Экстра 5.

Ты никто. У тебя нет имени, не фамилии, даже названия. Ты просто существо, сидящее в темнице под замком вместе с мужчиной - твоим отцом. Сразу после твоего рождения, твоя мама запихнула тебя сюда, сказав, что ты не имеешь права даже обращаться к ней с чем-то.

Ты крепче прижимаешься к своему папе, чувствуя ужасный холод. Вы с ним очень сильно замёрзли. Ты не уверена, что сможешь выдержать такой лютый холод. В темнице всё ещё темно и сыро, ты одета в лёгкое платьице. Вы часто с твоим папой обнимаете друг друга, чтобы согреться. И пока вы живы, что тебя очень радует.

Хоть тебя и держат здесь, ты всё равно хочешь жить.

В такие ужасные на твой взгляд моменты папа гладит тебя по голове и говорит: «Солнышко моё, у тебя всё получится. Мы сможем вытерпеть эту зиму», - и ты улыбаешься, чувствуя доброту и любовь, исходящую от него. Ты любишь своего папу. И он любит тебя. Ты не хочешь, чтобы это прекращалось, но хочешь уйти отсюда. Иногда ты боишься, что если вы сбежите отсюда, то навсегда разойдётесь, никогда больше не встретившись. Вот что пугает тебя на самом деле.

-Пап,-в какой-то момент спрашиваешь ты.-Почему мама держит нас здесь?

-Ох, Солнышко...-ты видишь, что он не знает, как тебе ответить. Он задумывается, пытается выдавить улыбку.-Понимаешь... мама держит нас здесь... потому что мы провинились.

-В чём?-тут же спрашиваешь ты, на что твой папа пожимает плечами. Ты видишь, что он явно не договаривает. Хочет не расстраивать тебя?-Я только родилась, а мама сразу кинула меня сюда! Это потому что я назвала её мамой? Мне не стоило этого говорить? Это обидно?

-Доченька...

-Тебе обидно, когда я называю тебя папой?-снова спрашиваешь ты, вызывая у своего отца удивление. Ты на секунду жалеешь о своих словах, жмуришься, ожидая удара, но через секунду с удивлением понимаешь, что твой папа начинает гладить тебя по голове, после чего прижимает к себе, обнимая.

-Нет, Солнышко, нисколько. Я хочу, чтобы ты называла меня своим папой, потому что ты моя дочь. А у мамы просто плохое настроение. Давай подождём ещё немного, когда оно станет лучше, и тогда нас выпустят отсюда, хорошо?

-Угу.-ты киваешь. Но чувствуешь дрожь рук дорогого тебе человека, слышишь, как дрожит его голос. Такое странное чувство. И тебя воротит от него. Что это за чувство? Говоря так, он будто не хочет травмировать тебя. Но ты уже травмирована, пребывая здесь.

Он понимает, что лжёт. И он не может поступить иначе. Также как и ты прекрасно понимаешь, что у твоей мамы не просто ужасное настроение. Но ты не можешь перестать её любить. Но она даже запретила давать тебе имя.

Ты часто слышишь в соседних темницах крики боли. Хоть вас ограждают толстые стены, но почему-то ты всё равно чётко представляешь, что там происходит. И от этого тебе становится страшно. Ты прижимаешь к папе сильнее, он лишь гладит тебя по голове, успокаивающе что-то бормоча. Тебе страшно, что когда-нибудь также доберутся и до вас. Поэтом сначала ты страшилась чужих шагов за решёткой, которые всегда проходили мимо вашей двери, кроме момента завтрака, обеда и ужина.

Ужасно, но вы с отцом привыкли к этим крикам. Уже почти не обращаете на них внимания. Папа пытается спать побольше, а ты, слыша чужие шаги за дверью, подбегаешь к ней и смотришь сквозь маленькую решётку в окошке, как мимо вас проходит человек. В такие моменты ты пытаешься узнать, как можно больше от их внешнего вида. Одежда, вид оружия, волосы, взгляд и лицо. Также ты всегда смотришь на руки и одежду, обнаруживая иногда там отсутствие пальцев или какие-то тёмные пятна. Ты уже издалека чувствуешь, что они пахнут чем-то металлическим. Ты всегда спрашиваешь у папы про отдельные элементы оружия, одежды, причёски этого человека. И он тебе рассказывает. Кроме тех красных, пахнущих металлом, пятен.

В такие моменты ты учишься наблюдать.

Ты всегда учишься. Не тому, чему обычно изучают в школах, про которые рассказывал тебе папа, а тому, чему обычный ребёнок просто так бы не научился. Когда папа рассказывает тебе такие истории, тебе особенно хочется оказаться снаружи, чтобы вы вместе с папой и мамой, погуляли по парку, полному ярко-зелёных деревьев. Это твоя единственная мечта, которую ты хочешь осуществить, как никогда.

Иногда к вам в темнице приносят два скреплённых странных лезвия. Твой папа говорит, что это ножницы, после чего садит тебя на ткань, которую он расправляет на полу, и начинает стричь тебя, коротко-коротко, после чего просит не оборачиваться. Ты, как примерная дочь, сидишь смирно, не смея даже шевельнутся, пока папа поднимает тебя и садит на твёрдую кровать, всё ещё спиной к нему, после чего отходит и начинает разговаривать с какими-то людьми. Ты мельком поворачиваешься, пытаясь увидеть этих людей. Они в какой-то форме, стоят с оружием, с серьёзными минами. Причёска у них у всех одна, побриты, да и расы они той же, что и ты. Как на подбор, огромные и страшные. Вдруг один из них заметил, что ты смотришь. Он быстро вытянул своё оружие в твою сторону, после чего ты чувствуешь ужасную боль по всему телу, будто поднимающуюся изнутри. Тебя сильно трясёт, ты кричишь от ужасной и неприятной боли.

-Прекратите!-ты слышишь голос своего отца, и это прекращается. Ты падаешь, с облегчением переводя дыхание. Ты чувствуешь ужасную слабость.-Она просто ребёнок! Ей стало любопытно, она не сдержалась, не стоило её сразу током бить!

Так вот каковы ощущения... от удара тока.

-Госпожа приказывала наказывать её, если она ослушается, даже если немного.-говорит один из этих людей.-И, господин, если вы будете настаивать, ударить придётся и вас.

Ты видишь, как твой папа отступает, низко склоняя голову, из-за чего его длинные волосы закрывают лицо. Чужие выходят из комнаты и закрывают вас. Твой папа подбегает к тебе и, поднимая, прижимает тебя к груди, осторожно гладя по твоим коротким волосам. Он что-то шепчет, после чего начинает петь тихую колыбельную дрожащим голосом. Ты улыбаешься, закрываешь глаза и начинаешь засыпать, даже не обращая внимание на боль во всём теле. Ты очень любишь такие моменты. Но, если подумать...

Ты никогда не видела даже не то, как ты выглядишь, но и цвет твоих волос.

Иногда ты разглядываешь свои крылья. Они до сих пор слабы, чтобы летать, но ты уже можешь их поднимать, и тебя это очень радует. Однако они не дают тебе покоя. Они... странного цвета. Точнее двухцветные. А у твоего папы только один цвет, и у других людей в форме, которые тут разгуливают, тоже. Тебя пугает такое различие. Ты спрашиваешь у папы, а тот лишь пожимает плечами, говоря, что это всё гены. От кого? У твоей мамы тоже одноцветные крылья. Что происходит?

********

Ты спокойно сидишь вместе с папой. Вы вместе поёте какую-то мелодию, играя в ладушки и хорошо насытившись едой. Странно, но вам подают хорошую и очень вкусную еду. Пока вы играете, ты слышишь вдалеке чьи-то шаги, но ты не обращаешь на них внимания до тех пор, пока не чувствуешь знакомый запах. Ты прерываешь игру, и тогда твой папа тоже его замечает и почему-то бледнеет. Ты, не придав этому значения, вскакиваешь и бежишь к двери.

-Ма...!-хочешь воскликнуть ты, но дверь резко распахивается и со всей силы ударяет по тебе. Ты врезаешься в стену, издав болезненный стон и упав на пол, не в силах даже пошевелиться.

-Никогда не зови меня так!-гневно кричит твоя мама, смотря на тебя, после чего переводит взгляд на твоего отца.

-Ты что творишь?! Она же ребёнок!-кричит он, вскакивая со своего места и направляясь к тебе, но женщина преграждает ему дорогу.

-С каких это пор тебе было разрешено обращаться ко мне столь неуважительно?-раздражённо спрашивает она, схватив его за шею и подняв над землёй.-Ты бесполезный кусок тупого создания, ты ничего не сделал!

-Что я должен был сделать?! Она моя дочь! В отличие от тебя, у меня хотя бы есть совесть!

-Что ты сказал?-спрашивает у него твоя мама, сжимая горло твоего отца. Ты пытаешься пошевелиться, но удар дверью и стены даёт о себе знать, обездвижив тебя. Ты можешь только пошевелить рукой. И то кое-как.-У меня нет совести? Знаешь, ты прав.

Она прижимает мужчину к стене, сильнее сдавливая шею. Тот хрипит, пытаясь вырваться, но он явно слабее.

-Ты всё равно мне больше не нужен. Я уже поняла, что это всё бесполезно. Так что, не стоит больше тянуть.-после этих слов рука твоей мамы начинает светиться. На лице твоего папы появляется страх.

-Нет, прошу не на...!-только хочет воскликнуть он, как... его голова взрывается на мелкие кусочки!

Твоё сердце сжимается и пропускает сразу несколько ударов. Но тебе кажется, что оно останавливается навсегда. Ты ошарашенно смотришь на свою маму и тело твоего отца, которое скатилось по стене на пол, оставляя на ней тёмный след.

-Что... что ты сделала?-тихо спрашиваешь ты, пытаясь дотянуться до своего папы.-Что ты... что ты натворила? Почему он теперь так выглядит? Почему?! Что теперь с ним?!

-Он мёртв.-всего лишь отвечает твоя мама, после чего подходит к двери.-Теперь он сгниёт в этой тюрьме. И я надеюсь, что ты тоже.

-НЕТ!-кричишь ты, неистово дёргаясь и злобно смотря на эту женщину. Ты впервые чувствуешь такую ужасную эмоцию.-Ты НЕ МОГЛА так поступить! Нет! Мама!

-Не называй меня так.-злобно говорит она.-Ненавижу тебя. Не знаю, зачем ты вообще появилась на этот свет. Всё время потрачено в пустую. Придётся начинать заново. Из-за тебя.

-Ты меня ненавидишь?!-кричишь ты, надрывая горло. Почему-то, хоть ты знаешь и е всё, но ты прекрасно понимаешь, что ты... ты...-Я тебя ненавижу! Да лучше я сдохну, чем теперь буду принимать тебя своей матерью! АА!

Ты просто закричала, заткнув уши руками и разревевшись. Эта чёртова женщина выходит из темницы и снова запирает тебя, после чего уходит. Но ты продолжаешь кричать. Тебе больно. Больно от осознания того, что твоя собственная мать разрушила твоего папу! Он больше не поднимется! Не погладит тебя по голове, не обнимет, не будет успокаивать! Ты никогда больше не услышишь его голоса... его смеха... сожалений...

Ты просто тихо разревелась в углу, сжавшись в комочек. Но...

Хоть тебя и ненавидят, хоть и хотят твоей смерти, ты всё равно хочешь жить.