То, что просыпается раньше

АЛЕТЕЙЯ

К вечеру академия становилась тише. Не полностью. Здесь никогда не было по-настоящему тихо, слишком много людей и много силы. Слишком много страха, который никто не называл вслух.
Но после тренировок напряжение оседало.
Растворялось в разговорах, в шаге каблуков по камню, в приглушенном смехе тех, кто делал вид, что все нормально.
Я шла по коридору, не глядя по сторонам.
Я знала, куда идти. Даже если не хотела туда идти.
Комната, кровать и стены. Место, где можно не притворяться, что все в порядке. Хотя бы ненадолго.
— Ты слишком быстро ушла.
Сабрина догнала меня почти у лестницы.
Я не остановилась.
— Я устала.
— Ты не выглядишь уставшей.
— Значит, я хорошо притворяюсь.
Сабрина нахмурилась, но ничего не сказала.
Некоторое время мы шли молча. Шаги отдавались эхом. Громко и отчетливо.
Я чувствовала, как внутри снова появляется то странное ощущение. Не жар и не холод а что-то между. Неприятное, будто что-то шевелилось глубоко под кожей.
Я сжала пальцы. Не сейчас, только не сейчас.
— Ты правда ничего не почувствовала? — тихо спросила Сабрина.
Я замедлила шаг.
Вопрос завис между нами. Простой и слишком прямой.
— Нет, — сказала я.
Ложь, на этот раз тяжелее.
Сабрина остановилась.
— Алетейя.
Я не повернулась.
— Что?
— Я видела тебя.
Пауза.
— Там, во дворе.
Тишина.
— Ты замерла.
— Я просто задумалась.
— Нет.
Голос Сабрины стал тише, но тверже.
— Это было не так.
Я резко повернулась.
— И как это было?
Сабрина не отступила.
— Как будто ты что-то почувствовала.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.
Я первая отвела взгляд, потому что не хотела отвечать а потому что не знала, что сказать, потому что правда звучала хуже любой лжи.
— Я не знаю, — сказала я наконец.
Это было ближе к правде.
Сабрина слегка выдохнула.
— Это уже лучше.
Я усмехнулась.
— Ты всегда такая настойчивая?
— Только когда это важно.
Мы продолжили идти.
Лестница поднималась вверх, закручиваясь спиралью. Каменные стены были холодными на ощупь. Я провела пальцами по поверхности, шероховатый камень, реальный, понятный.
В отличие от того, что происходило внутри.
— Ты боишься? — спросила Сабрина.
Я не сразу ответила.
Я думала, не о словах а о том, что чувствует.
— Да, — сказала я тихо.
Это прозвучало неожиданно честно.
Даже для меня самой.
Сабрина посмотрела на нее мягче.
— Это нормально.
— Нет.
Я покачала головой.
— Это не нормально.
— Почему?
Я остановилась у окна.
За стеклом уже темнело. Башни академии уходили в небо, растворяясь в серых облаках.
— Потому что я даже не знаю, чего боюсь.
Сабрина подошла ближе.
— Это самое страшное.
Я усмехнулась.
— Отлично. Спасибо.
Сабрина слегка толкнула меня плечом.
— Ты справишься.
— Все так говорят.
— Потому что это правда.
Я посмотрела на нее долго.
— А если нет?
Сабрина не ответила сразу.
И это было честнее любых слов.
Комната встретила их тишиной, знакомой и почти спокойной.
Я сразу прошла к окну и распахнула его.
Холодный воздух ворвался внутрь, резко и жадно.
Я глубоко вдохнула, Еще и еще.
Сердце постепенно замедлялось.
— Ты замерзнешь, — сказала Сабрина.
— Мне нужно это.
Сабрина не спорила.
Она села на кровать, наблюдая за мной.
— Расскажешь?
Я не обернулась.
— Я же сказала.
— Ты сказала «не знаю».
Я закрыла глаза.
Снова попыталась вспомнить тот момент во дворе.
Жар, импульс и еще...
Я резко открыла глаза.
— Я почувствовала что-то.
Сабрина выпрямилась.
— Что именно?
— Не знаю.
Раздражение снова вспыхнуло.
— Это не похоже на силу.
— А на что похоже?
Я задумалась.
Слова не подходили, ничего не подходило.
— Как будто... — я замолчала.
— Как будто что?
Я повернулась.
— Как будто это не моё.
Сабрина нахмурилась.
— Это странно.
— Я уже поняла.
Я закрыла окно. Хватит, холод больше не помогал.
Я облокотилась на подоконник и скрестила руки.
— Все говорят, что сила — это часть тебя.
— Да.
— Тогда почему это ощущается так, будто она... чужая?
Сабрина не ответила сразу.
Она смотрела на меня внимательно.
— Может, ты просто не привыкла.
— Нет.
Я покачала головой.
— Это другое.
Пауза.
Тяжелая.
— А если это не сила? — тихо сказала Сабрина.
Я замерла.
— Тогда что?
Сабрина пожала плечами.
— Не знаю.
— Отлично.
Я нервно усмехнулась.
— Очень помогает.
Я отошла от окна, села на кровать слишком резко. Матрас тихо скрипнул. Тишина снова заполнила комнату. Но теперь она была другой. Более плотной.
— Ты расскажешь инструктору? — спросила Сабрина.
Я резко подняла взгляд.
— Нет.
— Почему?
— Потому что тогда я стану проблемой.
Сабрина нахмурилась.
— Ты уже проблема.
— Спасибо.
— Я серьезно.
Я вздохнула.
— Я знаю.
Пауза.
— Но я не хочу, чтобы они начали смотреть на меня иначе.
Сабрина тихо сказала:
— Они уже смотрят.
Я замолчала.
Потому что это тоже было правдой.

Позже, когда Сабрина уснула, я все еще не могла закрыть глаза. Комната погрузилась в полумрак. Только слабый свет луны пробивался через окно. Я лежала на спине и смотрела в потолок. Считала дыхание и пыталась успокоиться. Не получалось. Слишком тихо, в голове было много мыслей и много вопросов.
Я перевернулась на бок, закрыла глаза и в этот момент это произошло снова. Резкий жар, он был глубже, чем раньше.
Я резко села.
Сердце ударило в грудь, сильно.
Я сжала пальцы.
Дыши, спокойно. Но тело не слушалось. Жар разливался быстрее, сильнее.Словно что-то внутри...просыпалось.
— Нет, — прошептала я.
Слишком рано, не сейчас.
Я встала с кровати.
Сделала шаг, еще один. Жар усилился, в груди стало тесно. Как будто там не хватало места.
Я схватилась за край стола.
Пальцы побелели.
— Прекрати.
Глупо.
Будто это можно остановить словами, но я пыталась. Потому что не знала, что еще делать и в этот момент воздух в комнате дрогнул. Слабо, почти незаметно но достаточно.
Я замерла.
Жар достиг пика и на долю секунды...я увидела это. Пламя, золотое, ослепительное. Оно не горело, оно жило, дышало. Смотрело на меня.
Я резко вдохнула и всё исчезло. Тишина и темнота.
Обычная комната. Я стояла неподвижно, сердце колотилось слишком быстро, слишком громко.
Я медленно опустилась обратно на кровать.
Руки дрожали.
— Это невозможно...
Но внутри уже было другое чувство.
Не страх а осознание, что это только начало. И хуже всего было то что я больше не чувствовала пустоту. Теперь внутри было что-то и это «что-то» было сильнее меня.