Эхо

Они шли дальше.

Лес стал гуще, но уже не таким давящим. После мира духов всё вокруг казалось... слишком материальным. Слишком простым. Ветки хрустели под ногами, где-то ухала птица, ветер колыхал верхушки деревьев.

Цестер шёл впереди, сосредоточенно всматриваясь в землю.

— Ты уверен, что это её след? — спросил Варглиор, перепрыгивая через поваленный ствол.

— Если ты имеешь в виду обугленные ветки и лёгкий запах дыма — да, уверен.

Лис фыркнул.

— Я просто уточняю. Вдруг ты решил идти по следу какого-нибудь нервного лесного духа с проблемами самоконтроля.

— У нас уже есть один нервный дух с проблемами самоконтроля, — сухо ответил Цестер.

— Это ты сейчас о себе или о сестре?

Цестер бросил на него взгляд.

— Мне тридцать лет. Я серьёзный человек.

Варглиор театрально остановился.

— Ты вчера кричал в лесу, закрывая уши, потому что голоса называли тебя «плодом».

— Это была психологическая атака!

— Ага. Очень зрелая реакция для серьёзного человека тридцати лет.

Цестер закатил глаза.

— Ты вообще лис.

— И что?

— Ты должен охотиться на мышей, а не комментировать мои жизненные решения.

Варглиор приподнял морду.

— Во-первых, я духовное существо, порождённое Пламенем Предков.
Во-вторых, мыши — это оскорбительно примитивно.
В-третьих... — он прищурился. — Если бы я охотился на мышей, ты бы уже заблудился.

Цестер усмехнулся.

— Я не заблужусь.

Через пять секунд он остановился.

— Мы... уже проходили мимо этого дерева?

Варглиор медленно повернул голову к знакомому обугленному стволу.

— Нет. Это просто другое дерево. Очень похожее. В этом лесу, знаешь ли, много деревьев.

Пауза.

— Мы заблудились, да? — спокойно спросил Цестер.

— Я бы сказал, мы временно исследуем альтернативный маршрут.

— Это называется «заблудились».

— Это называется «тактическое расширение зоны поиска».

Цестер усмехнулся и покачал головой.

— Ты невозможен.

— Я мистическое существо. Невозможность — часть моего бренда.

Они снова пошли вперёд.

Несколько минут молчали.

Потом Варглиор вдруг спросил:

— Если Аврора сейчас превратится в свою самую тёмную сторону... ты правда думаешь, что сможешь её остановить?

Цестер вздохнул.

— Не знаю.

— А если она бросит в тебя огненный шар?

— Увернусь.

— А если два?

— Ты можешь хотя бы один раз не нагнетать?

Лис усмехнулся.

— Я проверяю твою моральную и физическую готовность.

— Спасибо. Очень поддерживающе.

— Всегда пожалуйста. Я вообще очень тёплый и заботливый.

— Ты саркастичный.

— Это форма заботы.

Цестер вдруг тихо рассмеялся.

— Знаешь, если мы выживем во всём этом...

— Мм?

— Я, возможно, заведу себе нормальную жизнь. Дом. Работу. Без духов. Без вспышек. Без... миров между.

Варглиор посмотрел на него искоса.

— И где в этом плане я?

Цестер задумался.

— Ты будешь... лежать у камина и притворяться обычным лисом.

— Я не притворяюсь обычным.

— Хорошо. Будешь притворяться декоративным.

— Я древний страж равновесия.

— С пушистым хвостом.

— Это стратегический хвост.

Цестер рассмеялся уже по-настоящему.

И в этот момент где-то впереди в темноте вспыхнул слабый отблеск — тёмно-красный, почти чёрный огонь.

Они оба мгновенно замолчали.

Варглиор тихо произнёс:

— Похоже, наш декоративный отдых откладывается.

Цестер выпрямился.

Улыбка исчезла, но в глазах остался свет.

— Тогда идём. Пока она ещё помнит, кто она.

Лес резко оборвался.

Деревья впереди были выжжены, стволы переломаны, словно их отбросила ударная волна. Земля почернела, воздух пах гарью и чем-то металлическим.

Цестер замедлил шаг.

Перед ними открылся огромный кратер.

Земля провалилась внутрь, образуя неровную чашу, края которой ещё тлели красным. В центре, среди пепла и растрескавшейся почвы, лежала она.

Аврора.

Её огненно-красные волосы рассыпались по чёрной земле, будто языки пламени, застывшие в моменте. Чёрная одежда была местами прожжена. Янтарные глаза закрыты.

— Аврора... — выдохнул Цестер.

Он не помнил, как спустился вниз. Просто в следующую секунду уже был рядом с ней, падая на колени.

— Она жива, — тихо сказал Варглиор, спускаясь следом. — Я чувствую тепло.

Цестер осторожно коснулся её щеки. Тёплая. Дыхание слабое, но ровное.

Он поднял её на руки.

В этот момент он ощутил остатки силы — как будто кратер всё ещё помнил взрыв. Воздух вокруг дрожал, едва заметно искажался.

— Это не просто вспышка, — прошептал Варглиор, осматривая края кратера. — Это был выброс. Она либо что-то отразила... либо что-то в ней вырвалось наружу.

Цестер поднял взгляд.

Трещины по краям кратера медленно светились тёмно-красным, как затухающие угли. Земля тихо потрескивала.

— Нам нельзя здесь оставаться, — сказал он.

Варглиор резко повернул голову в сторону леса.

— Ты тоже это слышишь?

Где-то вдалеке раздался глухой звук. Сначала один. Потом второй.

Как шаги.

Но слишком тяжёлые.

Слишком медленные.

Воздух стал плотнее.

Цестер крепче прижал Аврору к себе.

— Бежим.

Он поднялся по склону кратера, земля осыпалась под ногами. Варглиор мчался рядом, огненная шерсть мелькала среди дыма.

Когда они выбрались наверх, позади что-то изменилось.

Из центра кратера на мгновение вспыхнул тёмный столб огня — без света, без тепла.

И погас.

Цестер не обернулся.

Он бежал через выжженный лес, чувствуя, как сердце бьётся в горле. Аврора была лёгкой, но её сила... она словно пульсировала в его руках.

— Цестер, быстрее! — крикнул Варглиор.

Позади снова раздался звук.

Не шаг.

Треск пространства.

Как будто сама реальность не была согласна с тем, что они уносят её отсюда.

Цестер ускорился.

— Только не снова, — прошептал он. — Только не потеряйся...

Аврора едва слышно выдохнула.

И на секунду её пальцы слабо сжали ткань его плаща.

Она была жива.

Но что-то в кратере... осталось.

Они бежали, не разбирая дороги.

Ветки хлестали по лицу, земля уходила из-под ног. Аврора была у Цестера на руках — тёплая, но всё ещё без сознания. Варглиор мчался впереди, оглядываясь каждые несколько секунд.

— Ещё немного! — крикнул лис.

И в этот момент мир снова дал трещину.

Цестер резко споткнулся.

Сначала — лёгкое головокружение. Потом — удар внутри черепа, будто кто-то с силой распахнул дверь в его сознании.

Он упал на колени, всё ещё удерживая Аврору, стараясь не уронить её.

— Цестер?! — голос Варглиора стал далёким.

Глаза Цестера закатились.

Зрачки исчезли под веками.

Мир погас.

-«Он снова стоял в мире духов.

Но теперь он узнал его.

Застывшая поверхность под ногами — как чёрное зеркало. Туман, в котором медленно двигались безликие силуэты. Разломанное небо с золотыми трещинами.

И на возвышении — тот же мужчина в плаще.

Капюшон скрывал лицо. Только тень под ним — густая, плотная.

Он поднял руку.

Палец снова указывал на Цестера.

Голос прогремел:

— ВОН!

Удар силы прокатился по пространству. Поверхность под ногами треснула.

Но в этот раз что-то изменилось.

Картина рассыпалась прежде, чем его вытолкнули.

Мир свернулся, как перевёрнутая ткань.

И он оказался... в другом месте.»-

-«Здесь было тихо.

Не пугающе — мягко.

Свет был тёплым, голубоватым. Воздух казался плотным, как вода, но не душил.

Перед ним стояла женщина.

Каштановые волосы спадали на плечи мягкими волнами. Синие глаза смотрели прямо на него — без страха, без гнева.

С нежностью.

Цестер не знал её.

Но сердце сжалось так, будто оно узнало раньше разума.

— Ты... — прошептал он.

Она улыбнулась едва заметно.

— Не поддавайся тьме, — тихо сказала она.

Голос был спокойным, как шёпот перед сном.

— Кто вы?.. — его голос дрогнул.

Она сделала шаг ближе.

— Ты сильнее, чем думаешь. Но сила без выбора — становится разрушением.

Он чувствовал — это его мать.

Не потому что знал.

Потому что внутри что-то откликнулось.

Но прежде чем он смог подойти ближе, пространство снова разорвалось.»-

-«Теперь мир духов изменился.

Он стал иным.

Более чётким.

Колонны больше не были разрушены — они стояли ровно, вытянувшись к небу. Туман отступил. Небо не было треснутым — оно было глубоким, тёмно-синим, как ночное море.

Перед ним стояла жрица.

Высокая, в светлой одежде, украшенной символами, которые будто двигались сами по себе.

Её взгляд был строгим, но не враждебным.

— Ты входишь туда, где не все имеют право стоять, — сказала она.

Цестер огляделся.

Мир казался... более настоящим, чем раньше.

И тогда он увидел это.

Кувшин.

Он стоял на невысоком постаменте. Простой формы, но от него исходило мягкое голубое свечение. Внутри — вода. Чистая, прозрачная, но словно живая.

Поверхность воды слегка колебалась, хотя ветра не было.

Цестер медленно подошёл.

Он чувствовал, что это важно.

Он наклонился, всматриваясь в воду.

И увидел в отражении не своё лицо.

А множество лиц.

Множество голосов.

Множество воспоминаний, которые не были его.

— Что это?.. — прошептал он.

Жрица не ответила.

Вода в кувшине вспыхнула синим светом.

И в этот момент глаза Цестера загорелись.

Под веками вспыхнуло сияние — холодное, яркое.

Синие отблески вырвались наружу.

Он почувствовал, как через него проходит поток — не огонь, не воздух.

Что-то иное.

Отзвук.

Память.

Голоса.

Внезапно чья-то сила резко дёрнула его назад.

Мир духов снова содрогнулся.

Жрица исчезла.

Колонны потускнели.

Кувшин рассыпался светом.

И его будто вышвырнули прочь.

Но прежде чем всё исчезло окончательно, кто-то приблизился к его уху.

Тихий шёпот, едва различимый:

— Ты новый Эхо... Прими его.»-

Цестер резко вдохнул.

Он снова был в лесу.

Стоял на коленях.

Аврора лежала в его руках.

Варглиор стоял перед ним, напряжённый, шерсть вздыблена.

— Твои глаза... — тихо сказал лис.

Цестер моргнул.

В его зрачках на секунду вспыхнул синий отблеск.

И погас.

Он не до конца понимал, что произошло.

Но теперь он знал одно.

Мир духов больше не просто выталкивал его.

Он начинал принимать его.

И это было гораздо опаснее.

Они почти не помнили, как добежали до деревни.

Цестер держал Аврору на руках, прижимая к себе так крепко, будто боялся, что она исчезнет. Варглиор бесшумно следовал рядом.

Когда они ворвались в дом Эбби, дверь распахнулась от удара ветра.

— Цестер?! — она отшатнулась. — Где ты был всё это время? Что с ней?!

Её взгляд метался от его лица к обмякшей Авроре.

— Положи её сюда, быстрее!

Он аккуратно уложил Аврору на кровать. Эбби сразу начала осматривать её — проверила дыхание, коснулась лба, посмотрела на руки.

— Она жива... но очень слаба. Что случилось? Это ожоги? Вы попали в пожар? — её голос дрожал. — И где ты пропадал? Я тебя искала!

— Эбби, пожалуйста, — глухо сказал он. — Сначала помоги ей.

Она резко посмотрела на него.

— Я помогаю. Но ты обязан мне объяснить, что происходит!

В этот момент Аврора тихо вдохнула. Её ресницы дрогнули.

Цестер мгновенно оказался рядом.

— Я здесь.

Она открыла глаза, мутные от усталости.

— Цес... — прошептала она.

— Всё хорошо, — мягко сказал он.

Она попыталась подняться, но сил не было. Эбби осторожно уложила её обратно.

— Ей нужен покой. Полное восстановление. Я приготовлю отвар.

Через несколько минут дыхание Авроры стало ровным — она уснула.

Варглиор устроился рядом с кроватью, не отводя взгляда.

Эбби поднялась — и вдруг замерла.

Она смотрела на Цестера.

— Твои глаза... — прошептала она.

На мгновение в его зрачках вспыхнул холодный синий свет. Короткий, почти незаметный — но неестественный.

— Что это было? — её голос стал тише, но жёстче. — Цестер... что с тобой происходит?

Он отвернулся.

— Не сейчас.

— Нет, сейчас, — она шагнула ближе. — Ты исчез на неизвестно сколько времени. Возвращаешься с Авророй без сознания. У тебя светятся глаза. И ты говоришь "не сейчас"?

Он молчал.

Потом вышел на крыльцо.

Эбби проводила взглядом его спину, потом обернулась к Авроре.

— Присмотри за ней, — тихо сказала она Варглиору.

Лис не шелохнулся, но его уши слегка дрогнули.

Эбби вышла вслед за Цестером.

Он стоял, опершись на деревянные перила, глядя в темноту. Ветер трепал его волосы.

Несколько секунд она просто смотрела на него.

— Я не знаю, что происходит, — тихо начала она. — Но я вижу, что ты не тот, кем был раньше.

Он не повернулся.

— Эбби...

— Нет, послушай, — её голос стал твёрже. — Я ничего не знаю. Ни где ты был. Ни что случилось с Авророй. Ни почему у тебя светятся глаза. Но я не собираюсь стоять в стороне и делать вид, что всё нормально.

Она подошла ближе.

— Объяснись. Расскажи мне всё.

Тишина повисла между ними.

Цестер закрыл глаза.

Слова "Ты новый Эхо. Прими его." всё ещё звучали в его памяти.

Он медленно выдохнул.

И впервые за долгое время понял — скрывать больше не получится.