких местах.
На ней смешались кровь, пыль и тёмные следы после схватки с гривером.
Джинсовые шорты были испачканы землёй, а на коленях виднелись свежие ссадины.
Она горько усмехнулась.
— Похожа... будто вернулась с войны...
Прошептала она самой себе.
После этих слов девушка опустила голову на колени и закрыла глаза.Ей хотелось хотя бы несколько минут просто посидеть в тишине.
Но где-то глубоко внутри она понимала.
Останавливаться опасно.
Она глубоко вдохнула.Но тело будто стало чужим.Сил почти не осталось.

Тем временем в Глейде никто не расходился.Все молча стояли возле открытых ворот Лабиринта.
Даже самые шумные глэйдеры сегодня не произносили ни слова.
Тишина давила сильнее любого крика.
Минхо сидел на земле, опустив голову.
Перед глазами снова и снова всплывал момент, когда он оставил Джессику одну.
Он крепко сжал кулаки.
Галли недовольно смотрел то на Минхо то на Томаса.
Г:Минхо ты конечно мне друг,но какой же ты идиот,бросил девушку в лапу гривера.сказал он злобно тыкая пальцем в лицо друга.
М:Я знаю она жива,она лучше всех нас взятых знает лабиринт,да я виноват
Тихо прошептал он.
Внезапно он резко поднялся на ноги.
Все удивлённо и одновременно посмотрели него.Не говоря ни слова, Минхо направился прямо к воротам Лабиринта.
Ньют сразу заметил это и начал за ним идти.
Н:Минхо!
Тот не остановился.Он продолжал идти.
Н:Минхо!Придурок посмотри на меня!
Ньют догнал его и схватил за плечо.
Минхо медленно повернул голову.
В его взгляде читались усталость, вина и решимость.
М:Я оставил её там.
На несколько секунд повисла тишина.
М:И я приведу её домой.
Он аккуратно убрал руку Ньюта со своего плеча.
М:Даже если придётся снова пройти через весь Лабиринт.
Ньют внимательно посмотрел ему в глаза.
Н:Я помогу пошли вместе.сказав это он тоже пошел в входу лабиринта.
М:Стой,это моя вина и я должен сам.
Несколько секунд Ньют молчал.
Затем тихо произнёс:
Н:Не смей возвращаться один.
Минхо едва заметно кивнул.
И, не сказав больше ни слова, снова побежал к воротам.
Через мгновение его фигура скрылась среди высоких каменных стен.
В Глейде снова стало тихо.Никто не произнёс ни слова.
Каждый думал об одном и том же.
Лишь бы они оба вернулись.

Джессика всё ещё сидела на месте, прижав колени к груди.
Подбородок медленно сполз на сложенные руки, будто даже шея больше не держала вес усталости.
Веки то и дело опускались, и каждый раз ей приходилось заставлять себя снова открыть глаза.От камня тянуло сыростью и холодом.Он пробирался сквозь одежду, сквозь кожу, добирался до костей.
Пальцы на руках почти не слушались — она с трудом чувствовала их кончики, только иногда, когда дрожь проходила по ладоням, понимала, что они ещё здесь.Засохшая кровь стягивала кожу, делая каждое движение неловким и болезненным.Дыхание выходило короткими, неровными порциями.
Перед глазами всё плыло, стены коридора то сжимались, то отступали, будто Лабиринт сам дышал вместе с ней.
Она пыталась сосредоточиться на чём угодно: на собственном вдохе, на капле воды где-то в темноте, на шорохе, который мог оказаться чем угодно.
Но мысли расползались, как песок сквозь пальцы.
Сколько она уже здесь сидит?
Она не знала.
Минуты давно перестали отличаться от часов.
«Только бы... ещё немного...»
Эта мысль держалась в голове тонкой, почти прозрачной ниткой.Потом и она начала рваться.Плечи Джессики чуть дрогнули, голова снова опустилась ниже.
Тело больше не спорило с усталостью — просто медленно сдавалось ей.

Тем временем Минхо бежал по Лабиринту.
Он уже не замечал, как каменные стены мелькают по бокам, как воздух режет горло, как ноги отзываются тупой, нарастающей болью.Каждый шаг отдавался в коленях и ступнях, но он не сбавлял темпа.
Он только сильнее сжимал челюсть и вглядывался в очередной поворот, будто мог вырвать ответ у темноты одним взглядом.
«Только бы успеть...»
Эта мысль стучала в висках в такт бегу.
«Пожалуйста...»
Он сам не заметил, как начал шептать это вслух, почти беззвучно, сквозь сбитое дыхание.
Каждый новый коридор он просматривал слишком быстро, почти жадно, надеясь увидеть знакомую фигуру у стены, услышать хоть какой-то отклик.
Но Лабиринт отвечал ему только пустотой.
М:Джессика! — крикнул он, и голос сорвался на последнем слоге.
Тишина ударила сильнее любого ответа.
Минхо рванул дальше.
В голове вспыхнула мысль, от которой стало ещё теснее в груди.
«Если я её не найду...»
Он не договорил даже мысленно.
Слишком хорошо знал, что будет дальше.
Слишком хорошо знал, как долго потом будет смотреть в одну точку и вспоминать каждый свой шаг.
«Я никогда себе этого не прощу.»
Перед глазами, как назло, всплыл тот момент.
Как он оставил её возле Алби.
Как тогда казалось, что это ненадолго.
Как он убежал вместе с Томасом, потому что иначе нельзя было.
Пальцы Минхо сами собой сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.
М:Прости меня...
Слова вырвались почти беззвучно, растворяясь в каменных стенах.
М:Я должен был вернуться раньше.
Он резко свернул за очередной угол — и остановился так внезапно, что едва не потерял равновесие.
В конце коридора, у самой стены, сидела маленькая фигура.
Сжавшись в комок, она почти не двигалась.
Сначала Минхо даже не поверил собственным глазам.Он моргнул, будто темнота могла сыграть с ним злую шутку.
Но фигура не исчезла.Сердце ударило один раз — тяжело, глухо.
Потом ещё раз, уже быстрее.
М:Джесс
Он сорвался с места.Колени коснулись пола почти одновременно с тем, как он оказался рядом.
Минхо осторожно взял её лицо в ладони, будто боялся, что любое резкое движение разрушит этот хрупкий момент.
Его руки дрожали — не сильно, но достаточно, чтобы это почувствовалось в прикосновении.
М:Джессика...
Он наклонился ближе, заглядывая ей в лицо.
М:Открой глаза...
Её веки дрогнули не сразу.Потом медленно, с усилием, приоткрылись.
Взгляд был мутным, рассеянным, словно ей приходилось пробираться сквозь густой туман, чтобы увидеть его.Несколько секунд она просто смотрела на Минхо, не двигаясь, будто пыталась понять, не очередная ли это игра усталости и боли.
У него перехватило дыхание.
Он почувствовал, как что-то горячее подступает к глазам, и резко моргнул, но это не помогло.
М:Я нашёл тебя...
Голос сорвался на последнем слове, и он тут же сжал губы, будто пытаясь удержать себя в руках.
М:Прости... пожалуйста...
Джессика попыталась что-то сказать.
Её губы едва заметно шевельнулись, но звук так и не появился.
Она только чуть нахмурилась, словно даже это движение стоило ей слишком дорого.
Минхо не стал ждать.
Он осторожно подхватил её под плечи, помогая подняться.
Джессика встала неуверенно, будто земля под ногами была чужой.
Один шаг.Потом второй.
Её пальцы на мгновение слабо коснулись его рукава, словно она искала опору, но тут же соскользнули.
Ноги подкосились.Голова Джессики чуть запрокинулась, и взгляд окончательно потух.Минхо успел поймать её прежде, чем она упала.
Он прижал её к себе крепче, чем собирался, и тут же ослабил хватку, будто испугался причинить боль.
М:Всё...
Он говорил тихо, почти в её волосы, не столько ей, сколько самому себе.
М:Я с тобой.Теперь всё хорошо.
Он поднял её на руки.
Она оказалась легче, чем он ожидал, и от этого у него неприятно сжалось горло.
Голова Джессики бессильно легла ему на плечо.
Минхо на секунду задержал взгляд на её лице, словно проверяя, дышит ли она, и только потом быстро двинулся к выходу, не позволяя себе ни остановиться, ни оглянуться.

У ворот Лабиринта весь Глэйд продолжал ждать.
Никто не расходился.
Даже те, кто уже не раз проходил вдоль стены туда и обратно, снова и снова возвращались к проходам, будто от этого зависело, появятся ли они там.
Взгляды цеплялись за темноту, за каждый шорох, за любое движение между каменными створками.
Чак первым заметил их.
Ч:Они!