Глава 14
Амелия:
Всю дорогу до особняка я смотрела в окно. Мама сидела рядом со мной и с интересом разглядывала город, а я никак не могла привыкнуть к мысли, что теперь действительно переезжаю.
Еще несколько дней назад я была обычной студенткой медицинского университета. Учеба. Больница. Дом.
Теперь же я ехала жить в особняк самого опасного человека, о котором ходили десятки слухов. И самое странное... Мне совсем не было страшно. Я украдкой посмотрела на Джона. Он сидел напротив, просматривая какие-то документы в планшете. Сосредоточенный. Спокойный. Будто вчерашней ночи вовсе не было. Словно спасать людей для него было обычным делом.
Почувствовав мой взгляд, он поднял голову.
— Что?
Я смущенно улыбнулась.
— Ничего.
— Тогда почему смотришь?
— Просто...
Я тихо рассмеялась.
— Пытаюсь понять тебя.
Он закрыл планшет.
— Получается?
— Пока нет.
На его лице появилась едва заметная улыбка.
— Это нормально.
— Почему?
— Потому что я сам себя иногда не понимаю.
Я удивленно посмотрела на него.
— Никогда бы не подумала, что ты можешь такое сказать.
— Не рассказывай никому.
— Обещаю.
Мы одновременно улыбнулись.
Мама молча наблюдала за нами, а потом неожиданно кашлянула в кулак.
— Кажется, я вам мешаю.
Я сразу покраснела.
— Мам!
Она рассмеялась.
— Что? Я ничего такого не сказала.
Даже Джон тихо усмехнулся.
— Добро пожаловать в нашу семью, — сказала мама с лукавой улыбкой.
— Мама! — возмущенно воскликнула я.
— Ладно, ладно, молчу.
Я закрыла лицо ладонями.
— Мне так стыдно...
Джон посмотрел на меня и спокойно произнес:
— Не переживай.
— Легко тебе говорить.
— Поверь, твоя мама меня совсем не смутила.
От его спокойствия я смутилась еще сильнее.
⸻
Когда машина въехала на территорию особняка, я снова невольно задержала дыхание. Теперь это место выглядело совсем иначе. Не холодным. А каким-то... уютным. Наверное, потому что теперь я приехала сюда не как врач. А как человек, который будет здесь жить. Джон первым вышел из машины и открыл дверь маме.
— Осторожно.
— Спасибо, — с улыбкой ответила она.
Потом он протянул руку мне.
Я на секунду замешкалась, но все же вложила свою ладонь в его.
— Голова не кружится? — тихо спросил он.
— Уже почти нет.
— Если станет плохо, сразу говори.
— Хорошо.
Мы вошли в дом.
В просторном холле нас уже ждали Даниэль, Майкл и несколько человек из персонала.
— Добро пожаловать домой, мистер Харти, — одновременно произнесли они.
Джон коротко кивнул.
— Познакомьтесь.
Он посмотрел сначала на меня, потом на маму.
— Это Амели и миссис Вуд.
Они будут жить здесь. Относитесь к ним с таким же уважением, как ко мне. Я удивленно посмотрела на Джона. Он говорил совершенно серьезно.
— Если им что-то понадобится, — продолжил он, — выполняйте их просьбы.
Все дружно кивнули.
— Да, мистер Харти.
Я тихо прошептала:
— Джон...
Он повернулся ко мне.
— Это слишком.
— Нет.
Он спокойно посмотрел мне в глаза.
— Теперь вы обе — мои гости.
А за своих гостей я отвечаю лично. От этих слов внутри стало удивительно тепло. Не потому, что он был богат или влиятелен. А потому, что за всей его строгостью скрывалась искренняя забота. И чем больше я узнавала Джона... Тем сильнее понимала, что человек, которого все называли чудовищем, совсем не похож на того, кого я видела каждый день.
Переступив порог особняка, я снова огляделась по сторонам. Теперь здесь всё казалось совсем другим. Еще несколько дней назад этот дом казался мне холодным, огромным и чужим.
А сейчас...
Я пыталась привыкнуть к мысли, что теперь это мой дом.
— Даниэль, — спокойно сказал Джон, снимая пиджак. — Покажи комнаты.
— Конечно, босс, — ответил Даниэль, слегка кивнув.
Мы с мамой переглянулись и последовали за ним.
Поднявшись по широкой мраморной лестнице на второй этаж, Даниэль остановился возле большой светлой двери.
Он открыл ее и сделал шаг в сторону.
— Амели, это ваша комната.
Я осторожно вошла внутрь. Она была просторной. Большая кровать у окна. Светлая мебель. Гардеробная. Собственная ванная комната. На туалетном столике уже стояли пакеты с вещами, которые утром купил Майкл.
Я невольно улыбнулась.
— Это всё... для меня?
— Да, — ответил Джон, подходя ближе. — Майкл уже успел привезти покупки.
Я медленно провела рукой по спинке кровати.
— Здесь очень красиво...
— Если захочешь что-то изменить, скажешь.
— Джон, это и так слишком...
— Не начинай, — перебил он с легкой улыбкой.
Я тихо рассмеялась.
— Хорошо.
Выйдя из комнаты, я заметила еще одну дверь прямо напротив.
— А это?..
Джон посмотрел в ту сторону.
— Моя спальня.
Я удивленно посмотрела сначала на дверь, потом на него.
— Мы... будем жить рядом?
— Да.
Он ответил так спокойно, словно в этом не было ничего необычного.
— Если тебе ночью станет плохо после вчерашнего, я сразу это замечу.
Я ничего не ответила. Почему-то от его слов стало спокойнее. Мы поднялись еще выше. Третий этаж оказался значительно тише.
Даниэль открыл еще одну дверь.
— Миссис Вуд, это ваша комната.
Мама ахнула, переступив порог.
— Господи...
Комната была даже больше моей.
Светлая, уютная, с небольшим балконом, выходящим в сад.
— Джон... — тихо сказала мама, обернувшись к нему. — Это слишком.
Он лишь покачал головой.
— Здесь много свободных комнат.
Выбирайте любую.
Мама подошла к нему и неожиданно крепко обняла.
— Спасибо тебе.
Я заметила, как Джон слегка растерялся. Кажется, его давно никто вот так искренне не обнимал. Но уже через секунду он осторожно обнял маму в ответ.
— Не за что, — негромко ответил он.
Я невольно улыбнулась. Этот момент был таким теплым, что на душе стало спокойно. Когда мама начала раскладывать свои вещи, мы с Джоном спустились обратно на второй этаж. Остановившись возле дверей наших комнат, я посмотрела на него.
— Значит... соседи?
Он тихо усмехнулся.
— Получается, так.
— Надеюсь, я не слишком шумная.
— После того как ты несколько раз пыталась сбежать из постели, чтобы работать? — Он приподнял бровь. — Не уверен.
Я звонко рассмеялась.
— Обещаю вести себя хорошо.
— Посмотрим.
Несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга. И вдруг я поняла, что впервые за долгое время чувствую себя... в безопасности. Не потому, что вокруг была охрана. Не потому, что этот дом напоминал крепость. А потому, что рядом стоял человек, которому я почему-то начинала доверять всё больше. И, кажется, это пугало меня гораздо сильнее, чем его репутация.