12. Ты тоже пугаешь

По воскресеньям я обычно оставалась дома и делала уборку, так что сегодня пришлось после прогулки вернуться в небольшой беспорядок. Но, что удивительно, этот факт меня не слишком расстроил.

Я быстро приготовилась ко сну и легла на диван, с головой завернувшись в одеяло.

Настя писала: «Как ты там? Всё нормально? Что-то долго ты не отвечашь». В самом деле, утром я прочитала её сообщение перед выходом и забыла ответить. Похоже, слишком увлеклась разговором с Димой... При мысли об этом я снова ощутила жар на щеках. Это начинало раздражать, но я не злилась.

Насте ответила что-то отвлечённое. Не привыкла я кого-либо посвящать в свою личную жизнь. Личную жизнь... От одного этого словосочетания в животе снова начинали тихо порхать бабочки, а по лицу расползалась улыбка.

Я бросила взгляд на ноутбук, лежавший на столе. Ещё оставалось одно домашнее задание, которое я оставила на вечер. Но настроения его делать сейчас совершенно не было. Я решила, что ещё полчаса позволю себе поваляться, а потом быстро доделаю дз.

Вместо учёбы я просто лежала, прокручивала в голове разговор снова и снова.

Когда в телефоне высветилось сообщение от Димы, я сначала подумала, что показалось.

— Ты уже дома?

Я как-то не подумала, что стоило написать ему об этом первой... Дима же думал, что я живу в каком-то опасном месте.

— Да, уже минут 20 как

— Хорошо. Я как раз хотел у тебя ещё кое-что спросить

Он продолжил разговор с последней темы, на которой мы остановились в парке. И диалог тёк так легко... Я не заметила, как пролетело два часа. Но из настолько благостного настроения меня выбило следующее сообщение:

— Ну а тогда в баре почему так быстро убежала? Я же вроде в самом деле не так ужасен

Вопрос застал меня врасплох. Я старательно не думала о том происшествии, но Дима уже третий раз мне напоминал. Бабочки резко пропали, зато где-то в горле заклокотала злость. Какое ему вообще дело? Ну ушла и ушла, зачем же постоянно меня в это тыкать. Будто пытается сделать неприятно.

Но ответить нужно было, что бы я ни чувствовала. Этому меня ещё АГ научил, иначе он начинал ужасно обижаться.

— Я не убегала. У меня просто не было достаточного повода оставаться

Дима ответил почти сразу, хотя я боялась иного:

— Справедливо. А теперь есть?

Я замерла. Потом медленно убрала телефон. Ответить "да" означало признаться, что он мне нравится. А я мало того что в своих чувствах была очень не уверена, не сомневалась в том, что я Диме уж точно не могла понравиться. В то же время "нет" значило бы, что он неинтересный и что я не хотела с ним общаться. А уж это тем более не было правдой.

Я с тихим стоном уткнулась в подушку. Опять запуталась в своих же мыслях, ну что за бред...

...Ответила только через час, коротко:

— Не знаю

Зато его сообщение не заставило себя так долго ждать.

— Нормально. Зато честно

Больше он не писал. И я не писала тоже. Просто уснула, забыв про дз и про всё на свете. В голове только всплывали обрывки диалога в парке и переписки после. Странно было осознавать, что у меня, кажется, появился близкий мне человек. После АГ я боялась, что не буду способна на такое.

***

Я сидела за задней партой и машинально вела конспект, мало вслушиваясь в суть лекции. Не то чтобы я никогда так не делала. Когда было плохо, я могла оставлять все оценки отличными лишь благодаря тому, что научилась вести конспекты почти независимо от своих мыслей. 

А думала я о Диме. Мы не виделись с воскресенья в парке, хотя был уже четверг. Переписывались всего однажды, и то разговор продлился меньше часа. Я чувствовала, что начинала скучать по нему. Но мне не хватало духа написать первой. В таком странном ожидании я проводила уже третий день, дёргаясь от каждого уведомления.

Мне уже начинало казаться, что всю нашу небольшую близость я успела надумать. Это отнюдь не радовало.

Тут вдруг телефон завибрировал. Я чуть телефон из рук не выронила, когда увидела, что написал Дима.

— Скучно. Где твой умный мозг, когда он так нужен?

Сердце отозвалось глухо. Он пишет мне. Днём. Просто так. Без повода. Значит, я не придумала, всё по-настоящему.

Но от универской реальности бежать было некуда, так что ответ был понятен:

— Я на паре

— Тем более. Спасай меня от интеллектуального голода

— Что тебы имеешь в виду?

— Кофе. Тут есть кафешка около второго корпуса, на углу

— Ну, могу после пар прийти, раз ты приглашаешь)

— Давай после этой пары. Тебе же 10 минут осталось, я расписание знаю

— У меня потом сразу следующая, не успею...

— Ладно тебе, не так страшно разок пропустить пару. Относись к этому проще

Я нервно прикусила ноготь, глядя в телефон. Относиться проще... Да что в этом простого? Вот прийти на пару просто, а наоборот — очень даже сложно. Но он же впервые меня куда-то приглашает...

Очень хотелось согласиться, но было страшно. Не то чтобы я рисковала пропустить что-то важное, это просто было не в моих правилах. Ну вот совсем.

Но я вспомнила, как постоянно винила себя в том, что я трусиха. Всегда хотела это исправить... И теперь у меня была возможность проявить хоть немного смелости ради того, что я хотела сделать. Пока ещё не передумала, быстро напечатала:

— Ладно, убедил. Тогда через 20 минут встретимся

— Уже бегу. Ментально, по крайней мере

Сердце снова забилось с неадекватной скоростью. Дима бежит на встречу со мной... Подумать только. Может, я ему всё же хоть сколько-то нравлюсь...

До конца пары я досидела с трудом, а потом сразу пулей вылетела из аудитории. Нас и так задержали, теперь я опаздывала. Редкое для меня явление...

Кафе оказалось даже уютнее, чем я помнила. Маленькое, с узкими деревянными столиками и запахом корицы, въевшимся в обивку кресел. Там почти не было людей — только женщина с ноутбуком в углу и парень, спящий над чашкой кофе.

И, кроме них, конечно Дима. Заметив меня, он кивнул, улыбнулся уголком губ и показал глазами на кресло напротив. Мысленно обругав себя за опоздание, я с извиняющимся выражением лица направилась к нему.

— Привет, — сказал он и потянулся за меню. — Ты же всегда такая пунктуальная. Задержали или топталась у входа, боясь зайти?

— Задержали, — тихо ответила я, не отрицая здравости и второй догадки.

Дима кивнул, изучая что-то в списке. Его движения были медленными, чуть рассеянными, как будто он всё ещё находился где-то в своей голове, а не здесь. Но глаза всё же вернулись ко мне.

— Что будешь?

— Я... не знаю. Может, чай.

— Ты как-то говорила, что не пьёшь кофе вечером. Значит, днём можно?

— Днём я обычно на парах, — сдержанно уточнила я, опуская взгляд.

Он усмехнулся:

— Вот и я говорю: особый повод.

Что ж, в его словах был смысл. Как и всегда. Это одновременно раздражало и восхищало. Я решила всё же взять кофе, хотя и не планировала такого изначально.

Мы заказали: он — эспрессо, я — капучино. Несколько секунд повисла тишина. Я вдруг поняла, что сижу, глядя на его пальцы — загрубевшие, с мозолями. Дима рассказывал, что порой занимается скалолазанием. Я быстро отвела взгляд.

— Так, — сказал он, откинувшись на спинку кресла. — Рассказывай. Как живёт мозг отличницы, когда нарушает собственные правила?

Я чуть не поперхнулась воздухом. Об успехах моей учёбы мы определённо ещё не говорили.

— С чего ты взял, что я отличница?

— Я умею считать. И наблюдать, — его голос был мягким, почти ленивым. — Ты из тех, кто с детства знает, как надо. Кто не врёт. Не срывает сроки. Не прогуливает пары. Разве не так?

Я замерла. Не задумывалась о том, что по моему виду так много можно узнать.

А Дима смотрел спокойно, но в этом спокойствии что-то царапало. Как будто он снова подбирался ближе, чем позволено. И всё же Дима снова был прав.

Пока я думала над ответом, принесли кофе. Я снова схватилась за кружку, которая давала мне немного времени на то, чтобы успокоиться. Сделав глоток, я сдержанным голосом задала встречный вопрос:

— Разве это плохо?

— Это скучно, — отрезал он, и тут же добавил, смягчая тон: — Но безопасно. Уютно. Как под пледом.

— А ты, значит, живёшь без пледа?

Он чуть склонил голову, улыбаясь.

— Я? Я постоянно простужен, — с нарочито театральной интонацией ответил Дима, картинно поправив волосы.

И мы оба на мгновение засмеялись — коротко, всё ещё немного неловко. Но смех сразу рассеял напряжение, как будто мы оба слегка выдохнули. Я даже отпустила чашку. До этого и не замечала, что держала её обеими руками, будто боялась уронить.

— Ты странный, — сказала я, тихо, но совершенно искренне.

— А ты неожиданная, — ответил он в тон моей фразе. — Я думал, ты будешь делать вид, что не получала мои сообщения. Или придёшь и убежишь.

— Я тоже так думала. — При этих словах я не смогла сдержать ироничную усмешку.

Дима посмотрел на меня как-то иначе. Не изучающе, как раньше, а чуть мягче. Будто то, что я сказала, что-то в нём задело. Или, наоборот, успокоило.

— Знаешь, — начал он, не отводя взгляда, — я не понимаю, что именно между нами происходит. Но мне... не хочется это спугнуть.

После этих слов Дима впервые отвёл глаза в сторону, будто немного смутился. Совсем капельку, но это показалось мне невероятным.

И я вдруг не смогла ничего сказать. Горло пересохло. Я просто смотрела на него и чувствовала, как внутри что-то тонкое и острое медленно рвётся. Одновременно от радости, страха и желания. От того, что всё слишком быстро. Слишком близко.

Я откинулась назад, положив ладони на колени, чтобы не выдать дрожь. Я определённо не была готова это услышать, но очень хотела, чтобы именно такие слова Дима и сказал. Я не понимала, что за хаос происходил в моей голове из-за всего лишь одной фразы.

— У тебя получается пугать, даже когда ты этого не хочешь, — прошептала я, глядя в стол и странно улыбаясь.

Он кивнул.

— У тебя тоже.