Двадцать восьмая глава: Внутри тьмы

Немного передахнув, и собравшись с мыслями.
Мы с Минхо побежали. Звуки Гриверов были повсюду, и вдруг один из них появился прямо перед нами...

POV: Автор

Когда ворота Лабиринта с глухим металлическим рёвом сомкнулись, Глэйд словно вымер.

Тишина была ненормальной — тяжёлой, давящей.
Первым не выдержал Чак. Его губы задрожали, глаза наполнились слезами.

— Нет... — прошептал он. — Нет, пожалуйста...

Ньют медленно опустился на колени прямо на землю, будто ноги отказали. Он смотрел на закрытые ворота, не моргая, и снова и снова шептал, почти не осознавая слов:

— Нет... нет... только не они... только не они...

Фрай, всё ещё цеплявшийся за надежду, подошёл к нему и осторожно попытался поднять.

— Ньют... — сказал он тихо. — Вставай. Они... они смогут вернуться

Но Ньют лишь сжал кулаки, плечи его дрожали.

Томас сидел неподвижно, уставившись в одну точку. Он сам только что оказался по ту сторону ворот — и слишком хорошо знал, что это значит. Осознание ударило поздно, но больно.

Алби тяжело дышал, его состояние резко ухудшилось. Медбратья действовали быстро — подхватили его и почти бегом унесли в медпункт.

В этот момент к воротам подбежала Тереза.

— Где Минхо?.. — голос её сорвался. — Где Рейвин?

Ответа не было.

Все опустили глаза. Даже Галли, обычно громкий и резкий, молчал. Тереза всё поняла мгновенно. Слёзы хлынули, она бросилась к воротам, начала бить по металлу, кричать, звать, срывая голос.

— Откройтесь! — рыдала она. — Пожалуйста! Откройтесь!

Но ворота оставались глухи. Они откроются только утром.

Томас схватился за голову, резко выдохнул. До него дошло, что произошло на самом деле.

Фрай снова подошёл к Ньюту, который сидел, закрыв лицо руками.

— Соберись, — сказал он твёрже. — Теперь ты главный. Ты должен быть сильным. Ради них.

Ньют всхлипнул, провёл рукой по лицу и медленно поднялся, пытаясь взять себя в руки.

День прошёл серым.
Никто не улыбался.
Все ходили, как призраки.

Тереза заперлась в хижине и плакала, не выходя.
Томас сидел в картохранилище, вспоминая смех, разговоры, моменты, когда они все были вместе.
Чак и Фрай говорили без умолку — будто слова могли удержать надежду.
Алби становилось всё хуже, его держали в медпункте, пока не найдут противоядие.

Всем было тяжело.
Всем было плохо.

⸻

POV: Рейвин

Чёрт. Только не это.

Минхо среагировал мгновенно — резко схватил меня за запястье и рванул за собой. Мы бежали, почти не оглядываясь, но звуки Гриверов были повсюду: металлический скрежет, гул, вибрация в стенах.

Я знала — от них почти невозможно оторваться.

Стены двигались. Лабиринт менялся, путал нас, ломал ориентиры. Мы пытались угадывать повороты, но впереди внезапно оказался тупик.

Я резко свернула налево, а Минхо — направо.

Мы остановились одновременно, обернувшись друг к другу через коридор.
Кто-то из нас должен был уйти.

Но было поздно.
Гривер был уже слишком близко.

— Беги! — закричала я, разворачиваясь. — Я найду тебя!

— Только останься жива! — крикнул он в ответ. — Прошу!

Гривер выбрал меня.

Странно, но в тот момент я почувствовала облегчение.
Пусть лучше я.
Только не он.

Я бежала, чувствуя, как силы стремительно покидают тело. Лабиринт — это ад, и выживать в нём действительно почти невозможно. Очередной поворот — и снова тупик.

Конец.

Гривер приближался. Я знала: даже если убью его, придёт другой. Всегда приходит другой.

На стене я заметила длинные лианы, тянущиеся вверх.

— Ну что ж... — прошептала я. — Испытаем удачу.

Я начала карабкаться. Руки скользили, тело дрожало от усталости. Я надеялась, что Гривер останется внизу, но он полез за мной, цепляясь клешнями за стену.

Слишком близко.

Собрав остатки сил, я использовала способность и подняла себя ещё выше. И вот я уже наверху Лабиринта — но не остановилась, побежала дальше.

Дыхание сбилось, ноги горели, но впереди начинал светлеть горизонт — приближался рассвет.

И вдруг... стена подо мной начала уходить вниз, меняя положение.

Опять тупик.
Опять.

— Да сколько можно?! — вырвалось у меня.

Я прыгнула, не думая. Высота была смертельной, но лианы снова спасли меня. Я отчаянно спускалась, царапая ладони, и скрылась в потайной нише Лабиринта.

Гривер спустился следом. Замер. Прислушивался.

Я затаила дыхание. Сердце колотилось так громко, что казалось — он услышит. Секунды тянулись вечностью.

Он ушёл.

Я выдохнула, вылезла из укрытия и начала искать Минхо. Бежала, ориентировалась как могла, пока вдруг не увидела его — он мчался ко мне.

А за ним — Гривер.

Я не думала. Вытащила лук, натянула тетиву и выстрелила. Стрела попала в механизм — одна часть Гривера остановилась, другая всё ещё пыталась двигаться.

— Это ненадолго! — крикнул Минхо. — К выходу!

Он схватил меня за руку, и мы побежали. Рассвет был совсем близко. Гриверы появлялись всё реже.

И вдруг — гул.
Ворота открывались.

Мы выскочили из-за угла измождённые, грязные, еле стоящие на ногах. Я увидела удаляющиеся спины,похоже они потеряли надежду что мы живы.Но кто-то заметил нас и закричал. Все обернулись.

Крики радости.
Солнце ослепило.
Небо.
Свежий воздух.

Я рухнула на землю, а рядом со мной — Минхо.

Ньют почти плакал от радости.
Чак кричал: «Они вернулись!»
Фрай держал его за плечи.
Томас облегчённо улыбался.
Тереза обняла меня так крепко, что стало больно.

— Дура! — сквозь слёзы сказала она. — Первый день в Лабиринте — и уже чуть не сдохла!

Я слышала голоса, смех, слова...
А потом всё потемнело.